Обещание Габриеля - Сильвейн Рейнард

– Спасибо, – сказал Габриель осторожно и вежливо.

Кэтрин сжала его плечо.

– А теперь Чудо-Женщина пойдет готовить завтрак, одетая, как говорит твоя сестра, в «подходящий по возрасту брючный костюм».

Она тихо засмеялась про себя и двинулась на кухню, оставив Габриеля обдумывать сказанное.

Глава 52

– Хо-хо-хо! Веселого Рождества!

В гостиную вошел сам старый св. Николай (ранее известный как Ричард).

На нем была большая белая борода и белый парик под красной шапкой. Костюм Санта-Клауса был из красного бархата с белой оторочкой. В руке Санта нес набор колокольчиков от саней и энергично в них звонил.

Он приветствовал Аарона и Рейчел, снимавшую его на телефон, потом Кэтрин и Габриеля. Скотт и Тэмми проводили Рождество у родителей Тэмми в Филадельфии и должны были приехать в Селинсгроув через несколько дней.

Когда Папаша Рождество подошел к Джулии и Клэр, девочка разразилась плачем. Ричард, опешив, остановился.

– Боже мой! – сказала Джулия, обнимая плачущую дочь. – Я этого не ожидала.

– А я ожидала, – возразила Рейчел. – Клэр же не знает, кто он. Может быть, маньяк-убийца с топором.

– Правда? – Габриель посмотрел на сестру испытующим взглядом. – Убийца с топором?

Ричард уже без энтузиазма позвонил в колокольчики.

– Веселого Рождества!

Клэр продолжала заходиться плачем, уткнулась лицом в грудь матери.

Ричард опустил руки:

– Простите.

– Не за что. – Кэтрин вышла вперед. – Ты отличный Папаша Рождество. Костюм аутентичный, смех сердечный. Отличная работа!

– Спасибо.

Но Ричард не был убежден.

– Рейчел, включи музыку, – скомандовала Кэтрин. – Что-нибудь повеселей.

– Гм…

Рейчел вытащила телефон, прокрутила список песен, смахнула экран поперек – и зазвучала песня «Rock Around The Christmas Tree» в исполнении Бренды Ли.

Музыка отвлекла девочку, которая сделала паузу в плаче и успела увидеть, как Кэтрин положила руку на плечо Санта-Клаусу и увлекла его в танце.

Ричард, отойдя от потрясения, бросил свои колокольчики, взял Кэтрин за талию, и двое старших начали танцевать свинг.

Габриель стоял у камина, уставясь на это зрелище.

Рейчел прибавила громкости и усмехнулась Джулии, пальцами показав W – «Wonder Woman, Чудо-Женщина». И те же слова показала одними губами, потом стала подсвистывать танцующим.

Клэр забыла про слезы и смотрела, как Санта-Клаус и выдающийся специалист по Данте из Оксфорда пляшут вокруг рождественской елки.

Потом Джулия сказала Габриелю, что это был лучший из всех рождественских подарков.

* * *

– Вот ты где, – сказала Кэтрин, явившись в кухню чуть позже днем, когда Габриель уложил Клэр поспать.

Рейчел и Аарон уехали к родителям Аарона – обедать и открывать подарки. Джулия занялась индейкой.

– Чем помочь? – спросила Кэтрин, оглядевшись вокруг.

– Я как раз собиралась чистить картошку. – Джулия показала на большую миску в раковине. – Она уже мытая. Сделаю пюре.

Кэтрин подтащила табуретку к кухонному островку в середине комнаты и протянула руку:

– Дай мне картофелечистку.

Джулия повиновалась, и женщины стали вдвоем чистить картошку, перекладывая ее из одной нержавеющей миски в другую.

Кэтрин подняла свою картофелечистку:

– Ричард очень приятен. Он красив, он настоящий джентльмен и уж точно умеет танцевать. Но, как я ни ценю мужчин моложе меня, с ним я не заведу романа.

Джулия разинула рот.

– Так что скажи это Рейчел, будь добра. – Кэтрин поводила картофелечисткой. – Она девочка хорошая, но на удивление настойчивая.

Джулия чуть не поперхнулась.

– Ну… да, я ей скажу.

– А теперь я хочу поговорить с тобой о Сесилии Маринелли.

Scheisse[14], – подумала Джулия, но вслух не сказала.

Кэтрин, продолжая чистить картошку, понизила голос:

– Расскажи, что случилось.

Джулия уставилась в миску с картошкой, собираясь с мыслями. Найдя слова, она пересказала разговор в кабинете Сесилии.

– Бред собачий, – сказала Кэтрин. – И на чем порешили?

– Я не хотела с ней спорить. Сказала Габриелю, что хотела бы снова с ней поговорить, когда у меня будет список курсов из Эдинбурга. Может быть, тогда Сесилия лучше отнесется к моему предложению.

Кэтрин умело дочистила картофелину и взяла следующую.

– Как ты поступишь – решать, конечно, тебе. Я возьму тебя в аспиранты, если захочешь.

– Спасибо, – тотчас ответила Джулия. – Я надеялась, что в моей диссертационной комиссии будете ты и Сесилия.

– Это может оказаться невозможным, если Сесилия заупрямится. Но, Джулия, Габриелю нельзя отказываться от сейджевских лекций.

Кэтрин не отводила от Джулии глаз.

– Конечно, нельзя! – с ужасом ответила Джулия. – Но он ведь даже и не думает!

Кэтрин опустила картофелину:

– Ты уверена?

– Он ничего такого не говорил.

– Я так и подумала. Не мне заниматься его психоанализом – он взрослый человек и мой друг. Но есть в нем нечто такое… саморазрушительное. И я боюсь даже сейчас, что он подумывает выбросить приглашение из Эдинбурга, лишь бы остаться здесь с тобой в Бостоне.

Джулия была потрясена:

– Этого не может быть. Будет скандал, и он это знает.

– У него уже был скандал в Торонто, и хотя я вас обоих простила, что держали меня в неведении, все-таки еще не успокоилась.

На лице Кэтрин читалось раздражение.

– Кэтрин, я прошу прощения, мы никогда не думали…

Профессор Пиктон ее перебила:

– Тебе необходимо будет проработать эту ситуацию с Сесилией и все решить. Иначе твой муж окажется один в сумрачном лесу, утратив правый путь.

Ссылка на Данте от внимания Джулии не ускользнула. Джулия быстро кивнула.

Кэтрин подняла картофелечистку как скипетр:

– Сесилия – наш друг, но это не делает ее непогрешимой. Она наказывает тебя и Габриеля, потому что ею движет зависть, а такое положение никого не красит. Тебе нужно овладеть ситуацией и не давать манипулировать собой как марионеткой.

– Так и сделаю.

Тон у Джулии был решительный.

– Отлично. И для протокола: я в добром здравии и заканчивать жизнь никак не планирую.

И Кэтрин с новой силой взялась за чистку картошки, далеко опередив Джулию в этом занятии.

* * *

– Пойдем наверх, – шепнул Габриель Джулии после ужина. Синие глаза сверкали обещанием.

– А наши родственники? – шепнула она в ответ.

– Все с ними нормально.

Габриель показал на гостиную.

Диана, мачеха Джулии, болтала с Рейчел, которая играла с Томми.

Том, отец Джулии, с безумным обожанием смотрел на Клэр, сидя на полу рядом с ней.

Кэтрин, Аарон и Ричард потягивали шерри, который Кэтрин привезла из Европы.

– Ладно, но только очень быстро, – уступила Джулия. – А то они заметят.

Габриель взял ее за руку и повел наверх. Заведя Джулию в главную спальню, он закрыл за ними дверь.

Джулия стояла, ожидая, что он ее сейчас поцелует.

Он не стал.

Вместо этого он вошел в