Испытание верностью - Ольга Арсентьева

Ирина Львовна возвела глаза к потолку.

– Необычная она какая-то сегодня, – вернулась к прежней теме Татьяна Эрнестовна, – все суетится, всем помогает… намеки делает непонятные… мол, этот Новый год в школе вы запомните надолго, так что давайте, не ленитесь…

Ирина Львовна пожала плечами.

– А по-моему, такая же, как и всегда, – отозвалась она, застегивая сумку и собираясь уходить, – энергию девать некуда, вот и суетится. Сама подумай, ну что у нас в школе может произойти необычного, хотя бы и на Новый год?

– Наверное, ты права, – вздохнула Татьяна Эрнестовна, – ничего…

* * *

Вот если бы здесь был Карл, тогда Новый год точно запомнился бы надолго.

Он притягивал как магнит не только восхищенные женские взгляды, но также слухи, приключения и различные, забавные для зрителей, ситуации.

Те десять дней в марте, что он провел в школе, оказались точно незабываемыми – во всяком случае, для них трех.

Теперь даже странно вспомнить, что до приезда Карла они терпеть друг дружку не могли, просто на дух не переносили.

Ирине Львовне приходилось делить с Татьяной Эрнестовной кабинет иностранных языков. Гламурная Татьяна Эрнестовна презрительно фыркала, глядя на Манечку, которая предпочитала те же модели одежды, что и Татьяна Эрнестовна, но покупала их не в дорогих магазинах, а на вещевом рынке. Манечка, науськиваемая завхозом, распространяла в школе сплетни о постоянных неудачах сорокалетней Татьяны Эрнестовны в поисках престижного замужества. Наконец, и Манечку, и Татьяну Эрнестовну дико раздражала холодная интеллектуалка Ирина Львовна – в первую очередь своим высокомерием, пристрастием к шахматной игре и демонстративным пренебрежением к обычным женским слабостям.

Когда же на горизонте появился высокий блондин подходящего возраста, очень интересный, свободный и вообще иностранец, у трех дам возник и более серьезный повод для взаимной неприязни.

Правда, соперничали они друг с другом недолго. Как-то раз, случайно, вероятно волею судьбы, дамы зашли вместе с Карлом в один ресторан, где оказались втянутыми в некие криминальные разборки.

И хотя красавец-профессор явно не вчера на-учился драться, учитывая соотношение сил и злобные, отвратительные намерения противоположной стороны, ему пришлось бы худо (а возможно, и очень худо), если б не своевременное вмешательство женщин.

Оно произошло совершенно неожиданно как для сражающихся, так и для самих дам и, наверное, поэтому немедленно дало положительные результаты.

* * *

Они победили.

Карл признался дамам в вечной благодарности и преданности и назвал их своими сестрами – им это было очень приятно, несмотря на то что каждая ожидала для себя несколько иного.

Но самым удивительным и поразительным оказался тот факт, что с того дня они и правда стали относиться друг к другу как сестры.

Видимо, ничто не сплачивает людей, даже женщин, так сильно, как совместные боевые действия – особенно если они ведутся за правое дело.