Хозяин Стоунгрейв-Холл - Хелен Диксон

– Ба, да это ведь лорд Рокфорд. Какая приятная встреча. – Амелия тепло приветствовала его. – Разве не так, Виктория?

Виктория молча кипела от злости. Как он смеет приближаться к ней? Она холодно уставилась на него, точно не узнала, будто его не существовало, затем отвела взгляд, нанеся ему уничтожающее оскорбление.

От откровенного выпада Лоуренс застыл, гнев рвался наружу.

– Рокфорд, думаю, эта леди не желает общаться с вами, – заметил лорд Фолконбрилж, воспользовавшись моментом. – На вашем месте я бы шел своим путем.

– Вы не на моем месте, – выпалил Лоуренс, готовый убить его.

У Виктории сердце сжалось, когда она увидела на лице Рокфорда удивление и гнев, но ей не хотелось признаваться, что в этом виновата она сама. Но он заслуживал этого после того, как обошелся с ней у Пендлтонов. Краем глаза она заметила, с какой поразительной быстротой выражение гнева на его лице сменилось холодным отвращением.

В это мгновение в Виктории погибла частичка сердца. Она уже не могла смотреть на него. Почувствовала, что Лоуренс подъехал ближе и спешился. Сощурив глаза, лорд Фолконбридж наблюдал за ним, будто он оказался первой лисой, попавшей под его прицел в этом сезоне.

– Рокфорд, похоже, вы неприятны мисс Льюис. Почему вы пристаете к ней?

– Виктория, я желаю обсудить с вами некоторые вещи, – заявил Лоуренс, не обращая на него внимания. – Я знаю, вы скоро уезжаете, но остался ряд дел, которые мне хотелось бы уладить до вашего отъезда.

– Если нам надо поговорить, это можно сделать дома.

– Я приезжал к вам, но вас дома никогда не бывает. Был бы признателен, если бы вы немного прошлись со мной и выслушали то, что я хочу сказать.

– Виктория, ты обязательно должна выслушать его, – заговорила Амелия, надеясь, что лорду Рокфорду удастся разрядить обстановку и предотвратить отъезд Виктории в Америку, что, по ее мнению, было бы огромной ошибкой.

Виктория нерешительно долго смотрела на него. В отличие от разношерстных денди, наседавших на нее тропическими бабочками, Лоуренс Рокфорд казался мрачной, грозной силой. Виктория считала, что больше не увидит его, но он появился, и все ее тщательно выстроенные иллюзии оказались жестоко растоптанными. Почему бы ему не примириться с ее отъездом? Зачем продлевать ее несчастья?

– Пусть так, – неохотно согласилась она.

– Я вернусь к маме, – сказала Амелия, удаляясь от подруги. – Мы подождем тебя.

Лоуренс оставил своего скакуна на попечение грума. Виктория на прощание улыбнулась своим поклонникам, разгневанному лорду Фолконбриджу и пошла рядом с Лоуренсом.

– Искренне надеюсь, что у вас честные намерения, – игриво заметила Виктория, пытаясь вести себя легкомысленно. – Похоже, я оказалась в вашей власти, а вы, видно, решили скомпрометировать мою репутацию.

– Думаю, – спокойно ответил Лоуренс со скрытой иронией, – нам следует вернуться домой и поговорить. С другой стороны, у меня может возникнуть соблазн убить вас, поэтому лучше оставаться там, где больше людей.

– Знаю, вам неприятно застать меня здесь с отвратительным лордом Фолконбриджем, однако советую подумать, стоит ли убивать меня ради того, чтобы оказаться повешенным.

– Не вводите меня в искушение, – откликнулся Лоуренс, его голос и лицо исказились гневом. Он удержал ее как раз в тот момент, когда она хотела отвернуться от него, и притянул к себе. – Ладно. Пойдем туда, где меньше народа.

– Как вам угодно, – ответила она. В ее голосе вдруг послышались печаль и боль. – Но если вы так сильно ненавидите и собираетесь убить меня, не стану возражать.

Лоуренс взглянул на Викторию, ей удалось унять его гнев и задеть в душе более нежные струны.

– Не смешите меня, – тихо сказал Лоуренс. – Как я же могу ненавидеть вас? Совсем наоборот. Однако вы действительно причинили боль, отвергнув меня.

– Только не говорите мне о боли. Я испытала боль, когда умерла мать. Я испытала боль, когда узнала ужасные вещи, связанные с ней. Я испытала боль, когда пыталась узнать, что произошло на самом деле, что стояло за всем этим. Затем я снова испытала боль, когда вы обманули меня, скрыв правду, которую обязательно следовало знать. Вы вели себя черство и безнравственно. Я потрясена. Лоуренс, как вы могли так поступить? Как вы могли? От вас я такого не ожидала. Вы должны были стать мне другом, почти моим мужем. Знаю, я все погубила, оставив вас. Если бы вы так не сердились на меня, могли бы понять… потому… потому… – Она вдруг умолкла, не в силах договорить… сказать, что любит его… Ее голос сорвался, сдавленный болью и слезами.

Лоуренс изменился в лице, смотрел на нее с нежностью и изумлением. Коснулся ее лица, нежной щеки, и ей на мгновение, только на мгновение, показалось, что он обнимет ее. Виктория стояла и смотрела на Лоуренса, едва смея надеяться, думать.

– Простите меня за то, что я причинил вам боль. Вы не хотите выслушать меня?

Она кивнула. Он отпустил ее, но она тут же повернулась, собираясь уйти. Лоуренс снова схватил ее за руки.

– Виктория, не уходите, – умолял он.

– Вы хотите меня в чем-то упрекнуть? – вспыхнула она, безуспешно пытаясь вырваться. – Когда я вспоминаю о том, что вы говорили… о вашем гнусном предложении… Вы… вы жалкий, отвратительный, бессовестный тип.

Затащив ее за кусты, где их никто не мог увидеть, чему Лоуренс обрадовался, он отпустил ее.

– Я хочу сделать вам другое предложение.

– Неужели? Так вот, меня больше не интересуют ваши предложения! – гневно выпалила Виктория. – Я все еще испытываю боль, думая о вашем последнем предложении. Вы уже оскорбили меня один раз, больше я вам этого не позволю.

Лоуренс поморщился, когда она напомнила об этом, но не смутился.

– Виктория, я прошу вас стать моей женой.

– Вашей женой? – Она уставилась на него, не веря своим ушам. – Помнится, вы уже просили меня стать вашей женой. Но успели использовать меня как… шлюху. Какой стыд. Отвратительно.

– Не говорите так.

– Почему же? Ведь это правда? Или вас замучило чувство вины?

Лоуренс вдруг горестно рассмеялся:

– Единственная моя вина заключается в том, что я желаю вас с того мгновения, как мы встретились. В том, что мы делали, нет ничего отвратительного. Мы стали любовниками задолго до этого, с того мгновения, как наши губы соприкоснулись. Виктория, почему вы не слушаете меня? Разве вы не видите, что я говорю правду?

– Не знаю, да мне уже все равно. – Она пыталась сдержать подступающие слезы. – Лоуренс, держитесь от меня подальше. Я уезжаю в Америку. Я так решила.

– Я вам не верю… Быть у кого-то на побегушках. Виктория, выходите за меня замуж.

– Вы не боитесь, что я снова не приду на свадьбу?

– Я готов рискнуть. – Она явно рассердилась и расстроилась. Им не удастся начать все сначала, пока оба не разберутся в своем прошлом. – Я знаю, что произошло, что заставило вас бежать. Диана рассказала про Клару. Как глупо я тогда вел себя. Когда вы не пришли, я думал только о себе. Мне следовало догадаться, что случилось нечто серьезное, раз вы отвернулись от меня.