В тайге ночи тёмные - Лора Вайс

— Ну, а ты чего такой помятый? — Кирилл нашел брата, лежащим на диване. В воздухе витали ароматы коньяка.

— Могу себе позволить, — ответил с хмельной ленцой в голосе. — Что хотел?

— Я от юристов. Хотел поздравить, — присел на подлокотник кресла, — дело с рабочими на лесоповале можно считать закрытым. Все стороны договорились по деньгам, судов не будет.

— Хорошо.

— Бригадира, кстати, отмазали. Так-то он мужик неплохой, но вот облажался. Тот пацан, которого посадил за пульт, вроде как он его в ученики себе взял.

— А тот угандошил человека, хороший ученик, ничего не скажешь.

— Если уж так рассуждать, то и ты ничем не лучше. Тебе говорили не лететь, а что в итоге? Ты чуть не угандошил пилота и сам чуть не сдох. Так что, всё относительно, брат.

— Да, в этом ты прав, — сел, затем налил себе еще коньяка. — Тебе не предлагаю, — глянул на него исподлобья.

— Может, все-таки расскажешь, что заставило тебя пить на рабочем месте?

— Моя наполненная событиями и смыслом личная жизнь, — криво усмехнулся. — Ты иди, работай.

— Угу, — покачал головой, — особо не увлекайся, в нашей семье главный тунеядец и неудачник я, а ты пример для подражания.

В ответ Евгений лишь фыркнул и залпом опустошил стакан.

Когда за братом закрылась дверь, Соколов откинулся на спинку дивана. Лиза молчит уже неделю. Вот просто молчит. Ни да, ни нет. Он уже и просил прощения, и бесился, и тоже включал обиженку, но ничего не помогло. Молчит, хоть тресни. Ладно бы высказала все, что накипело, обвинила во всех смертных грехах, хоть понятно было бы, о чем думает. Но нет. Конечно же, спать она ушла в Пашкину комнату, а сын начал все чаще капризничать, видимо, чувствует неладное. Как, оказывается, легко можно превратиться во врага для всех сразу. Раньше об этом как-то и не задумывался. Вернее, плевать было на чужое мнение, как на хорошее, так и на плохое. Теперь все чаще начал обращать внимание на слухи, на взгляды, на тон, с каким говорят люди. Лиза абсолютно точно считает его конченой мразью, тут понятно и без слов. Но, какие при этом мысли вынашивает, вот что хочется знать.

С того самого дня жизнь превратилась в ад, тихий ад. На работе все думы только об одном, лишь бы вернуться не в пустой дом, а дома это чертово молчание и презрение в ее глазах. Она уже сделала для себя какие-то выводы, раз ведет себя так. Разборки устраивать лишний раз тоже не хочется, да и нельзя. Потому и приходится сидеть как на пороховой бочке, мучительно ждать, когда рванёт.

Лиза в это время пыталась дозвониться до отца, но он не брал, причем второй день подряд. Поначалу были свободные гудки, а сегодня уже «номер недоступен». Что за ерунда? По погодным сводкам в Кемерово сейчас спокойно, наступила пора первых заморозков, но без каких-либо отклонений от нормы.

В итоге, снова не дозвонившись, набрала дядю Колю. Однако ответил не он.

— Добрый день, — тут же осеклась, — а могу я поговорить с Николаем Григорьевичем?

«— Добрый день, — вдруг мужчина затих на пару секунд, — Лиза? Это ты?»

— Да.

«— Это Александр, сын Николая Григорьевича»

— Ох, прости Саш, не узнала. Слушай, я до отца дозвониться не могу второй день. Ты случаем не знаешь или дядя Коля, в чем может быть проблема?

И он снова замолчал, причем на этот раз молчал долго.

— Алло? Саш?

«— Да, да, Лиз, я тут»

— Что случилось? — ладони вмиг вспотели, сердце заколотилось как бешеное.

«— Семен Аркадьевич просил не говорить тебе, но это абсурд, конечно. В общем, он в больнице»

— Как? Почему?

«— С почками проблемы. Отец и я к нему ездим. И хоть он очень просил, все-таки тебе тоже лучше приехать»

— Пожалуйста, сбрось адрес больницы. Я постараюсь с первым же рейсом.

«— Хорошо. Я могу тебя встретить»

— Да, было бы здорово. Спасибо тебе большое.

Стоило разъединиться, как Лиза схватилась за голову, заходила туда-сюда. Как чувствовала, что этим всё и закончится. Нельзя было уезжать! Хороша дочь! Получается, тот человек, который все силы ей отдавал, любил, оберегал, никогда не предавал, сейчас один в какой-то больнице с неизвестно каким диагнозом, а она тут с этим бездушным созданием. И ради чего? Но паниковать нельзя, надо срочно принимать решение. Лиза кинулась к планшету, открыла сайт по продаже авиабилетов. Увы, ближайший рейс был на утро завтрашнего дня. И ценник значился такой, что уже на этапе покупки билетов ее счёт опустеет наполовину. Но к Соколову обращаться не хотелось совершенно, ему вообще ничего не хотелось говорить. Она так и так мыслила вернуться домой, хватит с нее хорошей жизни, нажилась, наелась и в который раз убедилась в прописной истине — дважды в одну реку не войдешь. А Женя пусть будет хорошим отцом ребенку Ксении, у них куда больше шансов на счастливую семью. Как же хорошо, что не успели ни расписаться, ни Пашку на него записать.

Только вот с деньгами по-прежнему неразбериха. Тогда набрала в грудь побольше воздуха и позвонила Кириллу. Он как-то обмолвился, что готов прийти на выручку в любой момент.

— Привет, это Лиза, — заговорила сдавленным голосом. — Можешь сейчас говорить?

«— Привет, Лиз. Конечно. А что такое?»

— Ты мог бы подъехать к нам? Мне очень нужна твоя помощь. Только прошу, умоляю, не говори ничего Жене.

«— Хорошо, хорошо. Не вопрос. Через два часа буду»

Как и сказал, Соколов младший прибыл ровно через два часа.

— Заходи, — открыла ему дверь.

— Дядя Килил! — сейчас же прибежал Паша. — Ты к нам в гости прлиехал?

— Привет, брат, — дал ему пять, — ага. А ты, кажется, вырос. Нет? Вроде такой мелкий был, а тут смотри-ка, прямо здоровяк.

— Не знаю, — пожал плечиками. — Хотес, я показу тебе свою новую масинку?

— Тащи, с радостью посмотрю.

— Урла! — и поспешил к себе в комнату.

Лиза с Кириллом тем временем зашли в кухню. Требовалось срочно снять напряжение, для чего она заварила травяной чай, который привезла с собой.

— Ты мог бы мне одолжить немного денег? — поставила перед ним чашку.

— Э-э-э, — аж растерялся, — могу, да. А сколько?

— Тысяч сто. Даю слово, верну всё до копейки.

— Можешь и не возвращать. Скажи главное, что случилось-то?

— Мне срочно надо вернуться обратно в Кемерово. Отец заболел.

— И почему не хочешь рассказывать Женьке? — произнес с прищуром.

— Потому что между нами всё сложно. Мы так и не смогли… — и замолчала, не зная как лучше объяснить, — в общем, я бы и так вернулась домой.