Трудно отпустить - Кристи Бромберг

– Девочки, – вмешивается еле сдерживающий смешок отец. – Достаточно. Мы уже проверили статус всех наших клиентов… Ты пропустила эту часть из-за опоздания, так что теперь твой черед. Статус твоего клиента оставался незаполненным так долго, что я уже начинаю волноваться.

– Я обо всем расскажу, но разве мы уже говорили о том, каких клиентов следует заполучить остальным? Потому что я все еще злюсь на то, что только мне пришлось в срочном порядке собирать чемоданы.

– Мэддокс взрывает чарты и устраивает сцены, так что я согласна, что тебе нужно было оказаться на месте как можно быстрее. Направить его на подъем, чтобы показать, что не позволишь ему упасть, – говорит Чейз своим отрывистым профессиональным тоном ни в чем не заинтересованного человека.

– Все для любимицы, – бурчу я, прекрасно зная, что именно это они обо мне и говорят.

– Наконец ты это признала, – смеется Леннокс, но я подношу руку к камере и показываю ей средний палец.

– Так Хантер прислушивается к твоим советам? – спрашивает отец. В ответ я кашляю, чтобы скрыть появившуюся на губах улыбку.

– Мы до этого еще не дошли. – Пока все таращатся на меня, я прикусываю нижнюю губу.

– Так вот почему отчет оставался незаполненным, – бормочет себе под нос Чейз.

– И почему же? – подталкивает Леннокс.

– Не нашлось подходящего момента.

– За все две недели ты не нашла подходящего момента, чтобы загнать его в угол и спросить, доволен ли он своим представителем? – уточняет Чейз.

– Слушайте, я здесь, потому что вы решили, будто он тикающая бомба, которую я должна обезвредить. Мне следует быть осторожной. Пусть он и шикарно играет, но вне льда Хантер – настоящая катастрофа. Поэтому я лишь пытаюсь стать тем, кто будет рядом, чтобы исправить его оплошности. Он находится на грани выгорания, а я пытаюсь помочь ему увидеть это. Помочь вспомнить то, что он так сильно любил.

В конференц-зале раздается смешок. Все смотрят на Брекстон, а мне остается только догадываться, что именно она сказала.

Кашлянув, я продолжаю:

– Я пытаюсь показать ему, что я рядом, когда Сандерсон слишком занят другими клиентами. Я пытаюсь стать той, кому Хантер позвонит, если ему будет что-то нужно. Если ему понадобится кто-то, кто его поймет, – объясняю я, зная, что за этим стоит намного больше. Для них на кону наш бизнес и карьера, а для меня – желание, чтобы он преодолел все проблемы. – Я хожу на игры, чтобы отдать ему должное, но именно то, что происходит вне льда, поможет переманить его на мою сторону.

– Умно. Позволить ему расслабиться… то есть стать расслабленнее с тобой, – отвечает Чейз.

– Прекратите уже. Между нами кое-что было три года назад. Мы – два зрелых человека, которые решили двигаться дальше.

– Слышал, Сандерсон был там, – замечает отец, прежде чем мы успеваем затеять спор.

– Да, – киваю я. – Его предупреждение было получено и полностью проигнорировано.

Комнату заполняют смешки.

– А ты? – продолжает отец. – Как ты держишься?

Как ответить на этот вопрос четырем людям, которые знают меня лучше всех? Как спрятать выражение лица, чтобы они не заметили, в какой растерянности я пребываю этим утром, переполненная эмоциями, названия которым даже не могу подобрать?

Потому что теперь, когда он спросил, мне в десять раз тяжелее притворяться.

Теперь, когда он упомянул об этом, я жажду отцовских объятий, которые заверят меня, что в конце концов все наладится.

– Все хорошо. Прекрасно, – повторяю я. – На этой неделе в перерыве между играми я планирую остаться с Хантером наедине и обсудить наше дело.

– Поговаривают, что Финн им недоволен, – говорит Леннокс.

– Поговаривают, что им недовольны многие. – Я собираю волосы заколкой, внезапно больше, чем когда-либо, осознавая, как, вероятно, выгляжу в их глазах. – И я намерена использовать это в своих интересах.

Мой отец, сложив руки домиком и поджав губы, кивает.

– Он поможет нам справиться с Сандерсоном, Декк. Он – инфлюенсер, или как вы, молодежь, называете это в наши дни. Он устанавливает планку. Заполучив Хантера, нам будет намного легче приманить хоккеистов, которые мечтают стать такими, как он. – Отец откидывается на спинку стула. Когда он смотрит мне прямо в глаза, я чувствую не только брошенный мне вызов, но и уверенность в моих силах. – Я знаю, ты справишься.

Глава 35. Деккер

– Здесь занято? – спрашиваю я, когда замечаю Хантера в Старбаксе, что расположен в холле отеля.

Он едва отрывает взгляд от своего айпада и резко встает.

– Теперь нет. Устраивайся.

Сглупив, я предполагаю, что он встал, чтобы отодвинуть для меня стул. Вместо этого он намеревается уйти.

– Эй, – говорю я ему вслед, удивленная и ошарашенная. – Хантер.

– Что? – бросает он, оглянувшись.

– Я писала тебе, но ты не ответил. Подумала, мы могли бы поговорить. Ну знаешь, о…

– О чем? Об ошибке, которую совершили? – морщит он нос, и от этой глупой фразы у меня внутри все переворачивается. – Нет, спасибо. Уверен, скоро здесь покажется Каллум или кто-то еще. Не хочу портить твою репутацию.

– Господи Иисусе. Ты что, шутишь? – ошеломленно смотрю я на него, раскинув руки и качая головой.

– Не-а. Я серьезен как никогда. – Он делает ко мне шаг и, понизив голос, говорит: – Ты хотела секса, ты его получила. Готовность нового клиента как температура воды – хочешь проверить, опусти в нее пальцы. Переспать с ним и сбежать, как в старые добрые времена, – дурацкий ход.

Его слова ранят, так что я лишь таращусь на него, хлопая ресницами. Очевидно, я много чего не уловила прошлой ночью.

Я ушла, чтобы защитить свое сердце.

А он подумал, что я использовала его? Похоже, я действительно испортила это дело едва ли не безвозвратно.

– Ты все неправильно понял. Не понял меня.

– Всем утречка, – говорит зашедший в кофейню Катцен. Он останавливается и переводит взгляд с Хантера на меня и обратно. – Все еще работаем над тем, как быть парой? – растерянно предполагает он. – Если так, то предлагаю добавить побольше любви и поменьше ссор. – Когда Хантер бросает на него злой взгляд, он поднимает руку в притворной капитуляции и смеется: – Просто говорю.

– Неважно, – отвечаю я, закатывая глаза и натянуто улыбаясь.

– У меня назначен созвон с Сандерсоном, – заявляет Хантер и приподнимает телефон, как будто это может оправдать то, что он уходит и отказывается поговорить.

А может, просто желает утереть мне нос, указав на то, кто действительно является его агентом.

– Кто выбесил его этим утром? – спрашивает Катц, демонстративно показывая средний палец товарищу по команде.

– Без понятия, –