Кровь и Клятва - Натали Рок

– О чем ты?

Женщина заметно краснеет – впервые замечаю за ней подобное, – и виновато произносит:

– Я случайно услышала часть вашего с магом разговора. Там, в лесу, несколько дней назад.

– И что же, по-твоему, он должен понять? – грубо интересуюсь я.

Туару не смущает моя грубость, она пожимает плечами и говорит:

– Вы оба – и ты, и Элар, королевских кровей. Восстание восстанием, но затем понадобятся те, кто будет собой олицетворять новое объединенное королевство. Брачный союз принца и принцессы разных рас – именно то, что нужно. Если маг действительно тебя любит, однажды он поймет, что ты исполняешь свой долг перед народом. Как и Элар.

То, с какой решительностью и в то же время печалью женщина произнесла имя принца, наводит на мысль, что не только мы с Тайлосом жертвуем своими сердцами во имя нового мира. Интересно, как давно Туара испытывает чувства к Элару? И как ей удается так ловко скрывать их?

– Принц знает? – спрашиваю я. – О моих видениях?

– Нет. Я ему не говорила о том, что услышала.

– А о твоих…

– Он принц, Ния, – удрученно качает головой Туара. – Мой предводитель. А я дочь простых свинопасов из маленькой деревушки близ столицы. Все, что между нами может быть, – это его приказы и мое беспрекословное подчинение им.

Я снова оборачиваюсь на Тайлоса.

А все, что может быть между мной и Таем, – это его готовность защищать меня. Интересно, от самой себя он тоже будет меня защищать? Или так и останется стоять равнодушной глыбой у каменной стены, не бросив на меня даже мимолетного взгляда?

Я решительно поднимаюсь на ноги, подхожу ближе к краю обрыва, смотрю вниз: мощные волны грубо лижут острые камни, гладкие и блестящие в свете угасающего солнца.

– Ния, вернись, ветер слишком сильный, упадешь еще! – кричит мне в спину Туара.

Я не собираюсь падать, лишь хочу проверить, насколько маг действительно безразличен ко мне. Но уже в следующее мгновение понимаю, насколько это глупо. Да и зачем лишний раз привлекать внимание Тайлоса, если я, как он правильно заметил, уже все решила? Не сама, но все же.

Когда я разворачиваюсь обратно, мне в спину бьет особенно сильный порыв ветра. Подхватить пальцами воздух я не успеваю, как и по-настоящему испугаться – меня плотным кольцом сжимает чужая, но хорошо знакомая сила, проносит по воздуху по направлению к гостинице и опускает недалеко от деревянных столов и лавок. Когда я поднимаю голову и смотрю в сторону Тайлоса, то вижу лишь его спину, скрывающуюся в проеме задней двери.

Со стороны обрыва ко мне спешит Туара:

– Ния, ты в порядке? Не ушиблась?

– Все хорошо, – бросаю я, выпрямляясь. – Пойду приму ванну перед ужином.

– Твоя комната значится под номером десять.

– Спасибо, Туара.

Минуя небольшой коридорчик, обеденный зал и стойку трактирщика, я нахожу лестницу и поднимаюсь на второй этаж. Коридор пуст. На устланном толстым ковром полу возле каждой двери стоят горшки с зелеными деревцами. Толстые свечи на красивых кованых подставках, прикрепленных к стенам, еще не зажгли. Из окон на обшитые деревом стены и пол падают неровные желтые квадраты. Уютно здесь, ничего не скажешь.

Я дохожу до двери под номер десять и скрываюсь за ней. И вот тогда даю волю своим разбушевавшимся чувствам: остервенело срываю поясную сумку, за ней – подбитую жестким мехом куртку и уже тянусь к поясу утепленной длинной юбки, когда понимаю, что в комнате не одна. Разворачиваюсь и мгновенно попадаю в плен темных рассерженных глаз.

Тайлос поднимается из мягкого кресла, делает неуловимый взмах рукой, и вот я снова пролетаю по воздуху, чтобы через пару быстрых и тревожных ударов сердца оказаться прижатой спиной к гладкой стене там, где сидел маг.

Он замирает напротив. Глаза в глаза. Мои ноги не касаются пола. Сердце бешено стучит, в ушах звенит кровь. Так близко друг к другу мы не находились с того самого дня, как я во всем призналась. Словно целая вечность минула, словно я снова долго бродила по бесконечным коридорам Лабиринта Силы в поисках того, кому я нужна.

Тай делает резкий шаг вперед, и я замираю. Закрываю глаза, когда он, не касаясь, выдыхает мне на ухо:

– Теперь только так, Эания. Полумеры мне не нужны. Ты либо моя, либо нет.

Я буквально схожу с ума от тепла его дыхания на своей коже. Все чувства обострены до предела. Сейчас я не ощущаю себя ни принцессой, ни полукровкой, ни дочерью, стремящейся спасти свою мать, ни кем-либо еще. Единственное, что от меня осталось – это желание его прикосновений, плавящее раскаленной лавиной мое нутро.

– Тай, пожалуйста, – молю я, сама не зная, о чем именно. Но воздух вокруг нас тяжелеет, становится густым и горячим.

Тай упирается лбом в стену, его руки обхватывают мою талию, с силой сжимая пальцами. Но как только я укладываю ладони на его грудь, маг резко отступает и отдергивает от меня руки.

Ноги неожиданно встречаются с полом, подкашиваются, и я с трудом удерживаю себя у стены. Поднимаю глаза на Тайлоса: он отвернулся, вновь превратившись в ледяное изваяние.

– Я тоже злюсь, Эания, – не глядя, говорит маг. – Даже не так. Каждая секунда моего существования наполнена гневом. Однажды я тебе говорил и повторю вновь: пора повзрослеть. Особенно, если ты собралась выйти замуж за принца и вместе с ним править новым королевством.

Тайлос уходит, а я остаюсь стоять возле стены, словно до сих пор нахожусь под властью его силы. Впрочем, именно этого мне и хотелось больше всего на свете – быть в его власти.

Глава 9

Столица людей поражает своими размерами.

Издалека Олазар кажется серо-оранжевым морем, замершим и окаменевшим. Над которым высится громоздкий и мрачный замок – огромный паук, наблюдающий за яркими мушками, попавшими в его паутину. Точности сравнению добавляет высокая каменная стена, окружающая столицу со стороны берега. Она тянется неровной серой линией от края до края, как бы очерчивая границы замка-паука.

С внешней стороны стены то тут, то там разбросаны фермерские домики, будто кустики дикой волчьей ягоды, которую на днях показывал Элар.

– Дом, милый дом, – замечает кто-то так тихо, что я не пойму, кто именно.

Впрочем, мне не до этого. Там, в подземелье замка на горе, находится моя мама. Лишь свежая память о совете Тая повзрослеть останавливает меня