В тайге ночи тёмные - Лора Вайс

— О себе я говорить не хочу однозначно. Мои болячки при мне и никуда не денутся.

— У него другая есть, — опустилась на стул, — то есть, была. Да не важно. В общем, она ждет от него ребенка.

— М-м, — многозначительно кивнул, — каков бык осеменитель, однако. Так, та баба была или есть, я что-то не понял.

— Какая разница?

— Ну, разница есть, вообще-то.

— Была…

— Угу. И что тебя тогда смутило?

— Папа.

— Давай, давай, рассказывай, раз приехала. Папе надо знать, что творится в столичных кулуарах, какие настроения царят, о чем буржуа ведут оживленные беседы. И что опять творит его бестолковая дочь.

— Знаешь, мне обидно. Обидно, что всё получается так. То ему не нужны были дети, семья, всех своих женщин он с легкой руки отправлял на аборт, а тут вдруг посыпались наследники. Один второй, третий.

— Третий? — вскинул брови. — Что, еще и третья баба есть?

— Нет. Есть дура первая, которая умудрилась второй раз…

— Да ты что? — расплылся широкой улыбкой.

— Это кошмар…

— Категорически не согласен с тем, что кошмар, но согласен с тем, что дура. Ты, Лиз, заигралась в маленькую обиженную девочку, которая одна одинешенька против всего мира. Все люди совершают ошибки, главное, вовремя их признать, если можно исправить, то постараться исправить, а нельзя, так жить дальше. Твой Соколов хочет быть с той женщиной?

— Нет…

— Значит, нет. Он хочет быть с тобой?

— Да.

— Вот и ответ. Мужик хочет быть с тобой. Все-таки хорошо, что ты приехала, хоть поучу тебя уму-разуму напоследок.

— Не говори так…

— Лиза, я решил, всё. И ввязываться в бессмысленные авантюры не буду.

— Это мы еще посмотрим, — поднялась, — я к доктору схожу, поговорю.

— Иди, поговори, — пожал плечами.

Однако разговор с лечащим врачом подтвердил опасения. На диализе отец не протянет долго, вторая почка тоже отказывает. Помочь может только пересадка. И надо срочно искать донора. Понятное дело, если идти в порядке общей очереди, отец просто не дождется, значит, надо за деньги и, что, скорее всего, за границей.

Из больницы Лиза вышла в состоянии полнейшей прострации. Какие там сто-двести тысяч рублей? Это вообще ни о чем. Здесь нужны миллионы.

— Мам! — кинулся к ней Паша. — Ты видела деду?

— Да, малыш. Видела.

— А мне к нему мозно?

— В больницу детишек не пускают. Но ты с ним обязательно поговоришь по видео-звонку. Ладно?

— Ладно, — закивал.

— Тебе есть, где остановиться? — вступил Александр.

— Поищу гостиницу, — и вспомнила, что телефон так и не включила после приземления.

— А давай к нам? Дом у нас большой. Тебе с ребенком всяко удобнее будет. Захочешь отца навестить, Пашку всегда можно с матерью оставить.

— Да, хорошо, — не стала отказываться. Сейчас ей действительно понадобится помощь, любая.

— Тогда поехали. Вы наверно есть хотите? — подмигнул Паше.

— Я хочу кусать. Очень.

— Окей, здесь есть хорошее место недалеко.

И пока сидели в кафе, пока Паша с большим удовольствием ел мини-пельмешки, а на десерт заедал блинчиками со сгущенкой, Лиза кое-как впихнула в себя тарелку щей. Все плохо, безнадежно плохо. Телефон тем временем продолжал вибрировать от всё новых и новых смс, от уведомлений о пропущенных вызовах. Это был Женя. Но разговаривать ни с кем не хотелось, да и что она ему скажет? Мол, да, сбежала, сына увезла, а сейчас сидит в кафе с Александром, к которому ещё и ночевать поедет? Или, например, сказать, что была неправа, что готова на всё, только бы он помог отцу деньгами? Ведь только он и может помочь, если еще захочет. Нет, нет, нет, надо хорошенько обо всем подумать, переспать с кучей мыслей, понять, что делать дальше.

До дома Саши добрались в ночи. К их приезду жена Николая подготовила спальню для гостей, благодаря чему Лиза смогла сразу уложить Пашу спать, а сама пошла в душ. Стоя под теплой водой, намыливая себя гелем, машинально накрыла руками низ живота. Умирающий отец, трехлетний сын, беременность, отсутствие жилья и нормального дохода. Кажется, ничего не забыла. И, опустившись на дно ванны, тихо-тихо зарыдала.

А когда вернулась в комнату, достала из сумки телефон, забралась с ногами на диван и разблокировала экран.

«Пожалуйста, не молчи»

«Лиза, я тебя просто умоляю, ответь»

«Лиза!!!»

«Я люблю тебя, понимаешь? Люблю вас…»

«Твою мать, Лиза. Я много раз облажался, но прости ты меня уже. Я ведь не могу без вас»

«Не лишай меня сына…»

«Да, жаль я не сдох в том озере»

Слезы меж тем капали на экран, разлетаясь мелкими брызгами в разные стороны. Спустя несколько минут Лиза записала для него голосовое сообщение:

«Я не знаю, как мне быть, Жень. У отца почки отказывают, а я… я не знаю, что мне делать. Прости за бегство, Пашку от тебя прятать я и не собиралась»

Ответ прилетел незамедлительно:

«Где ты?»

«В доме дяди Коли. С его семьей»

«Адрес!»

«Село Ильинское, улица Каверина, дом 67»

На следующий день всё семейство проснулось от стука в дверь. И каково было удивление Александра, когда на пороге он увидел Соколова.

— Рад видеть, — протянул ему руку, — снова.

— И я, — пожал в ответ, хотя понятно было обоим, ни один из них не рад.

— Папа! — выбежал к нему Паша.

— Привет, парень, — схватил его на руки, и душа сейчас же на место вернулась, стало легче дышать. — А мама где?

— Сейчас придёт, — повис у отца на шее, — она одевается.

— А мама была раздета? — метнул гневный взгляд на Александра.

— Ну, она зе спала.

— Понял.

Лиза показалась через минут пять.

— Ты готова? — заявил ей с ходу.

— К чему?

— К тому, чтобы взять свои вещи и сесть в машину, — кивнул на черный внедорожник, что стоял за забором.

— Да, сейчас.

Уже на пути к машине, Лиза посмотрела на Сашу.

— Извини, доставила я вам хлопот.

— Ничего, Лиз. Мне было приятно… повидаться с тобой. И я всегда готов помочь, если будет нужно.

— Спасибо.

Соколов все это время шел с каменным выражением лица, хотя прямо хотелось развернуться и этому герою-спасителю тоже что-нибудь сломать. Лизе бы следом наподдать по заднице, жаль, нельзя.