Звездочка миллиардера. Это моя дочь! - Виктория Вишневская

Астра оборачивается на мой голос, и всё внутри ноет от застывших в карих глазах слёз и красного лица.

Малышка резко соскакивает с дивана, несмотря на рядом сидящего незнакомого мужика, и, плача, бежит ко мне.

— Па-па-а-а! — вопит, врезаясь в мои ноги. Хрупкие плечики дрожат, а она сильнее прижимается ко мне. — Ма-ма-а.

Мама? Точно, где Люба?

— Глеб, — по гостиной разносится женский нежный голос, от которого хочется закрыть уши. Или как минимум чтобы лопнули перепонки. — Рада тебя видеть.

ГЛАВА 50

— Не могу сказать того же, — выплёвываю. Поднимаю плачущую малышку на руки, обнимаю и похлопываю по спине. — Тише, девочка моя, тише.

Не свожу взгляда с Марты.

Она изменилась. Повзрослела, перестала быть той юной девушкой, которую я знал. Перекрасила волосы в более тёмный. Лицо похудело, скулы выделились, естественная красота и вовсе испарилась, заменённая пластикой. И всё за какие-то три года…

Она уже не вызывает былых чувств.

Наоборот, меня пронизывает что-то новое. Ярость. Отчуждение. Ненависть.

За то, что водила меня за нос. За то, что моя дочь попала в детский дом.

За то, что Звёздочка сейчас плачет и надрывно зовёт маму.

— Где Люба? — спрашиваю у Марты. Взгляд летит на мужчину. Это её новый ухажёр? Не похож. Думаю, обычный охранник. Побоялась приходить без него? И правильно — она бы уже летела в окно.

— Та девушка? — задумчиво спрашивает, приложив палец к подбородку. — Она не давала провести мне время с дочерью, поэтому мы её закрыли. Ну и крикливая она у тебя.

— Жень, — зову начальника безопасности.

— Я уже вызвал охрану. Десять минут, и они здесь. Могу сам, но будет шумновато.

Нет, Астра испугается.

— Зачем же нам охрана? Я всего лишь приехала поговорить. Не переживай, надолго не задержусь, — с волнением начинает лебезить бывшая невеста.

Всё это напрягает. Почему она появилась тогда, когда я улетел? Следила за мной? Но как? Откуда?

Хочу расспросить, но сердце громко стучит от беспокойства.

— Найди Любу, — прошу Женю. Это всё, что меня сейчас беспокоит. Она так просто не оставила бы Астру одну. А судя по тому, что её где-то закрыли, может, и оглушили ударом?

Стискиваю от злости зубы. Если так — им конец.

Я и так устрою им «сладкую» жизнь, но, если они сделали Нежной больно, лично четвертую этого мужика.

— Хорошо, — срывается с места, но тут же останавливается. — А, уже нашёл.

Поворачиваю голову в сторону, куда смотрит Женя. От входа, откуда мы только что пришли, к нам бежит Нежная. Обеспокоенная, встревоженная и… будто упавшая в лужу. Грязная, чумазая, с листвой в волосах.

И где она была?..

Злая до предела, с глазами на мокром месте, взгляд которых тут же утыкается в меня. Точнее, в Астру, которая замечает Любу и, потянувшись к ней руками, кричит:

— Мама-а-а!

От жалобного плача всего сковывает.

Люба, сорвавшись с места, подбегает ко мне, перехватывает малышку и целует её в макушку, прижав к себе.

— Тише-тише, мамочка рядом.

Фух, отлегло.

Она в порядке, и мать с дочкой воссоединились.

Но Нежная быстро просыпается, смотрит на меня с облегчением.

— Глеб, эта ненормальная!.. — восклицает.

— Всё хорошо, — приобнимаю её за плечи и говорю мягко, как могу. Сам держусь из последних сил. Но не хочу, чтобы дочка слышала мой гнев. — И лучше уйди, ладно? Астра жутко испугалась, её нужно успокоить. А она полностью зависит от твоего настроения. Подождите меня в своей комнате.

Поджимает губы.

Уверен, ей есть что сказать этой твари. Другого слова подобрать не могу. Потом выслушаю, что случилось, сейчас важно другое.

— Ладно, ты прав, — неохотно соглашается со мной. Прижав к себе малютку и не сводя ненавидящего взгляда с Марты, она бежит в их спальню.

В гостиной повисает тишина, но женщина быстро её разрушает:

— Это правда, что вы женаты?

Когда я представлял нашу первую встречу, она была не такой. Планировалось, что в один день я прилечу в Америку, где она обосновалась. Найду её, заставлю пожалеть о своём решении. И разрушу всё, чем она дорожит.

— Как ты здесь оказалась?

— Даже не ответишь?

— Не собираюсь.

— Тогда и я тоже, — включает обиженку и закидывает ногу на ногу. Глазеет вслед Нежной, минуту назад скрывшейся за поворотом. — Буду сидеть и ждать здесь, пока не приедет твоя охрана, не выставит меня за дверь. А потом я пойду в органы! Потому что ты не разрешаешь мне видеться с дочерью.

Я усмехаюсь.

— Прости, ты явно забыла, куда приехала. Но то, что ты сделала… уголовно наказуемо. Вторглась на частную территорию. Обманом. Чуть не похитила ребёнка.

Кажется, этого делать она не собиралась. Но кто знает, что у неё в голове?

— Да каким обманом? — улыбается мне, поставив локоть на колено и подперев ладонью голову. — Твой охранник пустил меня сюда за пятьдесят тысяч. Дурак. После увольнения потеряет больше, чем заработал.

Ясно. Вот чего он был таким нервным.

— Как ты нашла, где я живу?

Этот дом был куплен после того, как мы расстались.

— Узнала, — пожимает плечами, разболтавшись. Она никогда не отвечала за свои слова и была разговорчивой. Но тогда я воспринимал это как безобидную блажь, считая её взбалмошной и наивной. — И поехала следом за твоей…

Она мнётся и, будто отторгая это слово, продолжает:

— Женой.

Она нашла её в городе? Как?

— Не удивляйся, — хмыкает она. — Здесь нет ничего криминального. Я всего лишь позвонила нашим общим знакомым. Узнала, как сейчас можно на тебя выйти. Охранник твой помог. А твою жену я уже видела в новостях. Только думала, что она няня… Но да ладно.

В новостях? Я не слежу за ними. Могли и засветиться где-то.

Не спрашиваю, плевать.

Значит, она следила за мной. Осечка. Плохо Женя работает, раз не заметил за нами слежку. Хотя понимаю, что он не всесилен, и вряд ли такое засечёшь, пока не спалишься. А Марта хитрая, как лиса.

— Зачем ты приехала?

— Повидаться с дочерью. Пыталась подружиться, вот, — выпрямляется, сжимает в руках плюшевую игрушку и кидает её обратно на диван. — Не вышло.

— Ты серьёзно думала, что она примет незнакомую тётку, которая однажды отказалась от неё сразу после рождения?

— Она ведь об этом не знает, — говорит как ни в чём не бывало. — Но да, дети плохо реагируют на чужих людей. Плюс её разлучили с приёмной матерью, но… Попытаться стоило.

«Попытаться стоило». Ценой слёз моей дочери.

— С чего проснулась любовь? Пожалела о прошлом? — выплёвываю.

Находиться в одном помещении невозможно. Почему я до сих пор говорю