Запретное желание - Джилл Шелвис

Стоун смотрел на приближающуюся к нему Эмму. Интересно, сообщит ли она о своем скором отъезде?

Он уже догадывался, что мысль о возвращении домой сделает ее счастливой. Да, Стоун знал это. Только вот выражение ее лица никак нельзя было назвать счастливым. Скорее оно свидетельствовало о разочаровании.

И напряжении.

И печали.

– Доктор Синклер, – насмешливо-официально произнес Стоун в надежде вызвать у Эммы улыбку.

Но у него ничего не получилось. Она остановилась прямо перед ним на ступенях дома и, когда он протянул ей руку, ткнула пальцем ему в грудь.

– Ты должен был мне сказать.

Хорошо, он подыграет. Стоун схватил палец Эммы.

– Что сказать?

Эмма выдернула руку.

– Я знаю, что ты спас моего отца.

А, черт! Она об этом…

Эмма испустила вздох, и напряжение немного ее отпустило. Она посмотрела на Стоуна блестящими глазами.

– Кстати, спасибо тебе за это. Я правда очень рада, что ты смог так быстро до него добраться.

– Я бы сделал то же самое для любого другого человека, Эмма, – ответил Стоун, глядя на нее. – Как и ты. Так что не стоит благодарить.

– Ты спас ему жизнь, Стоун.

– Верно. А сколько жизней спасла ты?

Эмма лишь пожала плечами.

– Почему ты мне не сказал? Почему позволил думать, что это был всего лишь небольшой сердечный приступ?

Стоун вздохнул.

– А если бы ты знала, то согласилась бы остаться?

Эмма обернулась. Теперь ее глаза источали холод.

– Это непростой вопрос.

– Верно. – Но он хотел услышать ответ.

Покачав головой, Эмма окинула взглядом скалистые горы.

– Я до смерти испугалась за него, – прошептала она, обхватив себя руками.

Услышав это, Стоун наконец выдохнул, ибо до этого стоял затаив дыхание. Да, он в ней не ошибся. Она беспокоилась за отца. Очень беспокоилась. Вопрос лишь в том, был ли сам Стоун так же глубоко ей небезразличен.

– Конечно, ты за него испугалась. Как и все мы. Но он быстро идет на поправку.

– Я просто хотела бы знать. Если бы у нас были такие отношения, о которых он всегда мечтал, – тихо произнесла Эмма, – он бы мне сказал. Я во всем виновата.

– Нет, Эмма, это не так. – Стоун развернул ее лицом к себе. – Он упрям как мул. Полагаю, это у вас семейное.

Эмма покачала головой, и на ее губах возникла еле заметная улыбка.

– Ты всегда переходишь прямо к делу.

– Экономлю время.

– Я просто хотела бы, чтоб кто-нибудь мне сказал. Чтобы ты мне сказал. Я думала… – Эмма осеклась, а потом пожала плечами. – Я думала, у нас может что-то получиться.

– Да? – Она употребила глагол в прошедшем времени, и Стоун попытался ничем не выдать своего смятения. – Я тоже так думал. Но ты уезжаешь.

– Я всегда собиралась это сделать.

– Чем скорее, тем лучше.

– Да. Спенс улетает сегодня, а я – через несколько дней.

– Несколько дней?

– Через неделю, если быть точной.

Пока Стоун пытался переварить услышанное, Эмма произнесла:

– От покупателей отбоя нет.

Стоун закрыл глаза.

– Он и впрямь собирается продать клинику?

– С условием, что будет работать неполный рабочий день.

– Ты переживаешь за него, но все равно уезжаешь?

Вздохнув, Эмма начала расхаживать перед домом.

– Ты не понимаешь. Через неделю он не будет нуждаться во мне постоянно. – Эмма направилась не к грузовику, а двинулась по лужайке вдоль дома, и Стоун последовал за ней.

– Значит, собираешься иногда навещать его?

– Да. – Эмма остановилась и посмотрела на Стоуна. – Вообще-то у нас всегда были такие отношения. На расстоянии. Если бы я знала, как сделать их другими, я бы непременно это сделала. Но правда в том, что клиника почти уже ему не принадлежит, и что бы ты там ни думал, я не ухожу прочь просто так. Я прослежу, чтобы все устроилось лучшим образом, прежде чем уехать. Просто жаль, что я не узнала о состоянии отца раньше.