Анатомия обмана - Наталья Андреевна Букрина

кирпича не было ни единой скамейки. Мила битый час курсировала вдоль входа, не решаясь войти. В корпус и из него время от времени входили-выходили группы курсантов. Саши среди них не было. Ладони девушки онемели, ступни одеревенели. Она пританцовывала на месте, не решаясь обратиться к кому-либо с вопросом. Один из курсантов, контролирующий уборку прилегающей территории, сжалился и подозвал бедолагу.

– Вы кого-то ждете? – сочувственно уточнил он.

– Да. Реброва. Александра.

– А он знает, что вы здесь?

– Нет.

– Факультет помните?

– Без понятия, – смутилась Людмила.

– А курс какой?

– Первый.

– Тогда вы зря тратите время – он не в общежитии живет, а в казарме, на территории самого училища.

На глазах Людмилы выступили слезы.

– Идемте, – парень потащил ее к массивным воротам неподалеку. – Наблюдайте вон за той калиткой, – показал он, – но близко не подходите – там стоять не полагается.

Мила поблагодарила бескорыстного помощника и сменила точку наблюдения. Время неумолимо приближалось к вечеру. Стало темнеть. Девушка замерзла. От напряжения и отчаяния слезились глаза. Весело переговариваясь, мимо в который уже раз прошла компания юных модниц. Они с откровенным вызовом посмотрели на конкурентку и нелицеприятно прокомментировали факт ее присутствия в месте их постоянной дислокации. Мила проводила незнакомок усталым взглядом – не было ни сил, ни желания вступать с ними в дискуссию. Подошел все тот же курсант.

– Вашего приятеля ищут, – заверил он. – Ждите. Вам есть, где остановиться?

– Нет, – растерянно призналась гостья.

– Вон там, – указал направление парень, – наша гостиница. Продиктуйте мне ваши данные, и я договорюсь о ночлеге. А вы никуда не уходите – Саша скоро подойдет.

Прошло еще полчаса. Молодой человек вернулся и сообщил, что вопрос с ночлегом улажен. Мила поблагодарила его. Когда стемнело, в дверях проходной появился худой, коротко стриженый, в болтающейся и не по размеру короткой шинели повзрослевший Александр. Мила смотрела на него и не узнавала. Курсант оглянулся в поисках того, кто его ожидает, заметил знакомую фигуру и истошно закричал: «Мила!» Стая голубей сорвалась с насиженного места и взмыла в небо. Девушка бросилась ему навстречу. Саша поймал ее на лету и приподнял над землей. Он крепко прижал трясущуюся от холода и волнения любимую и осыпал поцелуями ее заплаканное лицо и дрожащие руки. Мила без остановки целовала его губы и глаза и радостно повторяла дорогое сердцу имя. «Люблю!» – перекрикивая друг друга, признавались они, не в силах оторваться друг от друга. Сквозь решетку забора за парой с интересом наблюдали однокурсники Александра. Каждый из них представлял на месте Реброва себя. Чувствуя, что дрожь Милы не ослабевает, Саша внес ее в полутемный холл проходной и бережно усадил на стул. Девушка согрелась и в бессилии закрыла глаза – после многочасового стояния ноги не слушались ее. Курсант присел и уткнулся в ее колени лицом. Мила лихорадочно гладила ежик его волос, на который не падали, а лились ее горячие слезы. Какое-то время они были не в состоянии произнести ни единого слова. Саша не выпускал из рук ладонь Милы, то ли не веря своему счастью, то ли боясь, что она растворится в небытие. Любимая усадила его рядом и посмотрела в глаза:

– Как же я по тебе соскучилась!

Саша нахмурился и посмотрел на нее с отчуждением.

– Ты ко мне или проездом?

– Я не заслуживаю такого тона, – запротестовала Мила.

От волнения запершило в горле, она захрипела и вскочила с места, но не сумела устоять на отекших ногах. Александр усадил ее на колени и сцепил руки в замок. Спешно расстегнув плащ, он смял ее грудь, но быстро одернул руку.

– Мокро, – растерянно произнес он, с удивлением рассматривая липкие пальцы.

– Молоко течет, – объяснила Мила. – Время кормить Темочку.

– Ты вышла замуж?

Саша в недоумении вскочил, едва не уронив девушку.

– Дурачок, – она потянулась, чтобы обнять парня. – Тема – твой сын.

Весть об отцовстве не укладывалась в мальчишеской голове. Такого поворота событий курсант явно не ожидал. Тень недоверия сменилась бурей возмущения. Если есть сын, с какой стати он узнает об этом только сейчас? И почему тогда Мила не приехала раньше? Её сегодняшнее появление уже не выглядело таким радужным, как несколько минут назад. Да и поведение настораживало. Она не считала месяцы и не била себя в грудь, доказывая, что ребенок от него, а в полном безмолвии терпеливо ждала развязки. Саша вдруг вспомнил их первую близость на диком пляже и страстные ласки Милы и отчетливо понял, что до него у Милы уже был интимный опыт. А вдруг на тот момент она уже была беременной и распаляла страсть глупого мальчишки, прикрывая свой грех? Почему до майской встречи она много месяцев держала его на расстоянии и гнала прочь, а на реке вдруг растаяла и отдалась? Не потому ли, что какой-то Вася или Петя перед этим попользовался ею, а потом бросил, и теперь она отчаянно искала для ребенка отца? Саше резко поплохело, его терзали гадкие сомнения. Не зная, как справиться с нахлынувшими эмоциями, он стал предъявлять претензии.

– Почему ты приехала только сегодня? – с детской обидой в голосе прошипел он. – Почему не написала о ребенке и не отвечала на мои письма?

– Я писала, Саша, до востребования, – стала оправдываться Мила. – Ты же не сообщил свой адрес. Я не получила от тебя ни единой весточки.

– Не ври! Я строчил тебе ежедневно! И звонил, но ты не приходила на переговоры!

– Саша, – Мила стала рядом и посмотрела ему в глаза, – милый мой, родной Саша. Зачем мне лгать? Я не замужем. Я искала и ждала тебя. Тема – наш сын. Спроси у Галины Адамовны – она его навещает и помогает материально.

При ссылке на мать Саша задумался. Мила протянула ему фотографию малыша. Курсант с нескрываемым любопытством искал и не находил сходство с собой.

– Сколько ему? – недоверчиво уточнил он.

Мила с готовностью протянула ему свидетельство о рождении.

– Три недели. Он родился 23 февраля. Такой вот подарок папе.

Александр замер, шевеля губами и сосредоточенно перебирая пальцами. Пересчитав еще раз, самонадеянно улыбнулся:

– Мой.

– А-то чей же? – прижалась к нему Мила. – Весь в тебя. А имя – в деда. Ты же мечтал назвать сына в честь своего деда.

Александр обнял ее и крепко прижал к себе.

– Спасибо. Но я ни разу не получил от тебя ни строчки.

– И я тоже…

– Маминых рук дело. Узнаю почерк нашей железной леди – папа ее так называет. Говоришь, и заходит, и помогает? А мне ни полслова, ни намека!

За их спиной хлопнула дверь. Приятель молча