Ненавижу тебя - Анна Шварц

Пальцы отбивают по столу какой-то ритм, пока я гоняю в голове невеселые мысли. Эрик с аппетитом жрет шашлык, мыча от удовольствия, пока Андрей, вжав голову в плечи, понуро смотрит вниз. Он старается избегать наши взгляды, несмотря на то, что мы сейчас сидим именно у него на даче.

— Элиас, ну блин, — бормочет он виноватым тоном, — ну дурак я. Ну перебрал тогда, что теперь, меня вешать за это? Эту дуру я даже не трогал, хотя она пыталась тогда уже на меня залезть, уж извиняй…

— Да мне уже пофиг, Андрей.

— Ну не гони ты… она мне правда говорила, что ты ее уже тогда сливал. Так бы даже болтать не стал и всем бы дело закончилось. А тут разболтался, а когда я пьяный, сам знаешь, у меня язык без костей…еще и эта стерва подливала.

Да уж, мне казалось, что я давно перестал ошибаться в людях, но тут ошибся. Даша не просто тупица, а хитрая и поганая тупица. Но хвататься за голову поздно — что вышло, то вышло.

— Закрыли тему, — произношу я, глядя на шашлык. Есть не хочется абсолютно. В желудке селится мерзкое чувство с привкусом “ты идиот, Элиас”. Такое ощущение, будто бы я где-то расслабился, а все неожиданно вышло из-под контроля. Впрочем, все так и было. С Дарьей нужно было рвать отношения раньше, Андрея надо было тащить кодироваться к чертям, а мне — думать головой.

— Может, по пиву?

— Андрей, — я пораженно смотрю на него, — ты, часом, не охренел?

— Дак пиво же…

— Чтоб до следующего понедельника закодировался. Твои приколы с алкоголем уже переходят все границы.

— Издеваешься, Элиас? — жалобно бормочет Андрюха, — как я вообще без пива-то буду? А на праздниках? Даже по пятьдесят не пропустить…

— У тебя неплохой шашлык, — подает голос Эрик, — ешь его.

— А пить-то что?!

— Ну сок.

— Издеваешься…

— Ты правда задрал, Андрюх.

Тот замолкает, как и Эрик. Мы какое-то время сидим молча — эти двое едят, а я просто пялюсь в телевизор на веранде большого коттеджа. Телефон на столе вибрирует, я бросаю взгляд на экран. Настя. Вау.

Кажется, что-то огромное в лесу сдохло. Потом мелькает мысль — “у нее что-то могло случиться” и я без промедления беру телефон.

— Да, Насть?

— Привет, Элиас, — раздается насмешливый, грубый мужской голос, который я сразу же узнаю. Я сжимаю телефон в руках, что он едва не трещит.

— Какого черта ее телефон делает у тебя, Ярышев?

— Одолжил, — усмехается этот говнюк, а Эрик поднимает на меня задумчивый взгляд, — заедешь, заберешь? А то чего я девчонку держу… у нее дела, наверное.

— Заберу, Ярышев, — рычу я, — можешь прямо сейчас ее отпускать, мы с тобой серьезно поговорим.

— Полегче, Элиас, — смеется он, — я не собираюсь с тобой устраивать перестрелки. Девку я не отпущу, чтобы ты был сговорчивее и не таким борзым. Давай, жду.

Он сбрасывает трубку а я со всей силы опускаю смартфон на стол, прибивая ладонью.

— Тварь!

— Эээ, потише, Эли, — тянет Эрик, глядя, как по экрану расходятся трещины, — еще одна тебя сдала, что ли?

—Я тебе сейчас голову откручу, — я убираю руку с телефона и, выругавшись, пихаю его в карман, поднимаясь. Эрик встает следом за мной.

— Понял, не рычи. Украли твою бабу, едем за ней. Поднимайся, Андрей.

— А? А я нужен? — растерянно произносит Андрюха, отчего Эрик за шкирку вытаскивает его из-за стола.

— Твою мать, нужен! Отсидеться думал? Двигай своими батонами, алкаш.

Настя, черт побери. Я тебя же предупреждал. Я вылетаю с веранды, пикая брелком сигнализации, и иду к машине, припаркованной во дворе.

Если Ярышев что-нибудь сделал Никольской — я просто его убью.

* * *

Когда мы подъезжаем к офису “Ясной поляны”, то я сначала думаю, что рядом внезапно возникла пробка или авария — слишком уж много машин там стоит. Потом взгляд выхватывает какую-то толпу ребят кавказской национальности и я напрягаюсь. Дьявол, что тут происходит? Машина скорой помощи, две полицейские…

Я резко торможу, сворачивая к обочине, потом глушу машину и рывком открываю дверь. Мне кажется, что полицейские уводят девушку, уж больно похожую на Дарью, а еще в толпе мелькает бледное лицо Ярышева.

Эрик впихивает машину чуть дальше, приткнувшись между черными БМВ, и тоже выходит вместе с Андреем.

— Это что за кипиш? — интересуется задумчиво он, сложив руки на груди. Я игнорирую его вопрос и направляюсь к толпе. В душе скребет неприятное предчувствие. Я был бы рад, если бы сейчас узнал, что эту жирную скотину разбил инфаркт, поэтому тут столько народу и скорая. Но вряд ли. Такие живучие твари не дохнут.

Я распихиваю зевак, направляясь туда, где в последний раз видел лысеющую бошку Олега. Неожиданно на плечо ложится рука, останавливая.

— Здорово, Элиас, — раздается грубый, низкий голос и я оборачиваюсь. На меня смотрит Амир, — какими судьбами?

С ним мы пересекались буквально несколько раз — и познакомились на почве обоюдной неприязни к тому же Ярышеву. Если даже Амир тут, то явно что-то творится странное. Он давно копает под Олега, мечтая хорошенько его нагнуть.

— Долго рассказывать, — решаю я не вдаваться в подробности, — что происходит-то?

— А деваха из окна выпала. Прямо из кабинета этого придурка, — хмыкает Амир, — знакомая моей жены. Этот червяк хотел свалить, только мы немного раньше подъехали и немножко задержали его. Попал он, — мужчина ухмыляется, — девчонку только жалко.