Мой муж - Светла Литвин

— Можно вот этих петушков две штуки возьмём? Я маме хочу одного подарить, — знала, что её порадует такая яркая игрушка, старые ещё советские давно уже потеряли цвет. 

— Давай для неё набор выберем, вот этот красивый, — муж указал на большую коробку с макушкой и множеством разноцветных шариков. 

— Хорошо, — обрадовалась я, — И петушка тоже, — очень уж он был красив. 

Скупили в итоге половину прилавка, потом заехали в кафе и домой вернулись уже к вечеру. Анатолий сразу уехал на ферму, едва я успела игрушки достать из багажника. Пока стояла у ворот дома, меня словно разрывали два желания. Идти внутрь или съездить до мамы, подарить ей игрушки для ёлочки и рассказать про узи. Думала я недолго, всё равно пришлось зайти в дом, чтобы взять ключи от машины. 

Анна Захаровна поджидала меня в коридоре, не теряя зря времени она протирала пыль с одного из свадебных портретов. Они не так давно были развешаны по всему дому в красивых резных рамках из необработанного дерева. Поэтому так долго и ждали этих фотографий, мой муж всё сразу делал основательно, не размениваясь на такие мелочи, как просто распечатать и в альбоме забыть на долгие годы. 

— Как съездили, милая? — Анне Захаровне тоже не терпелось скорей встретиться с внучатым племянником, а по сути, внуком. 

— Хорошо, вот игрушек для ёлки купили, — поставила наш пакет на комод, — А ещё, внука вам обещают, но это неточно, — радостно объявила ей, и Анна Захаровна едва не заплакала. 

— Мальчик?! — тётушка переспросила с восторгом, и я кивнула, — Как же хорошо! Сыночек, внучек! Ты раздевайся, голодная ведь, — засуетилась Анна Захаровна, с улыбкой на лице. 

— Ой нет, я за ключами от машины зашла. К маме хочу съездить, у меня для неё тут тоже игрушки. Я быстро, туда и обратно! — стянула с крючка ключи от машины и выскочила из дома. 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Знала бы что меня там ждёт, ни за что бы в этот вечер не поехала в отчий дом. 

По дороге в дом родителей я заехала в магазин и купила там любимых маминых конфет "Серый мишка". Знала, как она их любит, но позволить себе едва ли могла. Так хотелось вырвать её из этого дома, радовать и баловать, чтобы не знала ни в чём нужды, и могла есть такие конфеты, когда захочет и сколько душа пожелает. Только все мои разговоры о том, что она может уйти от отца и жить своей мама игнорировала. Всё твердила про какой-то камень, который на месте обрастает и не желала двигаться с этого места. Поэтому я и не упускала возможности хоть как-то скрасить её серые будни. Вот и конфеты с ёлочными игрушками так торопилась ей отвезти. 

Подъезжая к отчему дому, уже автоматически обращала внимание на то есть ли во дворе машина отца и на этот раз не повезло. Машина стояла возле ворот гаража, значит, все дома, разве что Славки не будет. Но я всё равно остановилась и вышла из машины, взяв пакеты с подарками для мамы. 

Пошла в дом, даже не представляя и не чувствуя какой-то беды. О таком и догадаться невозможно, только когда лично столкнёшься и то, первые часы и даже дни не веришь в правдивость произошедшего. Именно так, по крайней мере, было со мной. 

— О! Ничего себе кто к нам пожаловал, а я думал, мы рожей не вышли, чтобы до нас такая царевна снизошла! — с порога встретил отец, недовольно глянув на пакеты. 

За последние месяцы я видела его всего лишь дважды и эти встречи были не лучше. Всё тоже недовольство, и нелепые попытки от меня добиться внимания и заботы. Но я не готова была за него просить у мужа, да и не стал бы Толя моему отцу помогать. Я и сама бы ничего ему не дала, если бы у меня что-то было. Те деньги, которые они украли у меня словно растворились. Либо лежали без дела, худея от инфляции, либо были потрачены без ума. А ведь на них можно было столько всего сделать. 

— И тебе добрый вечер, папа, — быстро разулась, разделась и прошла прямиком к маме на кухню. 

Она мне уже маячила рукой, указывая знаками, чтобы я не спорила с отцом. 

— Привет, — сдавила мамочку в объятиях, при каждой такой короткой встрече они становились всё крепче и крепче. 

Мне всего хватало в замужней жизни. Заботы, ласки, внимания, всего, кроме маминых рук, её улыбки и голоса, а ещё вкуснейших пирожков. Потому и не отказывала никогда Анатолию в торте, уже на собственной шкуре понимала, как ему эта «Зебра» дорога.

— Живот такой уже большой, как же ты до конца срока доходишь? — удивилась мама, тут же усаживая меня за стол. 

Для неё каждое моё появление в доме было словно праздник. Светилась, как солнышко, окутывая теплом заботы. 

— А мы сегодня в город ездили на узи. И говорят мужичок, вероятно, — призналась я, и мама улыбнулась ещё шире. 

— Хорошо, что мальчик, — радовалась мама, разливая нам чай по кружкам.

— Ой, я конфеты и вот, подарок новогодний, — потянула со стула пакеты и передала маме, — А я девочку хочу... Косички, платья... — замечталась, представляя какие у неё будут куклы и всё-всё, чего у меня никогда не было. 

— Не тратилась бы ты на меня, — шепнула мама и я понимала прекрасно, почему она так говорит. 

— А это не я, это тебе от зятя, — сказала громко, чтобы всем недовольным было слышно. 

— Ника, — с укором шепнула мамочка, но всё же потом была рада подаркам. 

Долго проболтали с ней, несколько раз кипятили чайник, любовались игрушками для ёлки и строили планы на новогодние праздники. Я хотела бы, встречать Новый год вместе, но об этом можно было только мечтать. Знала, что отец её не отпустит, а она его послушается, трясясь над худым миром. 

Уезжала всего на часик, а просидела с мамой на кухне все два. Просидела бы и дольше, нам ведь никто не мешал, но позвонила Анна Захаровна. Потеряла меня, я ведь обещала ей что быстро, а сама так задержалась. 

— Поеду я, первого января тогда ждём тебя у нас, — напомнила маме, поднимаясь со стула. 

— Погоди, я тебе пирожков с собой положу, и лисички со сметаной возьмёшь, для зятя, — мамуля быстро собрала мне гостинцы в пластиковую корзину, ещё советских времён, — А, и банку жимолости, полезно тебе. 

— Не тяжело ей будет? — в проёме показался Костя без всякого приветствия. 

Рано я радовалась, что кроме отца никого не встретила. Вспомни чёрта, он тут как тут.