Таинственный пруд. Том 2 - Виктория Холт

— Пойдем, — сказал Тимоти. — Миссис Биллингс, спасибо вам! Помните, мы всегда с радостью встретим вас в миссии!

Она закивала головой.

— Он прибьет тебя, мама! — неуверенно сказала Фанни.

— Ты иди, вот чего я хочу. Так тебе лучше будет, так всем лучше будет.

Фанни все еще колебалась.

Все будет в порядке, Фанни, — сказала я. — Твоя мать будет приходить и навещать тебя, и, возможно, в один прекрасный день вы снова сможете жить вместе! — Я крепко взяла ее за руку и потянула в сторону двери.

Наконец, нам удалось увести ее.

* * *

Обратная дорога была ужасна. Я даже не представляла, как далеко забралась. Там были грязные лавки с вывешенным у двери платьем, хилые голодные дети, переполненные распивочные. Вслед нам отпускали соленые словечки. Фанни, не выдержав, обернулась и показала язык. В ответ глумливо захохотали. Я думаю, дела могли бы обернуться для нас плохо, если бы люди не знали, что мы из миссии. К этому учреждению они питали определенное уважение.

В конце концов мы добрались до миссии. Френсис встретила нас с восторгом. Сразу же она обратила все свое внимание на Фанни, которая подверглась тем же самым очистительным процедурам, что и в первый раз. Синее платье и лента были принесены в жертву огню, и мне пришлось пообещать, что я куплю точно такие же.

Пока длились эти процедуры, мы рассказали Френсис о случившемся.

— На эти улицы никогда не надо ходить по одному, — сказала Френсис, но все равно я рада, Анжелет, что ты так поступила! С тобой там могло случиться Бог знает что!

— Что-нибудь и случилось бы, если бы вовремя не подоспел Тимоти! Он сыграл роль храброго рыцаря и спас меня. А потом мы вместе зашли в этот дом, если его можно назвать домом…

— Жилищные условия там ужасные! Надеюсь, нам удастся и там хоть что-нибудь сделать.

Значит, вы видели миссис Биллингс?

— Бедная женщина! Как она может так жить? Ей следовало уйти вместе с Фанни. Почему она остается жить с этим мерзавцем? — спросил Тимоти.

— Ответ на этот вопрос тесно связан со сложностью человеческой натуры! — ответила Френсис. — Я вижу подобное вновь и вновь. Женщины приходят к нам избитые чуть ли не до смерти, просят у нас убежища. Мы им его предоставляем, откармливаем их, лечим, наставляем их на путь истинный, а потом… они возвращаются, чтобы вновь быть избитыми! Сердце разрывается! Что-то такое есть в самих женщинах, и, пока оно существует, мы всегда будем слабым полом, потому что где-то внутри эти женщины… желают находиться в униженном состоянии. Это меня бесит! Ну что ж, для миссис Биллингс я ничего не могу сделать!

Мы должны сосредоточиться на Фанни… и именно этим, мои дорогие, вы и займетесь.

К счастью, вы сумели вернуть ее. Я поклялась себе в том, что сделаю все возможное для того, чтобы Фанни получила шансы на достойную жизнь, и вы помогли мне больше, чем можно было ожидать!

Френсис поступила необычно: она расцеловала нас обоих, а мы расцеловали друг друга — Тимоти и я. Он взял меня за руки и посмотрел прямо в глаза. Я поняла, что он действительно любит меня.

* * *

У этого события было трагическое продолжение На следующий день во всех газетах появилось сообщение: «УЖАСНОЕ УБИЙСТВО НА СВЕН-СТРИТ!»

Я прочитала это за завтраком, и, пока читала, на меня обрушилось осознание случившегося.

«Джек Биллингс вернулся домой после пьяного загула и до смерти забил свою жену Мэри. К счастью, дочь миссис Биллингс от первого брака пребывала в это время в миссии, которую возглавляют Питер и Френсис Лэндсоны — сын и невестка хорошо известного филантропа Питера Лэндсона».

Я немедленно отправилась к Френсис. Она уже слышала о несчастье.

— Слава Богу, что вы привели сюда Фанни! сказала она.

— Я думаю, может быть, смерть миссис Биллингс связана именно с тем, что Фанни ушла из дому?

— Может быть и так, но рано или поздно что-нибудь подобное все равно произошло бы.

— А что с Фанни? Она знает?

— Пока нет. Я думаю, как это лучше сделать? Прибыл Тимоти, который тоже уже узнал о случившемся. Его первыми словами были:

— Что с Фанни?

— Она еще не знает. Я размышляю, что предпринять?

— Разумно ли мы поступили, забрав ее оттуда?

— Думаю, что так.

— Я мог бы отвезти ее в Хэмптон.

— Ах, Тим, вы серьезно?

— Не вижу никаких препятствий к этому! Я рассказывал о Фанни своей сестре и детям, они будут только рады.

— Мне кажется это превосходная мысль! Теперь в газетах поднимется шум. Фанни не умеет читать… но ведь пойдут разговоры!

Она очень остро на все реагирует, а я хотела бы смягчить этот удар.

— Вы думаете, Фанни согласится уехать? — спросил Тимоти.

— К вам, думаю, согласится, она вас любит, вы сумели завоевать ее доверие, особенно после того, как смогли вытащить ее из дома.

Фанни выглядела совсем по-иному — умытая, сияющая. Ее платье было слегка великовато, но зато самое лучшее из одежды, которую время от времени передавали в миссию.

— Фанни, — сказала Френсис, — мистер Рэнсон хотел бы забрать тебя в свой загородный дом. Ты не возражаешь против этого?

— Я никогда не была в деревне.

— Ну вот, теперь у тебя есть возможность побывать там.

— С ним? — спросила Фанни, указывая на Тимоти.

— Вот именно, это его дом.

У него двое детей, девочка и мальчик. Они уже слышали о тебе, ты могла бы присматривать за ними.

Кажется, Фанни понравилась эта идея — присматривать за детьми.

— А с ней что? — спросила она, кивнув в моем направлении.

— Видишь ли, Фанни, я там не живу.

Она, похоже, была несколько разочарована, и это меня растрогало.

— Возможно, мы сумеем уговорить миссис Мэндвилл приехать к нам в гости, — сказал Тимоти.

— Ладно, — согласилась Фанни.

— А я скажу вам, что нам следует делать, — заявила я. — Сегодня мы отправимся и купим шерстяное платье… точно такое же, как то, что у тебя было!

— И красную ленту для волос? — спросила она.

— Обязательно, — пообещала я.

Все было улажено. На следующий день Тимоти отвез Фанни в Хэмптон. Мне их очень не хватало, и я даже удивилась, что без них моя жизнь оказалась такой тусклой.

Пришло еще одно письмо от матери. Она выезжала в Лондон и должна была прибыть через два дня.

* * *

Матери не терпелось узнать обо всем происходящем в Лондоне. Я заметила ее внимательный изучающий взгляд. Она хотела понять, насколько далеко зашла моя дружба с Тимоти и счастлива ли я. Я не могла сказать ей чего-то определенного, поскольку и сама не знала… Я все больше задумывалась о Бене, и, как никогда, мне хотелось оказаться в Мэйнорли и помогать ему в предвыборной кампании.