Ложь за ложь - Елена Хантинг

Сняв душ с кронштейна, Эр Джей пристроил его на кран, перешагнул через бортик и уселся, вытянув мускулистые ноги по обе стороны от детской ванночки. В большой ванне мыльной водицы было дюйма на три, и я с облегчением (и огорчением) увидела, что трусов он не снял. Я подала махровую мочалку и детский гель:

– Может, заодно исполните почетную обязанность, папаша?

Улыбка Эр Джея стала еще шире при виде того, как я с откровенным восхищением оглядывала его почти обнаженное тело, практически заполнившее ванну.

– Если я вымою Коди, ты вымоешь меня?

– По-моему, ты сам отлично справишься.

Я сильно сомневалась, что в этом случае отношения останутся платоническими, поэтому, опершись о край ванны, встала.

– Ты куда?

– Сейчас вернусь.

Собрав описанную футболку Эр Джея и запачканную одежду Коди, я закинула все в стиральную машинку, а потом взяла в гостиной телефон и на цыпочках вернулась. Эр Джей деятельно плескался в мелкой воде, смеша Коди, и я быстренько сделала несколько снимков, к которым идеально подошла бы подпись «Взрыв яичников».

Я смотрела, как бугрятся мышцы на спине Эр Джея, когда он водит одной из игрушек над головой Коди, и видела, что за пролетевший год физически он стал еще совершеннее. Мое тело тоже изменилось, но вот оно-то явно не стало более подтянутым. Я не хотела, чтобы Эр Джей взглянул на меня по-другому, хотя он, наверное, уже относится ко мне иначе – я же мать его ребенка, у нас общий сын, это все меняет… Отчасти поэтому я так намертво вцепилась в сложившийся паритет.

Кроме того, едва я пущу его к себе в постель, я неизбежно распахну ему и свое сердце. С Эр Джеем одно без другого не бывает.

Я прислушалась к разговору-монологу:

– А знаешь что, парень? Мне кажется, у нас с твоей мамой все налаживается.

Коди загулил и шлепнул по воде, как следует обрызгав папашу.

– Знаю, знаю, прошло всего две недели, мне еще много чего предстоит сделать, но, чувак, твоя мама стала настолько секси… Но если ты меня сдашь, я буду все отрицать. Господи, какая же она красивая!

Коди вскрикнул и забил ножками в воде.

– Ты тоже красивый, никто не спорит, парень. Можно я скажу тебе нечто важное? – Коди залился смехом, когда папаша пощекотал ему пяточки. Эр Джей улыбнулся, но тут же стал серьезным: – Я думаю, если бы не ты, твоя мама нипочем не дала бы мне второго шанса, так что спасибо тебе, пацан. Я тебя люблю и надеюсь это повторять каждый день всю мою жизнь, даже когда ты станешь ершистым подростком…

Сердце свело сладкой судорогой при виде этого гиганта, который говорит своему сыну, что любит его.

– Знаешь, кто был бы на седьмом небе от знакомства с вами обоими?

Коди загулил, будто отвечая на вопрос.

– Твой дед Стивен Джеймс! И у тебя, и у меня его ямочка на щеке. – Эр Джей тронул свою щеку и нагнулся поцеловать Коди. – Я по нему до сих пор тоскую. Отцом он был прекрасным. На ферме-то не присядешь, но он все равно выкраивал время прийти на все мои хоккейные игры. Я не понимаю, как у него получалось: своя ферма – это же каторга, от зари до зари и без выходных, а папка знай себе работал, улыбался и меня подбадривал. Как бы я хотел, чтобы он был жив… – Эр Джей выдавил шампуня на ладонь и начал мыть Коди голову. – Он здорово за меня переживал, потому что – только тебе на ухо, парень, – я не всегда поступал образцово, особенно когда только попал в НХЛ. Ты у меня смотри, не вздумай тоже позориться, как вырастешь… Твоя мама – лучшее, что есть в моей жизни, да и ты тоже. Мне кажется, твой дед любил бы вас безгранично, совсем как я.