Небо на ладони - Мэри Линн Бакстер

– Она изумительна, Хизер!

Хизер улыбнулась, лицо ее засияло.

– В самом деле! Но помни, мы больше не должны называть ее «она».

Рейн шутливо закатила глаза.

– Наконец-то, спустя целую неделю, вы решили дать ей имя! Я уже начала думать, что моя племянница так и останется безымянной.

– Ну что я могу тебе сказать на это? – Хизер замолчала, вынула грудь изо рта малышки и осторожно положила девочку в люльку. – Это все твой дорогой братец. Он перечитал буквально все словари, где перечисляются имена.

– На кого она похожа, как ты думаешь? – спросила Рейн, вглядываясь в крохотные черты младенца.

– В основном на себя, я так думаю, – с гордостью ответила Хизер. – Да я вообще не понимаю, на кого похожи новорожденные. По мне, они похожи на сморщенный чернослив. – Она засмеялась, услышав как Рейн в ужасе ахнула, и добавила: – Но это, конечно, не относится к Кристи. Кристи – красавица!

– Я абсолютно с этим согласна.

Некоторое время обе молча смотрели на очаровательное маленькое создание, которое мирно спало, сунув кулачок в рот, и которого не волновали мирские проблемы. Рейн вздохнула. О Господи, если бы и ее жизнь была столь же простой!

– Кристи Рейн Микаэлс – разве это не красиво звучит? – спросила Хизер, нарушая молчание и поднимая глаза на Рейн.

Рейн улыбнулась сквозь слезы.

– Очень даже красиво. Ты даже представить себе не можешь, что это значит для меня – знать, что этот милый комочек назван моим именем.

– Я уже тебе говорила, что ты должна благодарить за это Тодда, – улыбнулась Хизер. – Но я тоже была за после всего, что ты для нас сделала.

Рейн обняла Хизер и зажмурилась, пытаясь остановить слезы. В последнее время ей слишком часто хотелось плакать.

Хизер прижалась к Рейн, затем, отстранившись, произнесла:

– Мы так скучали по тебе. Мне хотелось бы, чтобы ты не спешила в Даллас, но я понимаю, что ты не можешь остаться здесь еще на день, тем более что Тодда уже выписали из госпиталя и он поправляется прямо на глазах.

– Я тоже скучала по вас, – со вздохом призналась Рейн, – даже больше, чем вы думаете.

– Мы очень рады, что ты к нам приехала, пусть даже на один день. Я не забыла, что через несколько дней у тебя открытие бутика.

– Разве я могла не приехать, узнав, что тебя и Кристи выписали из больницы?

– Эй вы, двое, что вы тут делаете? – раздался голос Тодда. Он вошел в комнату, глухо постукивая костылем по ковру. – Похоже, тут собралось общество взаимного восхищения. – На его исхудавшем лице сияла радостная улыбка.

Рейн сняла руку с плеча Хизер и повернулась к нему. Он удивительно быстро шел на поправку и чувствовал себя уже настолько хорошо, что начинал задумываться, чем бы себя занять.

Рейн с любовью смотрела на брата. Она все еще не могла поверить, что он выжил после той страшной аварии и – главное – не утратил чувства юмора и по-прежнему радуется жизни.

Она с улыбкой подошла к брату и поцеловала его в щеку.

– Ты прав, дорогой братишка, мы не только восхищались твоей дочерью, но и похлопывали друг друга по спине. – Она бросила взгляд на Хизер и подмигнула ей.

Тодд усмехнулся и опустился на ближайший стул.

– Рейн, – спросил он, помолчав, – когда ты последний раз разговаривала с Эшем?

Рейн напряглась.

– Ты же знаешь, что я с ним давно не разговаривала, – ответила она. От одного лишь упоминания этого имени ей становилось не по себе.

– Черт возьми, – воскликнул брат, – я не могу понять, почему он не сообщает мне, что решила комиссия по расследованию аварии! Отчет наверняка уже готов, и отсутствие информации сводит меня с ума. И хотя я не собираюсь больше летать, я хочу определенности – любой!

Хизер виновато посмотрела на Рейн:

– Я попросила его позвонить Эшу. Пора прояснить ситуацию. Я думаю, Эш делает все возможное, чтобы оправдать Тодда. – Она упрямо выпятила нижнюю губу.

Тодд остановил на жене взгляд, полный любви и нежности. И этот взгляд перевернул душу Рейн, ведь ей не суждено быть любимой мужчиной, которого она любит больше жизни.

– Она оптимистка, моя девочка, – проговорил Тодд, пожимая плечами. – Кто знает, может, она и права. Эш до последнего дня оплачивал счета в госпитале.

Рейн почувствовала себя несчастной.

– Ах, Тодд, если бы я могла что-то сказать или сделать, но увы! – Спазм сжал ей горло, она не могла больше говорить. Почему Эш не свяжется с ним? Может, он… Нет. Она не желала даже мысленно закончить фразу. Эш никогда не перенесет на Тодда враждебность, которую испытывает к ней.