Ненавижу тебя - Анна Шварц

Практически сразу же, стоит только Элиасу закрыть за собой входную дверь, у меня вибрирует телефон в кармане. Я достаю его и вздрагиваю. Регина.

— Алло? — принимаю я вызов, чувствуя, как желудок будто сжимает огромный кулак, и меня начинает тошнить от волнения. Почему-то, когда звонит начальница, у меня всегда такая реакция. Видимо, из-за того, что обычно ее звонки не сулили ничего хорошего — или “я тебе тут смены переставила”, или “в выходные надо будет поработать”, или “по какой причине ты вчера уходила днем?”

Так оказалось и в этот раз.

— Анастасия, — голос начальницы звучит мрачно и напряженно, — ты еще не уехала? Зайди в мой кабинет.

Я нервно сглатываю. До ее кабинета мне сейчас далековато, мягко говоря, и придется не заходить, а заезжать. Неужели что-то изменилось с утра? Всех девочек же отпустили…

— Регина Павловна… — сдавленно пищу я, — тут такое дело…

— Ну что еще?!

— Я уже уехала…

— О, Боже… возвращайся обратно. И резче. Я тут весь день сидеть не хочу.

— Что-то случилось? — осторожно интересуюсь я, а начальница тихо и нервно ржет в трубку.

— Да, случилось, Анастасия! Сокращение. Пять окладов тебе на руки и подписывай заявление на увольнение.

Пять?! Я прикладываю руку к сердцу, уговаривая его не так сильно подпрыгивать от радости. Пять окладов! Погодите-ка…

— Только белая часть? — подозрительно интересуюсь я, а Регина раздраженно вздыхает.

— Нет, и черная тоже! Я смотрю, ты только рада этому? Все вы рады этому! Почему я не удивлена! Работали бы лучше, усерднее, упорнее, а не с кислыми лицами обслуживали посетителей! Из-за вас теперь… — она замолкает, потому что на фоне звучит грубый мужской голос с сильным акцентом, а потом сквозь зубы тихо произносит, — в общем, жду тебя.

И сбрасывает вызов.

Я подскакиваю, быстро бегу в коридор, накидываю пальто, подбираю с пола ключи, которые я швырнула в Элиаса, обуваюсь и выхожу из квартиры. Может быть, кто-то наверху сжалился надо мной, потому что максимум, чего я ожидала от Регины — это хотя бы зарплата за отработанную половину месяца. На пять окладов я даже не раскатывала губу!

Спускаясь на лифте, я вызываю через приложение такси. До работы добираюсь за пятнадцать минут. Выхожу из машины, и чувствую, как солнце начинает совсем по-летнему припекать спину. Даже погода изменилась! С утра я убегала от Родиона под мерзкий холодный дождик.

— На-а-асть! — слышу я знакомый голос и оборачиваюсь. Мне машет рукой Амина, высунувшись из черного "БМВ". Боже, она все еще тут? Я подхожу к ней, а девушка окидывает меня восторженным взглядом, улыбаясь во все отбеленные тридцать два.

— Твой муж еще тут? — спрашиваю я. Она разводит руками.

— Все еще! Если вы будете быстрее шевелить булками, он быстрее уйдет, и я быстрее уеду. Потому что свои булки я уже отсидела! Ты откуда такая красивая?

— Из дома.

— Из чьего? — склонив голову набок, ухмыляется Амина, а я заминаюсь, — Насть, я хорошо знаю, сколько стоят эти шмотки. Мы такую зарплату не получаем.

— Просто подарок… — пожимаю я как можно более небрежно плечами, решив особо не болтать. Амина не поймет, как можно было за несколько дней дня сблизиться с мужчиной настолько, что он будет делать тебе такие подарки, пускай это и твой друг детства, — пойду я, Амин, твои булки спасать. Не скучай.

— Возвращайся, — весело кричит она мне вслед, — расскажешь про твоего щедрого дарителя, а то я тут скоро от скуки сдохну.

Бедная девушка. Я бы рехнулась с самого утра торчать в машине.

В кабинет Регины я захожу, робко постучавшись. Открываю дверь, и мне хочется тут же сбежать от греха подальше: в небольшой комнатке сидят четверо здоровых мужчин, черноволосых, черноглазых и с бородой. Мощные фигуры обтягивают черные рубашки. Начальница, почему-то растрепанная и в помятой блузке, как заложница, сидит за столом. Ее поза выдает напряжение.