Обманутая - Рина Дейн

Она сказала это, поддавшись эмоциям, но только потом поняла, что права. Олеся его не знала. Но почему-то на подсознательном уровне верила, что тот, кто помог ей прийти в себя, заботился и так оберегал все время, не мог лгать. Да и зачем ему это?

Олеся захотела забрать свои слова обратно, но вместо этого продолжила молчать. Стало стыдно, что она вообще могла подумать о таком.

– Я твой парень, – его голос звучал тихо. Он был обижен и даже не скрывал этого от своей девушки. От той, которую так сильно любил, несмотря ни на что. – Я люблю тебя. А ты меня. Это немного больно, когда ты так говоришь. Хоть ты и не виновата в этом.

– Я тебя не помню. Я поверила твоим словам о том, что ты мой парень. Но у меня нет доказательств. Ни одной фотографии, ничего. Ничего, что доказывало бы то, что ты не обманываешь меня. Я не могу знать наверняка, говорил ты мне правду или нет. Может, ты и тогда обманывал меня? Когда назвался моим парнем?

«Ну же, скажи, что я ошибаюсь! Покажи мне наши старые фотографии, мои фотографии! Пожалуйста».

– Это, черт тебя дери, чушь какая-то, – взвыл Эрик. Он повернул голову и посмотрел на Олесю, которая не двигалась с места. Сидела как приклеенная и смотрела в одну точку, даже не моргала. – Ты ведь любишь меня.

– Это ты мне так сказал, – бросила Олеся, повернувшись и встретившись с ним взглядом. Карие глаза против голубых. – Ты заставил меня поверить в это. Но я не знаю, точно ли люблю тебя. Я не помню этого. Я не помню нас. Не помню чувств к тебе, – продолжала она провоцировать его.

– Вот как…

– Так, – кивнула Олеся, наблюдая за ним из-под полуприкрытых ресниц и пелены слез. – Я не помню ничего из того, что ты говорил мне все это время. Помню много другого, но ты говоришь, что это ложь. А может, это твои слова – ложь? Я не верю тебе!

– Ну и не верь! Что я еще скажу? Ты не хочешь даже попытаться мне поверить. Вталдычила себе в голову не пойми что. Я изо всех сил пытаюсь помочь тебе вспомнить себя. Нас. А ты вспоминаешь какую-то чушь.

– Может, я не могу вспомнить нас, потому что нас никогда не было? – огрызнулась она.

– Что это ты говоришь?

– Ты слышал, что я сказала.

Подняв голову, она встретилась взглядом с его холодными глазами и слегка вздрогнула. Олеся испугалась того, как Эрик смотрел на нее. И он это заметил. Первый и последний раз она так смотрела на него, когда он сел в ее машину. Тогда, около танцевальной студии. В день, когда Есения умерла и родилась Олеся.

– Я не уверен, что правильно тебя понимаю. Повтори.

– Может, я не могу вспомнить нас, потому что нас никогда не было? – повторила она слово в слово, стараясь не отводить глаз. Но голос дрожал, ведь она уже жалела о своих словах.

«Отведешь взгляд – проиграешь!» – повторяла Олеся, сжимая руки в кулаки.

– Нет ничего, что подтвердило бы твои слова. Ни фото, ни видео. Ни моих чувств. Я вот здесь, – Олеся пальцем ткнула в грудь, туда, где билось ее сердце, – ничего не чувствую.

Стоило ей произнести эти слова, как Олеся поняла, как глубоко ошибалась. Она чувствовала к Эрику что-то особенное. Но это было никак не связано с тем, о чем он говорил ей. Об их отношениях. Внутри ее зарождалось все постепенно и заново, будто никогда и не существовало Эрика Алмазова в ее жизни. Это не было чем-то забытым, нет. Скорее, совершенно неизведанное ранее чувство к тому, кто стоял сейчас перед ней.

– И что ты пытаешься этим сказать?

– Ты меня обманываешь. Я надеюсь, что это не так… но с каждым днем я все сильнее убеждаюсь в том, что что-то не так.

– Ты сошла с ума.

– Нет!

В какой-то момент Олеся вдруг захотела бросить все и обнять Эрика, прижаться щекой к его спине, ощутить его руки на талии. Она скучала по всему этому. Но не могла дать слабину. Не сейчас, когда стояла на вершине кучи воспоминаний и не могла разобраться.

– Я четко осознаю все, что говорю, и точно знаю, что все, что я вспомнила, было на самом деле.

– Тебе кажется. Это все твоя фантазия. Сколько можно повторять?

– Нет! – вскрикнула она, а после схватила кружку с водой со стола и бросила ее на пол. Она упала в нескольких сантиментах от ноги Эрика, пара осколков задела его кожу, оставила на ней царапины. – Прости. О господи, прости.

Олеся быстро опустилась рядом с Эриком, попыталась самостоятельно убрать осколки, но Эрик оттолкнул ее. Как бы он ни хотел обнять ее и никуда не отпускать, сейчас нужно было действовать иначе.

– Успокойся, – как можно терпеливее произнес Эрик, – перестань воображать себе невесть что и срываться на мне, хорошо?

Она молча поднялась, взяла фотографии со стола и подошла к двери. Все ее тело дрожало. Олеся хотела выспаться. Она бы сейчас уснула даже на гвоздях, если бы представилась возможность.

– Я знаю, что вспоминаю то, что было со мной на самом деле. Ты что-то скрываешь от меня. Поэтому игнорируешь мои слова. – Она покинула кухню.

Эрик остался в кухне. Рядом с ним валялись осколки кружки, капли воды. Опустил голову и закрыл глаза: они противно щипали, и Эрик едва держался, чтобы не заплакать от бессилия. Не так себе он все представлял. Все должно было закончиться не так быстро, иначе. Эрик был уверен, что Олеся полюбила бы его, а потом… потом бы он сам рассказал ей правду. Вдвоем они бы посмеялись над этим. А сейчас… Сейчас он хотел вернуть время, отмотать на пару недель назад и выяснить, когда именно любовь всей его жизни перестала пить таблетки.

Тридцать пятая глава

Каждый вечер Даша проводила в квартире подруги. Только несколько вечеров назад к ней присоединился и Тоша, который помогал с видеосъемкой. Сейчас они вдвоем сидели в кухне семьи Чеховых и пили горячий чай с бубликами. Антон молча смотрел в окно, держа кусочек бублика между пальцев, а Даша что-то печатала в телефоне. Причем делала это громко и быстро. Гнев, исходивший от нее, можно было увидеть невооруженным глазом.

– Перестань, – попросил Тоша, рукой накрыл телефон Флеер. Сжав мобильник, Антон вырвал его и положил рядом с собой. Заблокировал экран и повернул телефон экраном вниз, чтобы не было соблазна