Дикий принц - Сиенна Кросс

Заставляя себя опустить взгляд, я протягиваю его ей, не встречаясь с глазами, которые, как я чувствую, сверлят меня. Она хочет, чтобы я посмотрел? Нет, этого не может быть.

— Спасибо. — Она берет полотенце, и только когда я уверен, что дал ей достаточно времени, чтобы прикрыться, я ложусь обратно. — Тебе не обязательно было закрывать глаза. Я уже говорила тебе, что меня не смущает нагота, ни моя, ни чья-либо еще.

— И все же... — выдавливаю я.

— Я ценю твои джентльменские усилия.

— Это меньшее, чего ты заслуживаешь. — Я выдыхаю и с усилием закрываю веки. Ее мягкое дыхание наполняет комнату, в воздухе витает электрический гул, который я просто не могу игнорировать. Я должен быть измотан. В меня стреляли, и я чуть не сгорел заживо, но тот факт, что Серена полуобнажена рядом со мной, заставляет мою кровь биться быстрее, а член набухать.

Я держу глаза закрытыми и использую всевозможные уловки, чтобы заставить себя уснуть, но сон просто не приходит.

— Тсс, Тони, ты не спишь? — Серена наклоняется ближе, ее сладкий клубничный аромат вытесняет соленый запах в воздухе.

— Нет, — бормочу я.

— Я не могу уснуть. — Она поворачивается ко мне лицом, и я повторяю ее движение, несмотря на натянутые швы.

— Это из-за адреналина, просто постарайся расслабиться, он скоро пройдет.

Она садится и сползает на край шезлонга. — Или я могу попробовать старую бутылку самбуки, которую нашла в том шкафчике рядом с полотенцами.

— Серьезно?

— Ага. Должно быть, у кого-то здесь был тайник. — Она вскакивает на ноги прежде, чем я успеваю ее остановить.

— Я не думаю, что это такая уж хорошая идея...

— Не будь таким беспокойным. Мы в безопасности. Кому придет в голову искать нас здесь? — Отодвигая полотенца в сторону, она достает спрятанную жемчужину. После того дня, который у нас был, немного алкоголя, чтобы заглушить боль, кажется, именно то, что мне нужно. Но это рискованно и безответственно. Это не только притупило бы боль, но и замедлило бы мою реакцию, и это может стать разницей между жизнью и смертью. Для нас обоих.

Она неторопливо подходит, ее светлые волосы каскадом падают на обнаженные плечи, освещенные лучами луны, проникающими через окно. Она протягивает бутылку одной рукой, другой придерживает полотенце. — Давай, всего один глоток?

Я сажусь, морщась от боли. — Я не знаю...

— Думаю, ты у меня в долгу.

— Как выпивка загладит то дерьмо, в которое я тебя втянул?

Ее плечо медленно приподнимается, прежде чем упасть. — По крайней мере, мы можем закончить наше маленькое приключение с похищением на высокой ноте.

Моя бровь приподнимается при виде кокетливого блеска в ее глазах. — Откуда ты знаешь, что тебе понравится выпить со мной ночью?

— Я не знаю. — Она опускается на шезлонг рядом со мной, и ее колени касаются моих. — Но мне любопытно познакомиться со старым Антонио, и я думаю, что, выпив немного, я смогла бы его уговорить.

Я качаю головой, медленно вдыхая. Даже на таком расстоянии ее сладкий аромат проникает в мои ноздри, и шепот тепла разгорается под полотенцем, накинутым на мои ноги. — Старый Антонио умер давным-давно, tesoro. Ты должна была позволить этому человеку сгореть вместе с его воспоминаниями.

Ее голова мотается взад-вперед, губы поджимаются, прежде чем она подносит бутылку ко рту и делает глубокий глоток. Она сглатывает, облизывая губы, не сводя с меня глаз. — Я не согласна.

— Ты ничего обо мне не знаешь.

— Ты ошибаешься. — Она делает еще глоток и, прищурившись, смотрит на меня. — Я знаю, что ты рисковал своей жизнью, идя обратно в огонь, чтобы спасти двух невинных женщин, я знаю, что ты убил человека, который поступил подло с твоей пленницей, та, кто должна быть не более чем разменной монетой, и я знаю, что ты презираешь эту новую версию себя, ту, которым, по твоему мнению, ты должен быть. Ты думаешь, что ты должен быть таким.

Каждое слово пронзает мне грудь, прямым попаданием в мое почерневшее сердце. Я монстр, как она может этого не видеть?

Мои мысли путаются, и я, кажется, не могу выдавить ни одного связного предложения, когда она протягивает мне бутылку. — Теперь выпей, Тони, и я хочу, чтобы ты доказал, что я неправа.

Что-то обрывается внутри меня, годы сдержанности и назревающий гнев выходят наружу. — Неправа? Я точно скажу тебе, что я за человек. Прямо сейчас, даже когда с твоей поврежденной лодыжкой, сгоревшим домом, с неизвестными мужчинами, преследующими нас, и свежими воспоминаниями о твоём нападении, нет ничего, чего я хотел бы больше, чем трахать тебя пока ты не будешь выкрикивать мое имя.

Ее рот изгибается в соблазнительную заглавную букву "О", и я представляю, как трахаю эти прелестные розовые губки.

— Разве это похоже на то, чего хотел бы хороший человек?

— Хорошее сильно переоценивают, Тони.

И ее рот врезается в мой.

With love, Mafia World

ГЛАВА 31

Не останавливайся

Серена

Мой язык протискивается сквозь стиснутые зубы Антонио, и рычание вибрирует в глубине его горла, когда его рука обхватывает мой затылок. Его язык встречается с моим, голодный и дикий, нанося мне удар за ударом.

Dio, мне это было нужно.

После того, как Отто оставил меня такой неуправляемой и беспомощной, мне нужно вернуть свою силу, и Антонио Феррара — как раз тот человек, который может мне ее дать. Поставить этого жалкого верного человека на колени будет величайшей местью этому трусу, который хотел воспользоваться мной.

Теперь я главная, и мне нужен этот человек.

Может, это болеутоляющие, смешанные с алкоголем, заговорили? Возможно, но мне похуй. Мне это нужно.

Руки Антонио сжимаются вокруг моих бедер, и он сажает меня к себе на колени. Мое полотенце едва держится на талии, и поскольку между нами нет ничего, кроме хлопчатобумажной ткани, я чувствую его толстый член у себя между ног.

Я прижимаюсь к нему, потерявшись в накаленном моменте, прежде чем мое внимание привлекает белая вспышка. — Твоя рана! — Я визжу.

— Я в порядке. Я ничего не чувствую.

Я поднимаю на него глаза, чтобы распознать ложь. Я наблюдаю за ним с тех пор, как закончила накладывать швы, и нет сомнений, что ему больно. — Ты уверен?

— Я уверен. — Он заглушает все дальнейшие возражения своими губами.

Его руки блуждают по моей спине, распутывая полотенце, которое я ношу вместо топа, и