Искушение для ректора - Наталья Гордеевская

Судорожно сглотнув колючий комок в горле, я осторожно провела рукой по его голове, там, куда ударила его Ариадна. Мягкие волосы скользили между пальцами, я прижала ладонь к его виску и прошептала:

- Вернись ко мне.

По коже заметались крохотные искорки, покалывая пальцы, ища себе работу. Сила разворачивалась во мне по спирали, от чего я хрипло дышала.

- Пожалуйста, Габриэль, вернись, - слезы вновь покатились по щекам, но я не обращала на это внимания.

Положив другую руку ему на грудь, я ощутила сильные удары сердца. Меня стало немного потряхивать: то ли от рыданий, то ли от страха, то ли от жжения в руках.

Я положила голову ему на грудь, обхватила шею руками и заплакала, не сдерживаясь.

- Пожалуйста, где бы ты ни был, вернись, иди на мой голос, слышишь? – я тихо шептала слова, вряд ли понимая, что говорю.

Ладони зажгло и закололо, сила выплескивалась из меня вместе с рыданиями, сотрясавшими мое тело. Я чувствовала ее в себе: огромную, огненную, заполнившую меня до краев и рвущуюся на выход.

Ласковая рука обвила мои плечи и хриплый голос, который я уже и не надеялась услышать, произнес:

- Я здесь.

Глава 60

Я подняла голову и сквозь слезы посмотрела на ректора. Он все еще был бледен, но в сознании, а его чуть затуманенные глаза смотрели с недоумением.

- Что случилось? – сипло проговорил он, обхватывая меня уже обеими руками.

- Ты не помнишь? – прошептала я.

Он задумался, а потом помотал головой:

- Помню, что Ариадна замахнулась. и я как будто в колодец темный провалился. А потом услышал твой голос. Ты так плакала и звала, что мне пришлось выбираться.

Он чуть улыбнулся, а я оттирала слезы с щек.

- Ариадна разбила о твою голову какое-то зелье с гробовым цветком, - прошептала я, - и мне показалось, что ты умер. И я действительно сильно плакала, боялась, что больше никогда не увижу тебя.

Я непроизвольно всхлипнула и прижалась к его груди покрепче.

-Гробовой цветок, говоришь? – задумчиво произнес ректор. – Он же не имеет противоядия. Что ты сделала, крошка Лили, чтобы вытащить меня?

Если бы самой знать, что только что произошло! Последний раз мне было так больно, когда мама умерла. И вот сейчас, когда Габриэль чуть не отправился к праотцам.

Пожав плечами, я тихо сказала:

- Сама не понимаю. Просто знала, что мне надо прийти к тебе и позвать. Я была в таком отчаянии, что раздумывать было некогда. И сила скреблась внутри меня, требуя, чтобы ее выпустили. Может, из-за нее ты меня и услышал?

Он вновь улыбнулся и погладил меня по голове:

- Спасибо. И прости, что не послушал тебя и пошел забирать Ариадну. Но я так разозлился из-за ее слов, что не нужен тебе! Хотя, и так это знал, конечно.

Последние слова прозвучали с горечью, от чего мне стало не по себе.

Я приподнялась, опершись на руки:

- Это неправда, я такого вообще не говорила! Она нарочно так сказала, чтобы позлить тебя.

Габриэль тоже решил сесть, опершись на подушки. На его лицо уже вернулись краски и выглядел он совершенно обычно, как будто ничего не произошло.

- Тебе лучше? – с надеждой спросила я. – Позову лекаря, пусть осмотрит тебя.

Я уже почти спрыгнула с кровати, как он поймал меня за руку и потянул обратно.

- Подожди, еще успеется, - поморщился он, - дай порадоваться тому, что ты рядом. Расскажи, чем дело кончилось? Где Ариадна, Герберт? Как вы ушли оттуда?

Я забралась на кровать обратно, прижалась к ректору, положив голову на его плечо, и принялась рассказывать.

Он обнял меня, и это показалось мне таким естественным, что я наслаждалась этой близостью. Да и просто хотелось побыть с ним после всего.

- Значит, Герберт так и не объявился, - протянул Габриэль, когда я закончила. – Ушел, хитрый лис.

- Забудь о нем, - проговорила я, - главное, что все закончилось. Не думаю, что Герберт настолько дурак, чтобы возвращаться.

- Ты права, но пример с Ариадной показывает, что лучше все доделать и все хвосты зачистить, - он негромко рассмеялся. – А теперь скажи мне, что же подслушала эта сумасшедшая на самом деле?

Я только открыла рот, как в дверь постучали и голос Клариссы позвал:

- Лили, ты в порядке?

Мне пришлось встать и открыть дверь. Надо порадовать и остальных, что с ректором все хорошо.

Кларисса, увидев мое счастливое лицо, наверняка решила, что я рехнулась от горя. Обеспокоенно заглядывая мне в глаза, она заботливо предложила выпить чего-нибудь успокоительного и отправляться к себе, а не чахнуть у кровати безнадежно больного.

Я распахнула дверь пошире, и пригласила ее войти.

Увидев ректора в полном здравии, она счастливо ахнула, всплеснула руками и заплакала. За ней вошли и остальные, остолбенев от увиденного. Какое-то время в комнате стоял шум от радостных восклицаний, похлопываний по плечу и всхлипываний Клариссы.

Лекарь быстро осмотрел ректора и, убедившись, что все в порядке, засобирался к себе. Остальные тоже как-то незаметно вышли, оставив нас с Габриэлем снова наедине.

Я решила последовать их примеру и тихо произнесла:

- Тебе нужно отдохнуть, я тоже пойду. Обсудим все остальное завтра, когда наберешься сил.

Он похлопал по кровати рядом с собой:

- Вернись и поговорим прямо сейчас.

Я с удовольствием забралась обратно и спросила:

- Расскажешь, как ты меня нашел? Я так и не поняла, как именно сработал артефакт.

- Я не это имел в виду, если честно, - тихо сказал он, испытующе глядя на меня и беря за руку. – Эта ситуация дала мне понять, что я могу и не успеть признаться тебе.

Глава 61

- Признаться в чем? – не поняла я.

Он с упреком посмотрел на меня, словно моя недогадливость его очень огорчила. Так смотрят преподаватели на отличников, когда те вдруг говорят какую-то глупость.

Габриэль продолжил хрипловатым голосом,