Цветок и камень 3 - Александра Иванова

Она ведь была бугименом подростком, им такие протяжные истерики, наверное, свойственны. Хотя меня это не успокаивало.

Я зло посмотрела на нее, но мои губы против воли полезли вверх. Вскоре я сама смеялась. Толи от недостатка кислорода, толи от того, что меня теперь без зазрения совести можно брать в массовку «Властелина колец». Хорошо хоть не под мальчика придется стричься.

От смеха нас отвлек стук каблуков и Анна с открытым от ужаса ртом, оказавшаяся в коридоре. Мы с Акантой погасили улыбки, пару раз хохотнув напоследок. Мы гордо выпрямили спины, расправили плечи, и я почувствовала, как наши глаза подернулись черной пеленой. На лице Анны отразился страх.

— Видит бог, я хотела по-другому — мой голос звучал приглушенно и зловеще — Но не всем планам дано сбыться.

Глава 20. Одержимость

Аканта хищно улыбнулась и вдруг резко растворилась в воздухе со звуком щелчка зажигалки. Я протянула руку, приподняв острый осколок бетона, вынесенный вместе с дверью в коридор. Он, медленно покачиваясь, прокрутился в воздухе около моей ладони, а потом нацелился острием в сторону остолбеневшей Анны. Словно космический корабль из «Звездных войн», на котором еще летал Дарт Вейдер. Мысленное сравнение вызвало у меня на лице мимолетную ухмылку.

Бугимен возникла за спиной у Анны из клубов черного дыма и скрутила гибрида. Анна попыталась вырваться, но ей это не удалось, даже когда вены у нее под кожей засияли внутренним пламенем. Вдруг Аканта громко хихикнула и усилила хватку.

— Ты что меня обжечь попыталась, дурочка? Я ведь твоими страхами питаюсь — она сжала ладони сильнее, мне даже подумалось, что сейчас сведенные за спиной запястья Анны хрустнут и сломаются.

Я медленно шла вперед, заставляя кусок бетона делать пируэты вокруг меня. На глаза давила черная пелена, а кончик языка я высунула наружу, от зловещей жажды мести. На моих губах играла улыбка, такая же хищная как у Аканты. Наверное, я схожу с ума. Тогда в Чикаго, при моей прошлой одержимости или как это там называется, я думала, что схожу с ума. Сейчас меня даже позабавила эта мысль, и я хихикнула.

Лицо Анны побледнело, и по нему пробежала тень. Она явно не думала, что я смеюсь над своими собственными мыслями. Анна была не на шутку напугана, но привычного угрызения совести за чей-то страх я не почувствовала. Напротив, хруст раскрошенного бетона под ногами, мелкие камушки, распадающиеся в пыль под моими каблуками, и испуганные глаза гибрида, служили мне, своего рода, симфонией.

— Сколько ты хочешь? — взвизгнула она — Сколько тебе заплатить?

Я рассмеялась и поразилась тому, каким искренним было веселье.

— Деньги? Ты предлагаешь мне деньги за смерть моей лучшей подруги? Ты предлагаешь мне деньги, чтобы я забыла о монстре, в которого ты меня превратила у себя в подвале?

Я направила острие к тонкой коже на шее Анны. Аканта отвела ее голову за лоб и крепко держала его, впиваясь острыми ногтями в виски своей пленнице.

— Ты была монстром и до этого, маленькая дрянь — прокричала Анна.

— Фу, как грубо — шепнула Аканта.

Я пожала плечами и провела осколком бетона в миллиметрах от кожи Анны. Так небрежно, будто сделала это случайно. Гибрид отшатнулась, но Аканта не дала ей двинуться с места. Удовлетворившись ее секундным испугом, я снова заговорила.

— Если ты знала, что я монстр, может не стоило накалять обстановку и переступать мне дорогу? — мои брови взметнулись вверх в невинном изумлении, я захлопала глазами, словно поражалась красоте картины или музыки.

Анна яростно захрипела. Ее нога в дорогой туфельке взметнулась вверх и попыталась ударить Аканту, но я была быстрее. Щелкнув двумя пальцами, я сломала ей ногу. Малая и большая берцовые кости хрустнули, а Анна взвыла. Из ее глаз потекли слезы, и она почти обмякла в руках Аканты. Девочка тяжело задышала, и ее руки напряглись.

— Где там у нее комната пыток? Я с этой — она презрительно указала глазами на кричащую Анну — Больше стоять не могу.

— На другом этаже — холодно ответила я и перестала управлять куском бетона.

Он рухнул на землю и раскололся натрое.

Аканта потащила уже не сопротивляющуюся Анну к лифту и морщилась, каждый раз, когда гибрид расходилась криками и стонами. Ее нога безжизненно волочилась по земле. Такими мерами, она вряд ли снова начнет нормально ходить. Хотя я слишком ее ненавижу, чтобы позволить сегодня выжить.

Мы зашли в лифт, а Анна рыдала, безжизненно глядя куда-то в потолок. Ее тушь потекла грязными разводами с комками, и мне это жутко напомнило Чарну в тюремном блоке. Невольное воспоминание о подруге зажгло мою ненависть с новой силой. Подумать только, секунды назад, я почти позволила себе подумать о пощаде этой суки. Даже о том, что позволю ей еще когда-нибудь ходить.

Протянув руку, я нажала нужную кнопку. Когда кабина медленно тронулась, слегка подпрыгнув, мы остались почти в тишине. Только нервные всхлипы и завывания Анны доносились до наших ушей. Вместе с ногой, сегодня, я сломала и ее душу. Я позволила ей завести меня в свое логово и даже решить, что она победила меня, а теперь она жалко висит в хватке демона и ноет о потерянной власти. Я даже не могу удивиться этому, Анна в шоке далеко не из-за сломанной ноги. Эта тварь расстроена тем, что проиграла.

Лифт остановился, и мы оказались на том самом страшном этаже, где Анна заставила меня пытать Карла. У меня в глазах, будто что-то мелькнуло, и я сквозь темное стекло увидела его корчащуюся фигуру на койке. Я замешкалась, не решаясь ступить дальше, но наваждение быстро прошло.

Мои каблуки зашагали по полу, и я сосредоточилась только на их мерном стуке. Аканта шла следом за мной, но я вдруг резко затормозила перед дверью.

— Как отключить механизм с кислотой?

Анна хохотнула и поморщилась.

— Я ничего тебе не скажу, маленькая ты дрянь.

Я с размаху отвесила ей пощечину, а потом поймала ее за подбородок и придвинула к себе.

— Койка условие не обязательное, я могу тебя и здесь убить.

Анна сделала какое-то неровное движение, будто попыталась повести плечами. Ее тело свело судорогой, и она немного закашлялась, а потом хрипло произнесла.

— Так почему тогда тянешь?

Я распрямилась. Действительно, и чего я тяну? Если бы эта сука сказала охотникам, где наш лагерь, то они бы тут же бросились туда. Купол бы их задержал, но надолго