Беглая жена, или В драконьем замке требуется хозяйка - Нина Новак

Лилия отравила его лучшие годы, Боги послали награду за все страдания. А он чуть не проворонил, чуть не растоптал все.

— Эстер, — произносит он. — Я запрещаю тебе покидать замок до тех пор, пока не разберусь с Самсоном.

Эстер понимает, что лишняя в библиотеке и встает. Опускает ресницы, чтобы скрыть взгляд и выходит. Но, конечно же, люди Роберта проследят за ней.

— Как тяжело, — тихо говорит Лена. — Эрик не должен узнать, что я не его мать.

Роберт кивает и чуть ли зубами не скрипит от гнева.

— Это его ранит, — тянет глухо. — Сын привык к твоей безусловной любви. Если узнает, что настоящая мать его невзлюбила еще до рождения, даже не знаю… Я не хочу, чтобы моему сыну было больно.

— Его надо защитить от правды, — Лена прикрывает глаза ладонью, но Роберт замечает несколько слезинок, которые она пытается скрыть.

Хочется осушить их поцелуями, но он сдерживает себя.

Роберт не знает, обусловлена ли его тяга к Лене лишь истинностью, или его привлекла ее личность. Сила и благородство этой женщины восхищают его и ему хочется узнавать жену каждый день. Раскрывать все ее грани и видеть в глазах Лены любовь.

Просто он, дурак, принял любовь к истинной за похоть к незнакомой и чужой женщине.

Она наверняка считает его мужланом.

После жена молча встает и выходит из библиотеки. О ее мыслях Роберт может лишь догадываться.

Когда он позже навещает ее, Лена сидит за столом в гостиной и изучает тетради с бухгалтерскими записями. Губы поджаты, густые волосы распущены по плечам.

Бастарды, которых лорд Кайен поселил в Кохэме, тоже тут. Малышка примостилась на стуле рядом с Леной и обнимает ее. Старшие разместились на диване и молчат. Девочки выглядят напуганными, а младшая тихонько посапывает и, кажется, не собирается отпускать сестру.

— Где Эрик? — спрашивает Роберт.

— В своей комнате, — Лена поднимает голову и устало улыбается, а ее сестры смущаются в его присутствии. — Вот и Элли хочу заставить лечь спать, а она меня не отпускает. Хочешь заснуть в комнате Эрика, малышка? — Лена склоняется к девочке. — Буран защитит вас.

— Элли, оставь Лилию. Ей надо поговорить с лордом Шарсо, — произносит строго старшая и встает, но глаз не поднимает. — Я уложу ее спать.

Малышка капризничает, но сестра берет ее на руки и они выходят. Роберт оглядывается. Замечает на столе непонятные куски воска, стаканы из разноцветного стекла, какую-то посуду. Ах, да, его истинная изготовляет свечи.

— Тебе больше не нужно торговать, — улыбается он, а Лена указывает ему на кресло.

— Присаживайтесь, милорд. Я не могу бездельничать и продолжу развивать свечное дело. Я самостоятельная женщина.

Надо же. Роберт удивлен и заинтригован.

— Не совсем понимаю тебя, но спорить не стану.

Лена покачивает головой и постукивает металлическим пером по тетради.

— Дела в имении очень плохи, милорд. Сайш разоряла Кохэм. Ради сиюминутной наживы уничтожала будущее.

— Ты разобралась в записях? — спрашивает Роберт, рассматривая изгиб белой шеи, точеный профиль, нежные руки.

От его прошлой жены в этом теле практически ничего не осталось.

— Не до конца. Понадобится больше времени.

— Лена, — ему непривычно ее имя, но называть жену иначе язык не поворачивается. — На встречу с Самсоном ты пойдешь в сопровождении Рэя. Скажешь, что это твой верный человек.

— Но вам ведь нужны доказательства его предательства, — не понимает она. — Я выведу его на откровенный разговор, а Рэй будет только мешать.

— Я изначально планировал отправить тебя с Рэем, так что это не обсуждается.

Непонятная эмоция на миг туманит ее глаза и Лена приподнимает брови.

— Даже когда считали меня самозванкой? До проявления истинности вы не церемонились со мной.

— Не церемонился, — соглашается Роберт. — Я был слепцом, но подвергать тебя опасности не собирался.

Лена снова погружается в записи и делает пометки.

— Сайш брала деньги из приданого Лилии, — цокает языком.

— Я перевез древние монеты, которыми расплатился со мной старый Кайен, в Кохэм. Как раз перед арестом. Но теперь это твое приданое. Сейчас ты — Лилия, — Роберту трудно говорить, но он хочет дать Лене выбор.

Она только улыбается в ответ.

— Еще не поздно, можешь подать в суд, обвинить меня во всех грехах и развестись, отсудить Кохем, — продолжает Роберт.

Его истинная имеет на это право, бесы его подери.

— Думаете, я способна на такое? — она приподнимает бровь.

— Я не знаю.

— Если только… сильно разочаруюсь в вас, милорд, — разговор шутливый, но Роберт понимает, что она это сделает в случае конфликта.

— Я уже предупредил, что кину все силы, чтобы завоевать тебя, — отвечает он. — Можно мне увидеть сына перед сном?

Она кидает на него удивленный взгляд.

— Конечно, — расплывается в улыбке, которая ей безумно подходит.

Они тихо заходят в спальню Эрика, чтобы не разбудить его. Сын лежит в постели. На полу возле кровати дремлет Буран, который открывает глаз и приподнимает ухо. Узнает хозяина и не двигается, но разорвет на части любого, кто посмеет потревожить покой мальчика.

— Я хочу показать ему мастерскую. Когда все закончится, можно отвезти Эрика в Шарсо? — спрашивает Роберт и снова получает в ответ этот удивленный взгляд.

— Вы больше не грозитесь отнять сына, — шепчет Лена на пределе слышимости, но Роберт разбирает каждый слог. — И стали спрашивать разрешение? Я в растерянности.

Она пятится назад и делает ему знак рукой, чтобы выметался и не разбудил ненароком сына. Осторожно закрывает двери и оборачивается к нему.

Роберт испытывает к ней благодарность, от которой даже сердце сдавливает. Но оправдываться