Ее королевское высочество - Рейчел Хокинс

И вот я здесь, на заднем сиденье одолженной – или угнанной – машины. Господи, безумие какое-то.

– Может, продумаем, как именно мне добраться до Флоры? – предложила я. Ткань на сиденье порвана, металлические половицы проржавели. Мы точно доберемся до столицы целыми?

Сакс взмахивает рукой с идеальным маникюром:

– Все под контролем, дорогая. Не забывай, что мой папа – граф, а это что-то значит. Я нанесу визит во дворец и представлю вас с Перри как моих сопровождающих, – сообщает она, листая ленту на телефоне, – и я скажу… вот черт!

– Упоминание черта нам не сильно поможет попасть во дворец, – возражаю я. Сакс пораженно качает головой.

– Да нет же. Я ругаюсь, потому что королевская семья сегодня не во дворце. Открылась какая-то выставка, посвященная королевским свадьбам, и они все отправились туда, а потом у них процессия по Королевской Миле^[34]. Черт! Надо было проверить их расписание, но я слишком, – она взмахнула рукой, – увлеклась происходящим.

– Рада, что мои любовные приключения так тебя увлекают, – пробормотала я, выхватывая телефон из рук Сакс. Действительно – объявление об открытии выставки, и имя Флоры в нем выделено жирным.

– Мы на полпути туда, – говорит Перри, глянув на Сакс. – Но мы всегда можем поехать в Эдинбург и перекантоваться там. Они же, в конце концов, вернутся в замок.

Да, вернутся. Хороший план – где-нибудь пообедать и ждать.

Или…

Сглотнув, я возвращаю подруге телефон.

– К тому времени, как мы туда приедем, парад как раз начнется. Мы можем поехать прямо туда.

Сакс поворачивается ко мне, вытаращившись на меня от удивления:

– Миллисента Квинт, – вздыхает она, – ты хочешь…

Я уверенно киваю:

– Ага.

Сакс визжит и хлопает в ладоши. Вцепившийся в руль Перри явно сбит с толку.

– Что?

– Как романтично! – восклицает Сакс. – Милли собирается признаться ей в любви публично! О господи, я сейчас расплачусь.

– А меня сейчас стошнит, так что не надо, – возражаю я, пытаясь устроиться поудобнее на заднем сиденье. У меня в животе целая колония бабочек. Может, поэтому мне кажется, что мы доехали очень быстро. Я даже осознать ничего не успела, а мы уже въехали в город.

Припарковав машину, Перри жестом приглашает меня выйти.

– Процессия идет вниз по Миле, – объясняет он, – все, что тебе нужно сделать, – пробраться в первый ряд, подождать, пока Флора пройдет мимо и сказать ей, что любишь ее.

Я уставилась на него. У меня резко вспотели руки.

– Ага, – проквакала я и повторила: – Ага.

– Проще простого! – заявляет Сакши, а потом, слава богу, открывает дверь машины. – Я тоже пойду. Так, на всякий случай.

– Что ж, я тоже не хочу такое пропускать, – заявляет Перри и выключает зажигание. Я улыбаюсь им, хотя мне не хватает воздуха.

– Вы знаете, что вы настоящие друзья? – спрашиваю я. Они улыбаются.

– Конечно знаем, – говорит Сакс.

Мы проходим по маленьким улочкам и сворачиваем на Милю.

Улица перекрыта, в холодный осенний день здесь собралась целая толпа. Мы подходим сзади, и я слышу волынки и барабаны. Встаю на цыпочки и вижу королевскую семью, проходящую мимо Эдинбургского собора.

Флора идет между братьями. Они проходят мимо толпы, ее волосы зачесаны назад. Она улыбается и пожимает всем руки, принимает чей-то букет и благодарит человека, прежде чем передать цветы человеку в черном костюме.

Стоит мне на нее взглянуть, как у меня колет в груди. Ей так это все идет, хотя она сама с этим не соглашается. Но я вижу, как люди смотрят на нее, и вижу ее искреннюю улыбку. Она никогда не была больше похожа на принцессу, чем сейчас. Даже когда она была вся увешана бриллиантами.

Но она не просто принцесса.

Она моя принцесса.

И сейчас она слишком далеко, чтобы заметить меня.

Повернувшись к Сакши и Перри, я качаю головой:

– Это глупо. Я просто напишу письмо или…

– НЕТ! – восклицают они в унисон и влюбленно переглядываются, как в последнее время делают постоянно.

Перри берет меня за руку:

– Милли, здесь нужно что-то посерьезнее. Письмо это несерьезно. Даже не средненько.

– Мой парень прав, – говорит Сакши. И снова влюбленные улыбки. Они соприкасаются носами. Если бы я так не любила их обоих – мне бы показалось это противным. Сакши встряхивается и говорит:

– Сейчас не время. В любом случае, прислушайся к Перри. Ты хочешь вернуть любимую женщину, а значит письмо не прокатит. Так что…

Протянув руку, она выхватывает букет у маленькой девочки с такими же яркими волосами, как у Перри. Когда та открыла рот, чтобы возразить, Сакс выудила из розовой сумочки «Шанель» кошелек и телефон и отдала сумочку ей.

– Честный обмен, – говорит она, а девочка, у которой явно хороший вкус, нетерпеливо выхватывает сумочку и тут же забывает о цветах.

– Сакс, – возражаю я, но она отмахивается:

– Она все равно из прошлой коллекции. Теперь бери букет и иди к своей принцессе.

Цветы немного подвяли – пурпурные цветы определенно стоят не так долго, но на букете ленточка из фирменной королевской шотландки. Это хороший знак.

Я лезу в карман и достаю гладкий и блестящий розовый кварц, который я прихватила перед тем, как выбежать из комнаты.

Толпа стала гуще, все сгрудились около заграждений. Бэйрды идут по улице и подходят все ближе, но я, к сожалению, застряла в глубине толпы, и рост в метр с кепкой мне определенно мало помогает. К счастью, у меня есть Сакши.

– ПРОШУ ПРОЩЕНИЯ, – громко выкрикивает она, ярко улыбаясь и прокладывая путь через толпу острыми локтями. Перри идет позади, замыкая нашу цепь, и пропихивает меня вперед. Я пригибаю голову, изо всех сил стараясь поспевать за Сакс.

Люди расступаются. Начинается ропот. Я слышу, что они восхищаются красотой Сакши, что, конечно, правда, но и свое имя я пару раз слышу. Амелия. Милли. Это же она. Девушка, которая встречается с Флорой.

На этот раз от этих слов мне не хочется съежиться или спрятаться подальше. Мне хочется поднять голову. Да, это я.

Милли. Девушка, которая встречается с Флорой.

Мы почти добрались до заграждений. На улице холодно, пасмурно и ветрено. Я чуть не спотыкаюсь о булыжник, и тут слышу вопль Сакши:

– Флоораа!