Безупречный - Элси Сильвер

Я делаю то же самое с другой, но, когда мои согнутые ноги сводятся вместе, его мозолистая ладонь слегка раздвигает их.

— Я с этим еще не закончил, — рычит он, снимая штаны. Он на мгновение отворачивается, чтобы вытащить что-то из своей сумки, открывая мне великолепный вид на свою задницу.

Округлую, мускулистую и такую чертовски притягательную.

Когда он возвращается, в руках у него упаковка презервативов. Его член огромный и твердый, и он направлен прямо на меня.

— Ты все еще хочешь этого, Саммер?

Теперь его голос звучит почти неуверенно, как будто он обеспокоен тем, что я могу его прогнать.

— Да, — выдыхаю я, желая дать ему больше. — Я хочу, чтобы ты был внутри меня.

Пряди волос падают ему на лицо. Он выглядит неряшливо и восхитительно и, по-моему, даже немного застенчиво. Интересно, что он хочет, чтобы я сказала? Чего он пытается добиться от меня?

Я думала, что это все грязные разговоры, но то, как он смотрит на меня сейчас, когда натягивает презерватив на свою стальную длину, заставляет меня задуматься, не связано ли это с чем-то другим.

— Я хочу, чтобы ты был на мне, — неловко выпаливаю я, садясь. Мне нужно поработать над моими пошлыми репликами. Его глаза сужаются, когда он сжимает свой член в кулаке, но я не отрываю взгляда от его лица. Когда он приближается ко мне, мое сердце колотится о ребра. Как будто оно хочет выпрыгнуть из груди и отдаться ему.

Как будто оно знает что-то, чего не знаю я.

Когда он наконец нависает надо мной, я протягиваю руку между нами, чтобы схватить его толстый член. И он действительно толстый.

— Господи. Я собираюсь заплатить за это завтра, не так ли?

Ретт ухмыляется.

— Если ты завтра не будешь ходить на согнутых ногах, значит, я не выполнил свою работу сегодня вечером.

Теперь он выглядит таким игривым, таким восхитительным, таким уверенным. Все его внимание сосредоточено на мне и только на мне. Он похож на мужчину, в которого я могла бы легко влюбиться, чтобы в конце концов остаться ни с чем, кроме разбитого сердца.

Я провожу головкой его члена по своей скользкой сердцевине, растирая его кончик, наблюдая, как глаза Ретта закрываются.

Он целует меня обжигающим поцелуем, от которого у меня сводит пальцы на ногах, и я подаюсь бедрами ему навстречу. А затем он толкается в меня — медленно, уверенно и восхитительно, — наполняя меня и давая моему телу время привыкнуть к ощущениям. Я поднимаю ногу и закидываю ему на спину, притягивая его ближе. Желая, чтобы он был ближе.

— Черт, Саммер, — рычит он мне в губы. — Просто черт. Как тебе удается быть такой чертовски тугой?

Мои ногти скользят по его спине, и я позволяю своим рукам делать то, чего они не делали, когда я массировала его. В том, как я сейчас прикасаюсь к Ретту Итону, нет ничего даже отдаленно профессионального.

Когда он достигает дна, покоясь в колыбели моих бедер, он стонет.

— Ты в порядке? Потому что я думаю, что это примерно столько, сколько я смогу выдержать, будучи нежным.

Я покусываю его за подбородок.

— Я думала, что сказала тебе трахнуть меня?

Он возвышается надо мной, смертельно серьезный и болезненно красивый.

— Осторожнее со своими желаниями, принцесса.

Он почти выходит из меня, прежде чем вставить член обратно. Мое тело дрожит, и я запрокидываю голову. Я чувствую каждую точку соприкосновения между нами, каждый дюйм кожи, каждый волосок. Даже его пристальный взгляд кажется тяжелым, как будто он вытаскивает мою душу из-под кожи одними только своими глазами.

Он задает медленный, но мощный ритм, жестко трахая меня, наблюдая за каждым моим движением, впитывая каждый шум.

С одной стороны, он будто дразнит меня. С другой — я чувствую себя чертовой богиней под Реттом Итоном. Как будто он не может оторвать от меня глаз, как будто у него есть все время в мире, как будто он никогда этого не забудет.

Или никогда не сможет насытиться.

Я знаю, что никогда этого не сделаю.

Мои стоны становятся громче, когда он доводит меня до высшей степени напряжения, но он вырывается из меня, опускается на колени и снова наслаждается мной.

Изменение давления, ощущения — все это заставляет мое тело откликаться, пытаясь наверстать упущенное. Легкий пот выступает на моей груди, когда он трахает меня своим языком так, словно я лучшее, что он когда-либо пробовал.

— Ретт, — я выдыхаю его имя, полностью отдавшись ощущению того, как он играет на моем теле, будто на инструменте, которым он овладел.

— Да, принцесса? Ты собираешься сказать мне, что тебе нужно? — Он встает во весь рост и берет меня за лодыжки, чтобы поменять позу на ту, которую он хочет. Мои ноги оказываются у его плеч, и он нависает надо мной, как дикий бог.

Затем снова входит в меня. Погружаясь так глубоко. Заполняя меня полностью.

— Я не знаю, — выдыхаю я, задерживая взгляд на его коже, блестящей от пота.

— Попробуй еще раз. — Он толкается в меня, задавая более мучительный темп. Его голова поднята, подчеркивая бугорок кадыка. С каждым толчком мои стоны становятся громче, неистовее — точно так же, как и его движения. — Я заставлю тебя кричать, пока ты мне не скажешь.

Черт, я что, кричу?

Как раз в тот момент, когда мои нервные окончания снова напрягаются, когда я тянусь к тому месту, в которое так сильно хочу попасть, он выходит из меня и падает на пол, оставляя меня опустошенной и выдохшейся.

— Я буду заставлять тебя кончать всю ночь напролет, Саммер. Но не раньше, чем ты скажешь это вслух. Я хочу это услышать. — Его пальцы медленно — так медленно — потирают мой набухший клитор. Он вводит два пальца внутрь, и звука того, насколько я влажна для него, достаточно, чтобы заставить меня покраснеть. Но он просто тихо, глубоко посмеивается. — Ты хочешь трахнуться с наездником на быках, детка?

Он опускает голову и снова прикасается ко мне, высунув язык, его движения размеренны, он оттаскивает меня от края.

— Нет. — Мои руки сами находят мою грудь, тело жаждет освобождения.

Он засасывает мой клитор в рот, проводя зубами по моей киске.

— Прогуляться по дикой стороне с ковбоем, а не со своими модными городскими парнями? — бормочет он. Вид его головы между моих ног врезается в мою память.

— Нет! — На этот раз мой ответ более решителен.

Он посасывает сильнее, и мои ноги раздвигаются шире. Как я прошла путь от того, чтобы никогда этого