Вера для чемпиона - Дасти Винд

- Девушка из клуба, - напомнила я.

- А... - Миша наморщил лоб. - Да, вроде того.

- А почему?

- Не знаю. Не хотелось. Живу как живу.

- Я думала, популярным мужчинам легко найти спутницу жизни.

- Да я и не искал.

- Но вокруг тебя всегда вьются женщины...

- Эээ... Да. Они любят деньги, всеобщее внимание и спортивные тачки. Чем очень напоминают мне мою мать, - Михаил пожал плечами. - Они с отцом стоят друг друга. Последний так до сих пор считает, что я не его сын.

- Ты очень похож на бабушку.

- Я не похож на него. В этом главная проблема.

- Или преимущество.

Михаил усмехнулся.

- Возможно. Он больше не донимал тебя?

- Нет.

- Это хорошо. Боюсь, теперь я бы так легко не сдержался.

- Теперь?

- Когда я бездельничаю.

- Выходит, это потребность - махать кулаками? А я думала - призвание.

Миша помолчал, а потом, кивнув, ответил:

- Да, потребность. Выход злости, ярости, гнева.

- Обиды...

- Ты говоришь, как мой психолог. Она ещё приплетает сюда страх.

- Страх перед чем?

- Перед собственной слабостью, неспособностью на что-то или кого-то повлиять, кого-то или что-то изменить. Стремление доказать свою силу.

- Интересно, - я поправила волосы, прикрывая шрам. - Чего боялся мой друг, когда решил пробить мне голову?

Михаил нахмурился.

- Это не одно и то же.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Конечно! Ты же не лупишь всех, кто подворачивается под руку. Ты дерешься на ринге, по правилам, против равного соперника, - я говорила и понимала, что уже не столь категорична, как раньше. Те, кто выходят на ринг, готовы к ударам. И могут защититься. И могут ударить в ответ.

- Вера, - Михаил пожевал губу. - Я не всегда могу держать себя в руках.

- Успела заметить. Но все равно - ты же не тронул Олега.

- Да... Не тронул... - Миша вырулил к трассе и добавил тихо. - Пока не тронул.

Но зазвонил мобильный, и это замечание я пропустила мимо ушей.

- Короче, Вер. Никакой статьи не будет.

- Правда? Круто! А что ты сделала?

- Да так... По мелочи... Разбила его ноут и сказала, что подам в суд за домогательства, если он полезет к вам.

- Э... Лин, значит, между вами все?

Подруга вздохнула.

- А как по-другому? Он - бесчестная грязная сволочь из вшивой газетенки. Все это очень противно... С меня ужин, для тебя и внука.

- Лина, какой ужин? Ты так нам помогла... Мне очень жаль.

- Да пошел он к черту... Ненавижу мужиков. На вид весь из себя, а получше узнаешь - обязательно какое-нибудь дерьмо вылезет. Ладно... Я пошла...

- Лина, а он точно не...

- Точно. У меня на эту макаку слишком много компромата. Он, знаешь ли, любит пожестче. А я иногда люблю втихаря поснимать.

- Спасибо.

- Да за что? Грязь вся эта... Ладно. Пока. Потом позвоню.

Я отложила мобильный.

- Статьи не будет. Вообще ничего не будет. Алина поставила Артура на место.

- Так быстро?

- Она может все. Железная фея.

Михаил усмехнулся.

- Мужчины таких опасаются.

- Почему?

- Демонстрация независимости в каждом жесте и слове наводит на мысль, что ты ей нафиг не сдался. В итоге так и получается. Кому хочется навязывать свои чувства.

- Интересный вывод, - не без недовольства заметила я. - Выходит, мужчины больше любят слабых?

- Мужчины любят тех, кто этой любви хочет. И не боится этого показать. Смысл каждую минуту убеждать окружающих в том, что ты независимая и самодостаточная? Выглядит, как оправдание собственному одиночеству. Мужчина не нужна, потому что  его нет.

- А с мужчинами не так? - поинтересовалась я. - Что некоторые ищут только секса, а сами все из себя герои, и женщины им нужны лишь для счета.

- Какого счета? - не понял Михаил.

- Чтобы хвастаться перед друзьями, сколько у них было любовниц.

- А это та же проблема, что и у женщин, только в профиль. Я - независимая стерва, я - чуждый чувствам кобель.

- А ты кто?

- Я? - Михаил потер висок. -Хм...

- Ты так хорошо всех типировал. Ну? А кто ты сам?

- Идиот, - пробурчал Миша в ответ. - Злой идиот.

- Да что ты заладил! - возмутилась я. - Злой и злой! Зачем ты так говоришь? Как будто сам себя в этом убеждаешь.

Михаил пожал плечами и ничего не ответил.

Вздохнув, я отвернулась к окну. И тут меня озарило:

- Блин! Я же должна была забрать кнопки!

- Какие? А-а-а... Не вопрос. Закину тебя в посёлок и смотаюсь до города. Только сбрось контакт.

- Я тебя не обременю?

- Нет, конечно. Мне все равно возвращаться в город.

- Надолго? - я не могла не спросить его об этом.

- До вечера, - он тепло улыбнулся. - Вечером я приеду и останусь.

Миша забрал Зою, а меня оставил. Странное чувство я испытала, вернувшись сюда после ночи с ним. Будто все преобразилось. Дом стал светлее, снег мягче и искристей, даже руины не выглядели также мрачно, как обычно. Я знала, что это - его любимый дом. Он возвращался не на родину и не к друзьям и прошлому, он возвращался сюда, к бабушке.

Маргарита Васильевна сидела в гостиной. Телевизор был выключен. На коленях у княгини лежал огромный старый фотоальбом.

- Доброе утро, - поздоровалась я.

- Уже не утро. Но, наверное, доброе, - она подняла голову. - Почему Миша не зашел?

- Он вернется вечером. У него какие-то спешные дела.