Тайна античных свитков - Айрис Джоансен

— О чем задумался, Джок? Ты мыслями где-то далеко-далеко. — Карандаш в руке Джейн стремительно порхал над листом бумаги.

— Я пытаюсь понять, сердишься ты на меня или нет, — серьезно ответил тот. — Хозяин вот сердится. Он сказал, не надо было мне защищать его сегодня от этого Марио.

— И он прав. Марио не делал ничего дурного, и ты не можешь расхаживать и убивать, кого в голову взбредет. — Господи, что за чушь она говорит! — Не останови тебя Макдаф, ты бы натворил дел.

— Я понимаю… Но не всегда. — Джок надулся. — Когда начинаю об этом думать — понимаю. Но, когда я встревожен, я не могу думать, я сразу действую.

— А за Макдафа ты тревожишься, да? — Она посмотрела на набросок. — Что тебя еще беспокоит?

Парень покачал головой и ничего не ответил. Не дави на него! Джейн несколько минут молча рисовала.

— Марио очень расстроен. Если он и хотел кому причинить вред, то не Макдафу.

— Мне и хозяин так сказал. Марио хочет наказать одного человека, работающего с… — Последнее слово далось ему с трудом. — С Рейли.

— Да. И Рейли тоже. Ты должен этому радоваться. Ты ведь хочешь, чтобы Рейли получил по заслугам?

— Я не хочу о нем говорить.

— Почему?

— Мне нельзя о нем говорить. Ни с кем. Значит, психологическая обработка еще действует.

— Ты можешь делать все, что считаешь нужным. Джок вдруг улыбнулся:

— Ага, только Марио не убивать, да?

Бог мой, откуда-то юмор взялся?! Джейн встретилась с ним взглядом и подивилась, какое у него сейчас взрослое выражение лица.

— Только не убивать никого, кто не сделал ничего дурного. Но никто не может управлять твоими мыслями и словами.

— Рейли, — проговорил Джок. — Рейли может.

— Значит, его надо остановить. Юноша покачал головой.

— Но почему? Ты же должен его ненавидеть! Он поднял глаза.

— Нет? — удивилась Джейн.

— Мне нельзя.

— Но ты его ненавидишь?

— Да. — Он закрыл глаза. — Иногда. Очень сильно. До боли! Внутри будто огонь горит. Когда хозяин за мной приехал, у меня не было ненависти к Рейли. Но в последнее время — да, она в груди и очень жжет.

— Это оттого, что ты помнишь, как он с тобой обошелся.

Он открыл глаза и качнул головой:

— Я не хочу вспоминать. Мне больно.

— Если ты не напряжешь память и не скажешь, где нам найти Рейли, больно будет еще многим людям. И многих убьют. А виноват будешь ты.

— Больно! — Джок встал. — Мне надо заниматься садом. До свидания!

Джейн беспомощно смотрела ему вслед. Удалось ли ей хотя бы заронить сомнение? Она окликнула паренька.

— Я еще не закончила портрет. Приходи в пять! Ни слова не проронив, Джок скрылся в глубине конюшни.

Придет или нет?

— Ты его расстроила. — Со стороны конюшни к ней приблизился Макдаф. — Ты должна была ему помочь, а не теребить его раны.

— Это поможет ему вспомнить подонка Рейли. Вы же и сами так думаете! Вы говорили, что пробовали выудить из него информацию о Рейли.

— И неудачно.

— Может, еще рано было?

— А ты не боишься, что раны настолько глубоки, что, если их беспокоить, он может истечь кровью?

— Черт побери! А вы не думали о том, сколько еще человек может погибнуть?

— Я рассчитываю, что Тревор найдет Рейли прежде, чем это произойдет.

— А если для этого всего-то и требуется, что добиться от Джока нескольких слов?

— Он может вообще не знать, где находится Рейли.

Когда я его отыскал, я что только не перепробовал. Даже гипноз. Но он всякий раз впадал в панику. Думаю, этот отдел его памяти Рейли первым делом заблокировал.

— А вдруг он все-таки знает? — Девушка резко захлопнула альбом. — Вдруг он сможет назвать, где скрывается Рейли? А мы даже не попытаемся из него это вытянуть? — Она встретилась с Макдафом взглядом. — Когда я с ним говорила, в какой-то момент что-то у него в глазах мелькнуло… Мне показалось, он начал припоминать. — Она раздосадованно махнула рукой. — Черт побери, да не собираюсь я причинять ему боль! Почему вы так боитесь дать мне хотя бы попробовать?

— Потому что думаю, что он еще не готов это вспоминать. — Макдаф повернулся к конюшне. — Я тоже замечал у него такое выражение. Как будто из-за туч вдруг выходит солнце. Но что будет, если он начнет вспоминать раньше, чем его психика будет к этому готова? Не забывай, он любого Рэмбо за пояс заткнет. Он как бомба с часовым механизмом — нужно только нажать на кнопку.

— Он вас любит. Вы могли бы его удержать.

— Ты думаешь? Рад, что ты так уверена. — Он вгляделся в ее лицо. — И так безжалостна. Мне бы сразу догадаться! Женщины — самые жестокие существа на свете.

— Банально. Очень банально! Я не жестокая. А может, и так. Я знаю одно: я не допущу, чтобы эти подонки напали на мою страну. — Джейн отвернулась. — Вы с Тревором играете на другом поле. Так как все-таки? Не дадите мне с Джоком поговорить?