Ложь за ложь - Елена Хантинг

Лейни

Я проснулась около часа ночи: груди болели, но температура вроде спала и тошнота, к счастью, прошла (рвотные позывы при пустом желудке – та еще пытка).

Я кое-как встала с кровати. Все тело ныло, будто я пробежала марафон или несколько часов качала мышцы. Живот болел и неприятно отзывался на прикосновения.

Я осторожно отпила несколько глотков воды, морщась от боли в саднящем горле. Вкус во рту был отвратительный. Я почистила зубы, поглядывая на себя в зеркало: вылезшие из косы пряди сбились в безобразный колтун, под глазами темные круги, кожа бледная, как бумага. Больше всего хотелось вернуться в кровать, но надо было сцедиться или покормить Коди. Голова кружилась, и слабость была удивительная, но кризис, кажется, миновал.

Заглянув в детскую, я мгновенно переключилась в режим паники, не увидев сына в кроватке. Я побежала по коридору и резко остановилась, отчего голова закружилась сильнее: в кресле-качалке растянулся огромный Эр Джей, закрепивший на поясе мою подушку для кормления: голова свесилась набок, а на руках спящий Коди. На столе красовалась пустая бутылочка. На эту спящую парочку можно было заглядеться.

Я на цыпочках прошла на кухню и попыталась как можно тише найти молокоотсос. Меньше чем за пятнадцать минут я наполнила две шестиунциевые бутылочки, потом вымыла стоявшую в раковине посуду и занялась собой. Хотя Эр Джей уже дважды видел, как меня тошнит, мне было не все равно, как я выгляжу. Если мне не пригрезилось, он согревал меня в своих объятьях и даже испытал ощутимое возбуждение, хотя я выглядела как одуревшая от алкоголя ночная бабочка.

Я обтерлась теплым влажным полотенцем, потому что потела от лихорадки несколько часов, и переоделась в свежую пижаму. На гигиенические процедуры у меня ушел остаток сил. Снова потянуло прилечь, закрыть глаза и заснуть, думая, как все-таки здорово, что я решилась дать Эр Джею второй шанс, который он блестяще оправдал.

Я проснулась в полшестого утра от сердитого хныканья проголодавшегося Коди. Откинув одеяло, я натянула свой самый пушистый халат. Если поспешить, я перехвачу Коди, пока он толком не проснулся, и тогда после кормления он заснет и проспит еще часок.

Я по-прежнему была потной и горячей, тело болело, будто меня сбил грузовик, но по сравнению со вчерашним это было небо и земля. В животе заурчало, что меня обрадовало.

Эр Джея я нашла в кухне, а Коди он посадил на бедро. Оба мои мужчины были одинаково растрепаны, а так как Эр Джей спал в одежде, то рубашка и брюки у него стали как жеваные, да еще на плече пятно – видимо, Коди срыгнул. Однако я никогда еще не видела Эр Джея таким сексуальным, как в эту минуту.

– Давай-ка посмотрим, осталось ли еще мамино молоко, приятель…

– Утро доброе.

– О, привет! Извини, что разбудили. Как ты себя чувствуешь? – Эр Джей пристально поглядел на меня. – Выглядишь получше.

– Да, полегчало… – Коди пискнул и рванулся ко мне. – Давай я его подержу.

Я протянула руки, но Эр Джей прикрыл ладонью головенку сына и чуть отвернулся от меня.

– Вряд ли это разумно, Лейни. Мы же не хотим, чтобы и Коди подхватил то же, что и ты.

Раздражение боролось во мне с восхищением: Эр Джею не помешало бы поспать часов шесть и принять душ, однако он все равно оставался красивым и заботливым.

– Я обтерлась и переоделась. Коди может получить молока прямо из первоисточника, а бутылочку оставим на потом.

– Твоя мама считает, лучше поберечься…

– Моя мама?! Когда ты успел с ней поговорить?

– Вчера вечером. Она волновалась, что ты не перезваниваешь.

Коди завопил громко и настойчиво. Я шагнула к Эр Джею и положила ладонь ему на грудь. Дать ему второй шанс было непросто – я не хотела рисковать своим сердцем, но я уже видела, насколько он хочет… семью. Он добровольно ответил на звонок моей матери, а это уже сродни небольшому подвигу.

– Все нормально, я почти в порядке. Коди пора кормить, а я теку, как прохудившийся кран.

Нехотя Эр Джей передал мне Коди. Оказавшись у меня на руках, сын принялся бодать меня в плечо, клюя меня как птенец, заранее раскрыв рот в ожидании пищи. Я на автопилоте, не думая, распахнула халат и отстегнула клапан на ночной рубашке, специально предназначенной для ночных кормлений.

Коди буквально заметался от нетерпения.

– Все хорошо, мама здесь, завтрак сейчас будет.

Ребенок жадно припал к груди – и закашлялся несколько мгновений спустя. Кончиком мизинца я заставила Коди отпустить сосок. Хотя я сцедилась, время кормления давно пришло, поэтому грудь напоминала бьющийся пожарный шланг, брызгавший вокруг.

К сожалению, Эр Джей оказался на линии огня, и струя попала ему на рубашку. Я попыталась прикрыться, но лишь изменила направление молочного залпа, угодив ему в лицо. Тогда я запахнула халат – к большому неудовольствию Коди – и обошла шокированного Эр Джея. Подобравшись к раковине, я наклонилась и как следует сжала грудь, после чего вновь попробовала приложить Коди. Дождавшись, пока он начал сосать и не захлебывался, я обернулась.

– Ну вот, еще один пункт долой, – посмеиваясь, заявил Эр Джей. – В список того, что надо попробовать в жизни, можно добавить и сразу вычеркнуть обливание грудным молоком и описывание собственным сыном.