Кошечка для (дочери) герцога - Елена Смертная

— Как я уже сказала, нам проблемы не нужны, – строго произнесла я, не желая вытаскивать остатки подруги из пасти пантеры. – Мы извиняемся за грубые слова. А теперь идите, пожалуйста, своей дорогой.

— Извиняемся?! – крылатка закопошилась. – Да я им сейчас все хвосты-то пушистые повыдираю! Только отпусти!

— Всё с вами понятно, – пискляво, но всё также высокомерно заговорила травянистая. – Мы бы вас наказали, но… зачем марать лапы, когда тебя итак впереди ожидает лишь сплошное унижение.

— Это точно, – встрял и крылатик. – Твоя хозяйка уж никак не выглядит профессионалом.

Они все вместе звучно засмеялись. Я выдохнула. Спокойно, Яна. Нечего лезть прилюдно в драку, которую всё равно не выиграть. Ты выше всяких магических котов. По крайней мере, в человеческой форме уж точно. Я смотрела на этих стервозин стеклянным взглядом и просто игнорировала. Хотя то, как они хохотали над моей милой, старательной Сарой было обидно.

Вдруг из глубины парка зазвучала музыка. Я обернулась. Сара и Гарриет как раз заканчивали регистрацию. Мы были последними. Значит, это так извещают о начале соревнований…

— Вам повезло, что нам пора, – снисходительно промурлыкала пантера.

— Да, – усмехнулся крылатый кот, паря над нами. – Но ты всё равно бери мышку с собой. Я с удовольствием перекушу ею после того, как обойду тебя.

— Лучше бубенцы свои оголенные прикрой, – выкрикнула без всякого стеснения Нэнси. – Срамота…

Удивительно, но кот смутился от этого старческого бубнежа. Он очень быстро решил парить где-то в другой стороне. В общем-то, вся троица скоро зашагала вглубь парка, куда начал стекаться и весь прочий народ.

Я отпустила Нэнси, и она тут же больно куснула меня за лапу. В общем-то… заслуженно.

— Ты чего удумала?! Зачем меня держала?!

— Потому что чувство самосохранения тебя не удерживало. Ты вообще видела пасть этой огромной чёрной кошки?!

— Размер – это далеко не главное! – Нэнси фыркнула и забралась обратно ко мне на спину. – Ладно. Я всё прощу, но только если ты надерешь этим выскочкам пушистые жопки!

— Чего? Как? Я уж не знаю, что тут за соревнования, но вряд ли я смогу показать что-то необычнее, чем летающий, мать его, кот!

— У тебя всё получится, ты же у нас об…

Я быстро сунула кончик своего хвоста прямо в рот крылатке. Она замерла, выпучив глаза и не понимая, а что делать-то с этим пушистым счастьем?

— Ты чего творишь? Нельзя сейчас об этом говорить. Мало ли кто здесь может быть… – тихо зашипела я, опасливо оглядываясь.

Очнувшись, Нэнси отпихнула мой хвост и начала недовольно плеваться шерстью.

— Да я же говорю, они все тупицы. Вот увидишь. Если бы здесь были брокерские ставки, я бы поставила на вас с маленькой человечкой все свои деньги!

— А они у тебя есть? – я скептично вздохнула.

— Конечно! Ты недооцениваешь мой талант игры в карты… – она быстро осмотрелась. – Правда вряд ли тут принимают оплату сушеным сыром и веселыми грибами, да?

Веселые грибы? Вообще-то, это объяснило бы для меня очень многое в поведение Нэнси.

— Да, думаю, тут совсем другая валюта…

— Булка! – к нам, наконец, подбежала Сара. Малышка держала в руках заполненную бумажку о нашем участии. Она была очень весела и готова к борьбе за титул лучших.

— Идём, Булочка, – улыбаясь, спешно тараторила Сара. – Мы выступаем первые. Нужно будет выполнять различные команды, а после пройти полосу препятствий. Мы должны показать всё-всё, что ты умеешь!

— Не уверена, что Булочка знает что-то больше, чем ловкий приём воровства колбасы со стола, – вздохнув, произнесла Гарриет, которая шла следом. Вот ведь! Один раз украдёшь, и всё, клеймо вора обеспечено!

— Ты воруешь? – с театральным удивлением ахнула Нэнси.

— Всего один кусочек, – мявкнула я.

Правда, та палка колбасы не была нарезана, так что технически это был один кусок…

— Я уверена, Булка себя ещё покажет! – Сара умела вселять боевой настрой. – А теперь идемте скорее! Нужно успеть причесаться перед началом!

Мы поспешили в центр парка. Ух. Даже немного волнительно…

И вот совсем скоро мы стояли с Сарой посреди большой поляны. Вокруг соорудили настоящую трибуну с поднимающимися вверх ступеньками и сидячими местами. Оказалось, что зрителей было даже больше, чем участников. Хотя, казалось бы, зачем такому количеству людей приходить смотреть на соревнования кошек?

Меня причесали и надушили так, что выглядела я на пять баллов… в рамках звериной формы, конечно же. Возле одной из трибун стоял столик судей. Пять взрослых женщин в строгих костюмах, на лицах которых не читалось ничего. Словно они душу продали своим кошкам, которые не выступают здесь лишь потому, что слишком хороши.

В общем, место было весьма серьёзное. На Сару тут смотрели с непониманием, а некоторые из судий даже с осуждением. Мол: «Кто привел сюда ребенка? Вам тут не детский сад!». Наверное, ей разрешили поучаствовать лишь потому, что она дочь герцога, и ничего особенного от нашего выступления не ждали.

Сара очень волновалась. Я видела, как дрожат её маленькие ладошки, а тонкий кошачий слух улавливал даже учащенное сердцебиение. Я сидела на большом чёрном квадрате посреди зеленой травы, а Сахарочек стояла рядом. Мы ждали разрешения начать.

— Пара под номером один: госпожа Сара Ноар и её кошка… – ведущая сей пушистого мероприятия замялась, – … Булка.

Ну да, у меня не было длиннющего имени и сотни титулов, как у всяких тут присутствующих. Этот факт вызвал ехидные смешки со всех сторон. Но, благо, их уловила только я.

— Начинайте, пожалуйста.

Сара вдруг сжала маленький кулачок, сделала шаг ко мне и очень уверенно дала команду:

— Булка, лежать!

Я без лишних раздумий сложила лапки под себя и легла. Вообще я думала, что как-то так проверяют способности собак, а кошкам достаточно лишь быть красивыми и много спать. Но, видимо, в этом мире всё немного иначе.

— Булка… кувырок!

Без проблем. Я ловко перекатилась, вновь принимая то же самое положение лежа. Краем глаза при этом уловила, что морщины на лбу судий постепенно расправляются. Видимо, поняли, что даже мы что-то да можем! И Сара стала заметно веселее и увереннее.

— Умри!

Я упала на спину и подняла лапки кверху, сгибая их. После чего добавила драматичности, и даже высунула язык, перекосив мосю. Сара