Я вас не убивала, герцог! - Ксения Игоревна Руднева

Тем временем наша повозка остановилась в ряду, состоявшем десятка таких же. Андрэ натянул белые перчатки, и я на всякий случай последовала его примеру. Не зря же мне их Санни в сумочку запихнула. Нам помогли выбраться на улицу, и тут-то я смогла как следует оглядеться. Мы находились в горах. Вокруг, насколько хватало взгляда, были одни хребты, вата облаков и обрывы.

– Разве тут не должно быть холодно? – оглянулась я еще раз, удостоверяясь, что горный пейзаж мне не кажется. По собственному опыту я знала, как холодно становится, стоит только подняться на несколько тысяч метров над уровнем моря, а тут я спокойно стояла в одном платье, пускай и шикарном, но все же больше летнем.

– В этом месте особая магическая аномалия, поэтому холода, как видишь, тут не бывает, а добраться сюда можно лишь портальными линиями, другого пути нет.

– Хотела бы я жить в такой аномалии, – заметила я, вспомнив наши зимы с сугробами, осень со слякотью и лето с проливными дождями.

– Идем, – пригласил Андрэ, и мы двинулись к совершенно восхитительному зданию. Наша многочисленная охрана, без которой теперь и ванну принять стало невозможно, осталась возле кареты. – Это одно из самых безопасных мест на территории королевства, – пояснил он.

Двухэтажный небольшой домик был полностью выполнен из стекла. Прозрачные, немного голубоватые двери, прозрачные стены и прозрачные ступеньки на крыльце. Я ставила ноги осторожно, боясь оставить трещину после себя, на что мой герцог лишь рассмеялся:

– Они изготовлены при помощи магического огня, поэтому практически ничто не способно нанести им вреда. Тем более одна маленькая леди.

– Легкого дня, лорд, леди, – нам поклонился лакей, встречающий гостей на входе. – Позвольте, я провожу вас за столик.

Внутри оказалось не менее красиво. Прозрачные круглые столы на тонкой изящной ножке покрывали скатерти цвета огня. С ними же гармонировали обивки стульев, казавшихся тоже стеклянными или даже ледяными. Все официанты были одеты в белое, а на полу расстелены огненно-красные дорожки. Поверхность стен при более близком рассмотрении оказалась рельефной и узорчатой, чем-то напоминающей советские хрустальные бокалы, оттого стены, хоть и пропускали свет, абсолютно прозрачными не были и создавали достаточное уединение. Нежный перелив скрипки отражался от них, добавляя изыска атмосфере.

– Ничего себе фантазия, – шепнула я герцогу, действительно впечатлившись этим местом.

– А что ты хотела, ресторан принадлежит самому королю.

Для нас была подготовлена отдельная терраса, к которой мы прошли через весь зал. За столиками сидели компании богато одетых мужчин со специфической манерой держать себя в обществе или же парочки, которые не замечали вокруг никого, кроме друг друга. Это место было-таки пропитано атмосферой богатства и избранности, об этом кричало все, начиная от безупречной выправки официантов, до освещения, что представляло собой летящие с потолка капли, похожие на большие бриллианты.

– Вау, – совершенно искренне выдохнула я, когда мы остались с Андрэ за столиком наедине. – Потрясающее место, у нас, наверное, и нет ничего подобного.

– Ты еще не видела главное чудо, – загадочно улыбнулся мой герцог.

– Даже не знаю, что после всего увиденного сможет меня впечатлить, – произнесла я с сомнением.

– Например, это, – с хитрым видом указал он в сторону в сторону гор.

Глава 35

И я перевела взгляд за балюстраду террасы, туда, где под нами раскинулись склоны гор. Из-за расположения ресторана складывалось впечатление, что мы находимся на самой вершине мира, и где-то там, далеко внизу, скрытая туманом, находится земля. Вид насколько прекрасный, настолько и величественный, но все же он определенно не дотягивал до звания «чуда».

Так я думала, пока не увидела, как изнутри дымки ввысь летят две птицы. Чем-то похожие на наших сов, с толстыми пушистыми лапами, круглыми глазами и загнутыми клювами. Только окрас у них был непривычный – нежно-голубой, а головы венчали своеобразные хохолки, по форме напоминающие корону.

– Королевские фолены, – представил птиц герцог. – Живут только в этих горах, обладают магией. Каждый мечтает завести себе такого питомца, но они сами выбирают себе хозяина и тогда верно служат ему до самого конца. Приручить или заставить их служить силой невозможно.

– И нас сюда пустили? Разве не должны желающие приручить фолена дневать и ночевать на этом балконе?

– Каждый, кто может себе позволить ужин в этом ресторане, имеет право один раз в сезон занять столик на террасе, таков королевский указ. К тому же сейчас у птиц время обретения потомства, им не до выбора хозяина. Смотри, – кивнул Андрэ, хотя я и так все это время не отводила глаз от удивительного зрелища.

Птица чуть крупнее и с желтым ободком короны несла в лапах вторую, с полностью голубым окрасом, подхватив ту за основания крыльев. Самец, как я его окрестила по внешним признакам, методично взмахивал сильными размашистыми крыльями, поднимаясь со своей ношей все выше и выше. Наконец, достигнув одному ему понятной точки, он издал короткий гортанный звук, после чего бережно разжал лапы и отпустил самку. Та расправила крылья и принялась парить, а самец переместился ниже и тоже завис ровно под самкой так, что их разделяло сантиметров пятьдесят, не более.

– Что они делают, – шепнула я на грани слышимости, боясь спугнуть лишним шумом дивных животных.

– Самое главное чудо в этой жизни, – загадочно отозвался герцог.

Долгое время ничего не происходило, примерно с четверть часа все вокруг будто застыло в ожидании обещанного волшебства. Не шевелились и мы с Андрэ, не беспокоил нас лакей, хотя времени с его ухода прошло достаточно, лишь только самка отправляла в пространство как будто жалобные, тревожные крики. Она водила шеей в стороны и что-то ревела на своем птичьем, а потом в один миг зашлась в продолжительном надтреснутом вопле, и прямо на спину самцу упало удивительной красоты яйцо. Его нежно-голубая скорлупа мерцала золотистыми блестками в свете солнца, и казалось оно таким теплым и притягательным, что руки так и чесались дотронуться до этого поистине чуда. Торжествующий рев новоявленного отца разрезал пространство.

– Не плачь, моя леди, – Андрэ нежно смахнул пальцем слезу с моей щеки, а я и не заметила, когда начала плакать. – Ведь все хорошо. И у нас так будет, – его глаза странно блестели, будто тоже были переполнены чувствами, и