Босс и (не)подчинённая - Мария Геррер

Я снова и снова прокручивал в голове прошедшие события. Никогда не думал, что смогу так переживать за кого-то. Даже не переживать, испугаться. Когда подруга Лины рано утром влетела ко мне в кабинет, я сразу понял — случилось что-то недоброе. Инна с порога ошарашила меня тем, что Лина попала в больницу. В груди похолодело. На мои вопросы девушка отвечала путанно, говорила о каких-то цыганах и Соньке.

Начал набирать номер Лины, но ее подруга меня остановила.

— Да все с ней хорошо. А сейчас утро, Лина спит еще. Не будите ее.

Да, она права. Я немедленно решил ехать в больницу. Но Инна опять меня тормознула.

— Дайте ей отдохнуть. Она вчера жутко перенервничала. А вот с Шароновой разберитесь. Это из-за нее Лина в больнице.

И теперь Инна уже спокойно и вразумительно рассказала мне все. Шаронову из фирмы я вышвырнул немедленно. Она пыталась оправдываться и возмущаться. С трудом сдержал себя, чтобы не придушить эту гадину.

Потом сделал все, чтобы возбудили уголовное дело против Соньки. На все это ушло часа два. И после этого поскорее отправился к Лине. Но она еще спала. Я совершенно по-идиотски разбудил ее, когда неловко подвинул стул к кровати.

Лина обрадовалась, что я пришел, и улыбнулась мне немного застенчивой улыбкой. Где-то глубоко в груди стало тепло. Я чувствовал себя ответственным за то, что с ней произошло. Я не должен был допустить подобного, мог догадаться, что Сонька попытается навредить Лине. Но легкомысленно не подумал об этом. Идиот!

Теперь рядом с Линой постоянно будет Сергей — мой шофер и телохранитель.

Лина съездила к родителям. Я позвонил ей в субботу вечером. Узнал, как прошла поездка. Лина рассказала в общих чертах. Углубляться в подробности не стала, а я не настаивал. К себе она меня не позвала. Это задело. Может, просто устала, а может, причина в другом. Только в чем? Не поймешь эту Лину.

* * *

В огромной квартире тишина. Как в склепе. Включил негромкую музыку. Веселее не стало.

За окном синели поздние сумерки. Смотрел на город и потягивал виски. Золотые огни мерцали, как светлячки. Я давно провожу вечера один. Что мне делать в клубах? Искать одноразовых приключений? Больше этого не хочу.

Что сейчас делает Лина? Видимо, отдыхает у телевизора и пьет чай. А может, уже спит. Понял, что скучаю по ней. Так что же мешает видеть Лину чаще? Моя боязнь потерять свободу, а что же еще? Мы так за нее цепляемся. А ведь по большому счету свобода — это всего лишь иллюзия, миф, идиллия, если угодно, к которой безотчетно стремятся почти все мужчины. Видимо, у нас это на генном уровне. Глупо, но бороться с этим трудно..

Лина решила пока ничего своей родне обо мне не рассказывать. Просто поставила перед фактом, что ждет ребенка. Странно, но это меня задело. Все равно в свидетельстве о рождении будет стоять мое имя. Так зачем скрывать от родителей, кто я? Чего тянуть, раз они рано или поздно узнают правду? Мне непонятно, хоть убей.

Почему Лина держится отчужденно? Я же сказал, что она во всем может на меня положиться. Я сделаю все для того, чтобы она и малыш ни в чем не нуждались. Так почему между нами остается какая-то недосказанность?

Впрочем, я своим родителям тоже до сих пор ничего про Лину и ребенка не рассказал. Просто некогда было. Да и слушать их упреки о моей безответственности особо не хотелось. А придется. Представляю, как они отреагируют на подобную новость.

Однако пора сообщить им, что их заветная мечта скоро исполнится. Станут они бабушкой и дедом, все как хотели. Только с небольшой оговоркой.

Уверен, родители в восторг не придут, ну и ладно. Лина для них — девушка не нашего круга. Однако внуки не всегда получаются от дочерей олигархов и банкиров. Для меня это неважно, и родителям придется смириться.