Вера для чемпиона - Дасти Винд

- Было, - княгиня не сводила глаз с внука. - Надеюсь, этот перерыв обойдется без последствий. Когда соизволишь рассказать мне о нынешней травме?

Я принялась раскладывать омлет. Миша вздохнул и, потянувшись за вилкой, не глядя на бабушку, процедил:

- Когда расскажешь мне, какое обследование собралась проходить.

Маргарита Васильевна цокнула языком.

- Не выдумывай. Дежурная проверка. А что у тебя с глазом?

Я резко вскинула голову и посмотрела на Мишу. Тот, озадаченно уставившись на меня, застыл.

- Боже, какие вы дети! - княгиня усмехнулась и  с победоносным видом расправила плечи, явно довольная произведенным эффектом. - Наша соседка, Аня, жена Антона Бехтерева, спросила вчера, как твои дела и все ли хорошо с глазом. Понятия не имею, откуда она все знает, Антон ведь футболист, но... Что у тебя с глазом, Миша?

- Да ничего! Ушиб.

- Ты врешь. Говори мне правду. Ну?

- Ба...

- Бессовестный.

- Тьфу, - Миша отшвырнул вилку. - Нормально все со мной. Меньше слушай сплетни. Доктор решил перестраховаться, потому что возможно...

Противно заверещал звонок. Кто-то хотел проехать через ворота.

Миша подорвался с такой скоростью, что едва не уронил стул.

- Я открою!

- Кого это принесло? - княгиня проводила внука взглядом и повернулась ко мне. - Так что у него с глазом?

- Я не знаю.

- Знаешь.

Я внимательно посмотрела на собеседницу. Маргарита Васильевна хмурилась и поджимала губы. Мне грозила отповедь. Вчера у княгини явно не было ни сил, ни желания вести этот спор, но сегодня она снова была самой собой. Это радовало.

- Я не уполномочена говорить о диагнозе Михаила.

- Значит, сговорились, - княгиня сузила глаза. - Как вам не стыдно.

- Не стыдно. Меня касается только ваше здоровье. И ваше самочувствие я готова обсуждать.

- Соня приехала, - к нам вернулся Михаил. Выглядел он обескураженным. - На своей машине.

- Ей вернули права? - княгиня отвернулась от меня, давая время перевести дух перед очередным замечанием. - Разве не рано?

- Рано,- Миша пожал плечами и, обернувшись к дверям, нахмурился. - Что она ещё наворотила...

- Наворотила... - княгиня снова повернулась ко мне, рассеянно оглядела стол, потом подняла глаза на меня. - Вера... Ты... Мы говорили о Мише?

- Да.

Михаил, нахмурившись, посмотрел на бабушку. Княгиня потерла лоб.

- Не помню... Что я говорила?

- О травме, - подсказала я.

- Да... О травме... - Маргарита Васильевна досадливо поморщившись, покачала головой. - Не могу вспомнить. Значит, неважно. Вера, принеси чай.

- Конечно, - я поднялась. Михаил встревоженно посмотрел на меня. Что я могла ответить? Только кивнула едва заметно и отвернулась. Болезнь ластиком шла по памяти, и мы не имели права этим пользоваться.

- Ба, мы говорили о травме, - услышала я голос Миши. Без тени недавнего недовольства, но и без нарочитой, заботливой вкрадчивости. - О моей травме. Я повредил глаз в последнем бою. Теперь придется немного пофилонить.

- Так я и знала! - встрепенулась княгиня. - Знала, что ты не потолка получил этот отпуск! Расскажешь мне все, как только уедет Соня.

- Да, ба, - в  голосе Михаила теперь отчетливо слышалось тепло улыбки. - Конечно, расскажу... Ты не переживай, ничего серьезного. Весной снова вернусь на ринг.

- Рада за тебя, - язвительно заметила Маргарита Васильевна. От ее растерянности не осталось и следа. - Я надеюсь, что не застану то время, когда ты вообще останешься без глаз!

- Ба, да хватит уже...

- Встреть сестру. Где она там застряла? Что ты на меня так смотришь? Иди, бессовестный. Ты меня сегодня раздражаешь.

- Хорошо, иду, - Миша снова грохнул стулом. На мгновение в доме стало тихо.

- Вера, сколько можно ждать чай? Или ты думаешь, я и про него забуду?

Я улыбнулась и поставила полные чашки на поднос.

Когда я вернулась, в столовую вошла Соня. Она была в обтягивающих брюках и огромном вязаном свитере - в своем стиле. Только вот в поведении художницы что-то изменилось.

- Доброе утро, - чуть откинув голову, она свысока оглядела нас. - Не помешала деревенским жителям?

Миша, стоявший позади сестры, и Маргарита Васильевна, переглянулись.

- Здравствуй, София, - чинно поздоровалась княгиня. - Садись с нами, пить чай.

- Я быстро. У меня много дел. Миша, принеси пакет из машины, там подарки вам.

- А ты сразу сказать не могла, - проворчал Михаил, отворачиваясь.

- Да я что-то забыла, - беззаботно ответила Соня.

- Твои подарки под елкой, - Маргарита Васильевна поднялась. - Пойдем, покажу.

- Как дела, Вера? - художница, стащив на ходу с тарелки вишню в шоколаде, подмигнула мне. - Как мой братец? Хороший любовник?

- Соня! - княгиня, замерев в дверях, обернулась. - Как не стыдно!

- Я и "стыдно" - понятия несовместимые. Мне ничего не стыдно.

Промолчав в ответ (в принципе, он и не был нужен - Соня о своем вопросе сразу же забыла), я проводила художницу взглядом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Интересно, откуда узнала? Вряд ли ей рассказал Михаил.

Может, Андрей? Этот любил поболтать поболее многих моих пациенток.

- Где все? - Миша водрузил большой пакет на свободный стул, потер ладони друг о друга, согревая замерзшие пальцы.

- В гостиной.

Михаил вскинул голову и громко крикнул:

- Соня!

- Да, Михаэль?

- А ты с правами?

- С правами, братец, - художница вернулась к нам с двумя коробочками и планшетом для эскизов. - Спасибо за подарок, Мик.  И тебе, Вера, спасибо. Бумага в этом планшетике классная! Под все подходит.

- Рада, что понравилось.