Блестящая партия - Вирджиния Хенли

Потом Джейн подала матери какой-то плоский предмет.

— Ах, это рисунок Джорджи! Тот, на котором мы сидим среди цветов. Но теперь он раскрашен. Спасибо. Я буду беречь его.

Открыв подарок от своей маленькой дочки, она увидела, что это пара домашних туфель, которые Джейн вышила своими руками.

— Бабушка научила тебя вышивать, и у тебя прекрасно это получается, милочка. Большое спасибо.

— Тебе они на самом деле нравятся? — тревожно спросила Джейн.

— Они замечательные. Я сию же минуту их надену.

Джорджи не захотелось обнять сестру. «Я почти простила тебе, что ты пригласила Френсиса Расселла. Почти».

Сьюзен развернула подарок от мужа и, увидев рубиновый браслет, замерла.

— Чем я это заслужила?

«О Боже, она думает, что он подарил ей это потому, что его заела совесть… и я уверена, что она права».

— Положение герцогини имеет свои преимущества, — галантно сказал Уильям.

Наконец Сьюзен развернула последний подарок — от герцога Бедфорда. То был старинный серебряный кубок, основание которого украшала синяя ляпис-лазурь.

— Ах как красиво, Френсис. Очень вам благодарна. Я сию же минуту обновлю его.

Она сделала знак лакею, и тот наполнил кубок шампанским. Бокал Джорджины он тоже наполнил искрящимся напитком, а мужчинам налил бренди.

— Не пройти ли нам в гостиную? — сказала Сьюзен, а потом улыбнулась дочери: — Тебе пора спать, Джейн. Спасибо, что сделала обед в честь моего дня рождения таким приятным.

Джорджина почувствовала, что теряет своего единственного союзника, который был рядом с ней за обедом. Она тяжело вздохнула и пошла с Френсисом в столовую. В течение обеда в ней росло тревожное подозрение, что все это было заговором. Она ускорила шаги и поравнялась с сестрой.

— Это Уильям его пригласил, — пробормотала Сьюзен, снимая с себя всякую ответственность.

Было около десяти, и Джорджина не знала, как выдержит еще два часа до полуночи, когда сможет уйти к себе, никого не обидев. «Я должна сделать над собой усилие и быть любезной. Не хочу сидеть с мрачным видом и испортить Сьюзен день рождения».

Джорджина зевнула:

— Вечер был прекрасен, но у меня просто слипаются глаза. Я пойду спать. Желаю всем доброй ночи.

Сьюзен допила свое шампанское:

— Я тоже пойду. Доброй ночи, джентльмены.

Сестры вместе поднялись по лестнице.

— Я знаю, ты все это задумала и устроила вместе с мамой. Это была ее идея — чтобы я приехала в Кимболтон на твой день рождения, — укоризненно сказала Джорджина.

— Джорджи, мы хотим только одного — блага для тебя. Совершенно очевидно, что Френсис по тебе просто сходит с ума.

— Я тоже схожу с ума. До бешенства. Больше никогда так не делай!

— Мне нужно пойти взглянуть на детей. Доброй ночи.

Джорджина пошла в то крыло, где помещали гостей, радуясь, что она наконец-то сбежала и осталась одна. Ее гнев на сестру немного утих. «То, что сказала Сьюзен, правда. Семья хочет только того, что будет благом для меня, но во главу угла они ставят богатство и положение в обществе. Они считают, что это мой долг — выйти замуж за самого знатного человека Англии. Они не понимают, как я буду несчастна».

Джорджина сняла платье и повесила в гардероб. Сбросила с ног атласные туфельки, села на кровать, сняла подвязки и чулки. Оставшись в одной сорочке, она подошла к умывальному столику, налила воды из кувшина и стала вынимать из волос ленту. В дверь постучали.

Решив, что это кто-то из горничных Сьюзен, Джорджина обернулась. И ахнула.

— Что вы здесь делаете?

Френсис Расселл подмигнул ей.

— А как вы думаете?

С этими словами он запер дверь, сунул ключ себе в карман и поставил принесенную с собой бутылку шампанского на туалетный столик.

— Немедленно выйдите из моей комнаты!

— Не притворяйтесь, киска, что вы сердитесь. Вы же знали, что я приду.

— Ничего подобного я не знала. — Джорджина в тревоге повысила голос: — Не подходите ко мне! Я требую, чтобы вы немедленно ушли.

Френсис снял фрак, швырнул его на стул, развязал шейную косынку и подошел к Джорджине.

— Эта интимная встреча была задумана неделю назад. Я понимаю, для вас все это ново, но бояться нечего.

Джорджина пятилась, пока не уперлась спиной в умывальник. Она не могла поверить, что все это происходит на самом деле. Сердце у нее гулко билось, возмущение нарастало.

— Вы, разумеется, не думаете, что я стану в один ряд с Марианной Палмер и прочими вашими любовницами!

— Конечно, нет — вы будете моей женой.

— Ваша светлость, если вы не уйдете сию же минуту, я закричу, буду звать своего зятя.

— А как вы думаете, кто дал мне ключ от вашей комнаты? Кричите сколько угодно. У этого замка толстые стены. Вас никто не услышит.

Джорджина была потрясена.

— Уильям дал вам ключ?

«О Господи, Уильям ведь видел меня в борделе на Пэлл-Мэлл, куда Френсис Расселл Грязный заманил меня перед Рождеством. Он думает, что мы близки».

Френсис обхватил Джорджину за талию и притянул к себе.

— За вами нужно поухаживать, чтобы вы пришли в щедрое настроение, любовь моя. — Он спустил бретели ее сорочки с плеч и прижался губами к атласной коже. — Думаю, вам требуется урок наедине — урок того, что называют предварительными ласками.

Джорджина оттолкнула его. Теперь она не просто была возмущена, но еще и напугана.

— Вы сошли с ума, Бедфорд? Я вовсе не намерена выходить за вас замуж. Я сказала, что не люблю вас. Черт побери, вы мне не нравитесь!

Он рассмеялся:

— Вы будете умолять меня жениться на вас еще прежде, чем я покончу с вами, любимая.

Он схватился за ее сорочку, Джорджина дернулась, и сорочка разорвалась. Он сорвал с ее тела остатки тонкой белой ткани и отшвырнул в сторону.

Джорджина закричала во всю мощь своих легких. На ней остался только маленький корсетик, который закрывал грудь, и она отчаянно пыталась прикрыть нижнюю часть тела.

Герцог накинулся на нее и крепко сжал в объятиях. Ловкими пальцами он расстегнул на ней корсет, и Джорджина осталась совсем нагая.

Она снова закричала, а он стал спокойно раздеваться.

Постепенно до нее дошло, что никто не собирается прийти ей на помощь. Все это свидание было тщательно продумано, с полного одобрения матери и герцога Манчестера. Даже сестра была замешана в этот план.

Когда Френсис поднял ее на руках и, прижав к своему нагому телу, понес к кровати, несмотря на сопротивление, она поняла: он хочет взять ее силой…