Искушение для ректора - Наталья Гордеевская

Я схватила ректора за руку и горячо зашептала:

- Не ходите, пожалуйста, она опасна! Кто знает, что у нее там припасено!

Он удивленно посмотрел на меня, нахмурился, и довольно грубо ответил:

- Ты не путаешь меня ни с кем? Что она сможет мне сделать?

Я отшатнулась от него, пораженная тоном его голоса.

- Зачем вы так? – забормотала я. – Я же беспокоюсь. Ариадна сумасшедшая, мало ли что она задумала.

Он глубоко вздохнул, глядя на меня с прищуром, сжал кулаки и ехидно спросил:

- С чего вдруг такая честь? Ты же говорила, что я тебе не нужен, Ариадна подтвердила, а ты не стала возражать. Так зачем сейчас делаешь вид, что тебе не все равно?

Я промолчала, ошарашенно глядя на него. Неужели его так задели слова Ариадны о том, как я к нему отношусь? Но ведь она изрядно приукрасила, стараясь задеть его. И надо отдать ей должное: удалось.

Со стороны дверей раздались шаги и к нам подошел Патрик. Он удивленно посмотрел на Ариадну и ее сообщника, сидящих каждый в своем огненном круге, удивленно присвистнул и проговорил:

- Ничего себе! Пока я внизу возился с какими-то идиотами, вам досталось все самое нарядное!

Ректор подтолкнул меня к Патрику и скомандовал:

- Отвези Лили в академию, мы с Эйденом займемся этими двумя.

Эйден щелкнул пальцами, и огонь погас. Ректор подошел к Ариадне, подхватил ее за плечо и поставил на ноги.

Она смотрела на него исподлобья и тихо смеялась, сжимая в руках свой флакон. Ее подельник сник и не сопротивлялся, когда Эйден связал ему за спиной руки.

- Уходим! - крикнул он и направился к выходу, толкая впереди себя мужчину.

Ариадна засмеялась громче, я с тревогой смотрела, как лукаво блестят ее глаза.

- Пойдем, Лили, - Патрик потянул меня за руку, но я замотала головой, отказываясь.

- Все уйдут, Габриэль, кроме тебя, - сладким голосом проговорила Ариадна, резко замахнулась и разбила склянку об его голову.

Ректор рухнул на бетонный пол и замер без движения.

Глава 59

Крик застрял в моем горле, разрывая изнутри и царапая горло. Оттолкнув от себя Патрика, я бросилась к ректору, упала на колени и осторожно заглянула ему в лицо.

Глаза закрыты, он мерно дышал, но был очень бледен.

- Что ты сделала? – яростно прорычала я Ариадне, даже не подозревая, что способна выдавать такие звуки.

Она медленно пятилась назад, а когда уперлась в стену, осела на пол.

Невидящим взглядом смотрела на ректора, губы ее странно кривились, бормоча что-то неразборчивое.

- Сам виноват, сам, только сам, - донесся до меня ее безумный голос. – Это не я, не я, не я…

Эйден окружил огненным кольцом своего пленника и стремительно подошел к Ариадне.

Дернул ее вверх, ставя на ноги, но она вновь оседала вниз, обмякая, как желе.

- Она окончательно тронулась, - брезгливо сказал Ллойд, - надо вызывать прокурора, пусть ее забирают.

Патрик немедленно достал из кармана хрустальную пластину и отошел от нас подальше.

Эйден подошел ко мне, внимательно посмотрел на ректора и нахмурился.

- Что с ним, почему он не приходит в себя? – сквозь слезы пробормотала я.

Страх был настолько сильным, что я сама готова тронуться головой и разделить с Ариадной палату в лечебнице для душевнобольных.

Ллойд поднял один из осколков флакона, понюхал и заявил:

- Я не эксперт по зельям, но тут есть запах гробового цветка. Я встречался с таким однажды. Но лучше пусть проверят специалисты. Ч-черт!

Я похолодела. Про гробовой цветок я читала в учебниках: он опасен, может привести к смерти или погруженным в подобие комы.

Растение очень редкое, его невозможно достать, оно запрещено, а в магических лавках вызовут стражей порядка, если спросить о нем.

Эйден вернулся к Ариадне и затряс ее:

- Говори, кукла безмозглая, что было в твоей склянке? Гробовой цветок?

Она хлопала на него глазами, но молчала. Немного погодя ее взгляд неожиданно прояснился, и она со страхом прошептала:

- Гробовой цветок отправит в небытие… Да-да, он самый. Мне продали его на черном рынке. Но я не виновата! Габриэль вынудил меня!

Я заплакала. Сначала тихо, а потом громче. Невозможно было держать внутри столько эмоций. Осторожно переложила голову ректора себе на колени, откинула прядь его волос и нежно гладила по щеке.

Все из-за меня!

Слезы лились ему на лицо, падая на щеки и губы, но он оставался без движений, словно мертвый.

Сила дара легонько колола пальцы, но она была слишком слаба, чтобы помочь ректору. Да и сможет ли вообще?

За окном послышались голоса и в помещение вбежало несколько мужчин в форме королевских стражей.

С ними вернулся Патрик, вполголоса объясняя, что тут случилось.

Ариадну с подельником увели, заковав в наручники.

- Лили, - Патрик тронул меня на плечо. – Нужно уходить.

- Нужен лекарь! – всхлипнула я. – Позовите его!

Эйден присел рядом и сухо произнес:

- Лекари тут не помогут. Заберем его в академию и будем думать. Здесь оставаться все равно не вариант. Давай, потом поплачешь, соберись. Надо ехать.

Дорогу до академии я не запомнила. И как ректора переносили, тоже. Все кануло в темноту.

Кларисса горько ахнула, увидев нашу скорбную процессию, но смогла взять себя в руки и подготовила комнаты ректора. Из лечебного крыла вызвали лекаря.

Меня же прогнали к себе переодеться и привести себя в порядок.

Когда я украдкой проскользнула на третий этаж, то услышала неутешительный вердикт:

- Он жив, дышит, но вряд ли придет в себя. Если это действительно был гробовой цветок, то я бессилен. Сообщите Его Величеству. Академии потребуется новый руководитель.

Чувствуя безнадежное и беспредельное горе, я прошла мимо всех в спальню, закрыв за собой дверь. Кажется, лекарь пытался возразить против моего появления, но его остановила Кларисса, сказав что-то.

Я присела на широкую кровать, где лежал ректор, укрытый по пояс покрывалом, и с нежностью посмотрела на него.

Он выглядел