Вот и всё! - Галина Ивановна Луценко

Мужчина спокойно слушал мою пылкую речь, опустив голову вниз. Затем просто завёл двигатель автомобиля и тронулся с места.

— Куда ты меня везёшь? — сердито воскликнула я.

— Разговором в машине ничего не решить, — невозмутимо пояснил мужчина.

Я закрыла глаза, глубоко вдыхая воздух, и положила голову на мягкое подголовье сиденья, смирив-шись с тем фактом, что, видимо, этот человек живёт в своём собственном мире со своими космически-ми понятиями.

Подъехав к какому-то заведению с иностранным названием, похожим на ресторан, Михаил вышел из машины и, подойдя к моей дверце, открыл её и подал мне руку. Я, проигнорировав его галантный жест, самостоятельно вышла из салона и стала возле него. Он, закрыв за мной дверь и поставив авто-мобиль на сигнализацию, проследовал внутрь, пропуская меня вперёд.

Столик он заказал заранее, так как администратор зала встретил нас и сразу же проводил к лифту, зайдя в который мы поехали вверх. Наш столик находился в самом углу смотровой площадки рестора-на, через огромные окна которой нам открылась панорама города как на ладони. Уютные плетёные кресла из ротанга манили своим комфортом, а яркие соцветия камелии, цветущиё в расписном горшоч-ке в углу стола, придавали романтический акцент этому месту. Очаровательная панорама города просто захватывала своей красотой, и продолжать сердится на мужчину, который окунул меня в такое велико-лепие, ставало для меня всё сложнее.

— Ты часто проверяешь свою электронную почту? — бесстрастно начал он разговор, укрывая мои пле-чи шерстяным пледом.

— Иногда. А что? — хмыкнула я.

— С того момента, как я уехал, ты не проверяла его, правда?

— Не знаю. Я просто не в курсе, когда был этот момент, как ты уехал, — язвительно протянула я.

— Нет, ты не проверяла. Потому что тогда бы ты знала, какое огромное количество сообщений я от-правил тебе с Испании, — уверенно пояснил мужчина.

Я насупила брови в немом замешательстве. Я действительно давно не проверяла свой электронный ящик. Я попросту о нём забыла.

— Ты писал мне? — недоверчиво спросила я.

— Писал. Теперь знаю, почему ты не отвечала, — скривился он.

— Но почему ты не мог просто позвонить? — растеряно молвила я.

— Ты что, это же так дорого! — Михаил сделал такое лицо, словно был поражён выпадом моей нагло-сти.

— Ты шутишь? — удивлённо улыбнулась я.

Мужчина улыбнулся мне в ответ, и добавил:

— На самом деле, ты не отвечала, и я просто думал, что ты не хочешь со мной разговаривать. Пере-писка являлась более смелой формой общения, как я считал, — рассудительно пояснил он.

— И что же ты мне писал?

— Здесь есть вай-фай. Прочти сейчас, — решительно предложил Михаил.

Я, подозрительно взглянув на его довольный вид, достала свой телефон и обновила свою почту. Действительно несколько сообщений из неизвестного адреса. Я открыла первое, и прочитала:

'Привет. Прости меня за то, что тебе пришлось увидеть меня в таком состоянии. Сейчас сажусь в самолёт, так как улетаю обратно в Испанию. Очень не хватает твоей поддержки'. Следующее: 'Если не хочешь со мной разговаривать, пришли, хотя бы смайлик. Закаты по-прежнему здесь сказочные. Жаль, что ты не рядом', и последнее: 'Какой бы ты вердикт по поводу нас не вынесла, знай, что я скучаю'.

Я прочитала все его сообщения, отметив про себя, что все они были присланы давненько и все в разное время. Оторвав свой взгляд от экрана телефона, я посмотрела на него.

— У меня нет никакого вердикта. Между нами всё достаточно скользко, — холодно отрезала я.

— Значит, нужно усилить трение, — победительно смотря в мои глаза, произнёс он.

Я покраснела и на все лёгкие вдохнула кипучий воздух, что наполнял наше с ним пространство. Опустив свои веки, я откинулась на спинку кресла. Как же я наелась от него этой неясности в его от-ношении ко мне с постоянными запятыми и разговоров со сплошными заковырками.

— Чего тебе от меня нужно? — отрешённо, с видимым безразличием, спросила я.

— Завтра у меня предновогоднее благотворительное мероприятие, хочу попросить составить мне ком-панию!

— Нет! Чего тебе нужно от меня вообще? — уточнила я.

— Ты! — ответил мужчина.

— Что?

— От тебя мне нужна ты! — спокойно произнёс он.

Почему я всегда, как дрессированная обезьяна, которая согласна на всё ради банана, соглашаюсь на его невразумительные предложения? Ах, ну да, возможно из-за того, что просто воздух вокруг меня тяжелеет, когда его нет рядом. Хотя насчёт банана, я это правильно отметила, Фрейд бы плакал по моим психосексуальным принципам, однозначно.

Часы показывали девять утра. Странно, какого же рода культмероприятия начинаются в такую рань? Тем более, вчера он подчеркнул, что никакого официального убранства не нужно, подойдёт обычная повседневная одежда. Конечно, я не могла так рисковать, и решила на всякий случай надеть скромное без откровенных декольте и разрезов, платьишко с мелким цветочным принтом и кружевной каемкой, которая доходила почти до колен. Свои непослушные вьющиеся кончики волос, я тщательно выровня-ла, решив также, сегодня обойтись без макияжа.

— Объясни хотя бы, куда мы едем и какую роль во всём этом играю я! — я вопросительно уставилась на своего попутчика, севши в салон чёрного лексуса.

— Ты же выступала на новогодних утренниках? — живо спросил меня Михаил, и я приятно отметила для себя, что он находился в очень позитивном настроении.

— Обычно я ставила танцевальные номера.

— Я так и думал, значит, сегодня будешь ответственна за постановку хоровода вокруг ёлки.

— Ты можешь нормально объяснить, куда мы едем? — спросила я.

— Благотворительный фонд, который я возглавляю, занимается финансовым обеспечением множества онкоцентров страны, а именно предоставлением лекарственных препаратов деткам, которые больны онкологическими заболеваниями. А также мы несколько раз в год навещаем детские дома, которые есть в нашем городе, и оказываем им также спонсорскую помощь. Вот сегодня именно такой день, ведь скоро наступит Новый год, и все детки мира с нетерпением ждут этого праздника, чтобы получить по-дарки от деда Мороза, а о сиротах, к моему горькому сожалению, просто некому позаботиться. Поэтому сейчас мы посетим несколько приютов и раздадим им игрушки и сладости, — с глубокомысленным видом изложил Михаил.

Я смотрела на него и не могла понять, откуда в простом человеке столько человечности и доброты. Он такой совершенный в моих глазах, прям, не к чему придраться. И эта его идеальность, она не пах-нет никакой слащавостью, она просто безупречна. От него хоть воду заряжай.

— Почему ты создал фонд помощи именно для онкобольных?

— Потому что знаком с этой болезнью. Моя мать умерла от рака. Я не смог её спасти, теперь просто обязан спасать других, — спокойно пояснил мне мужчина.

— Я сожалею, что тебе пришлось пережить смерть близкого человека.