Зеленая тетрадь - Олег Юрьевич Рой

Аринке в тот момент я наверняка показалась всей такой уверенной в себе и в том, что я говорю. Но на самом деле, увы, всё было совсем иначе…

Собраться полным составом мы решили только через пару месяцев после российского этапа HHI. Никиту я пока ни разу не видела, Леша был в процессе усовершенствования нашей программы. Как я и предсказывала, Дима и Никита должны были принять активное участие в разработке постановки, но пока ни тот ни другой на тренях не появлялись. Так что два с половиной месяца я провела в относительном душевном спокойствии. Леша решил не злоупотреблять ночными тренировками, но без них точно будет не обойтись в последний месяц подготовки. Слава богу, с визами никаких проблем не возникло, и соответствующие вклейки появились в загранпаспортах всех членов нашей команды. В общем, я уже почти успокоилась, и тут…

Я стояла на своем любимом месте справа от тренера и ожидала начала тренировки. Пока мы занимались растяжкой. Я присела в полушпагате, и как раз в этот момент дверь распахнулась, и в зал зашел Никита. Мое сердце предательски пропустило удар. Он выглядел еще лучше, чем я его помнила! Черт возьми, и как в такой обстановке тренироваться?

– Всем привет! – улыбнулся Никита и помахал ребятам, задержав взгляд на мне.

Его ямочки тоже были на месте. И чего я западаю на красавчиков, спрашивается? Хотя нет, Стас был обычной внешности. Может быть, поэтому я не пошла за него замуж? Ладно, не будем о бывших. Я вдохнула и выдохнула, делая вид, что это мне нужно исключительно из-за того, что я тут в растяжке сижу, а не потому, что Никита на меня смотрит. Лера, говорила я себе, ты же решила быть профессионалом и не скатываться в личное. Где твое самообладание?

Я взяла себя в руки и улыбнулась.

– Лера, привет, ты совсем не изменилась, – услышала я голос Никиты почти рядом со своим ухом.

Тебе обязательно было вставать позади меня? Зал большой, другого места не осталось?

– Правда? Спасибо! – неловко ответила я. Наши глаза встретились в зеркале.

Так, главное, не краснеть. Лера, ты взрослая девочка, ты сможешь вести себя как настоящий профессионал.

Меня спасли Дима с Лешей, которые зашли в зал одновременно. Треня наконец началась.

Мы разобрали часть Диминой связки – в постановку добавились элементы вакинга, в целом картинка вырисовывалась интересная. Не знаю, что внесет в программу Никита, но пока мне все нравилось.

Испытание меня ждало на этапе прощания. Танцоры – народ простой, мы любим обнимашки при встрече и расставании, так что объятий с Никитой было не избежать. Когда я только пришла в хип-хоп, он держал дистанцию с учениками, но тут мы ведь одна команда, правда? Так что обнимашки! И плевать, что Лера, то бишь я, чуть не схлопотала при этом инфаркт. Что ж, придется и к этому привыкать. Было бы странно, если бы я избегала Никиту как чумного, поэтому каждую тренировку я включала актрису и относилась к нему с доброжелательным равнодушием. Да я достойна «Оскара», не правда ли? А, черт, опять он поймал мой взгляд в зеркале! Таки актриса из меня никудышная…

Так и прошел месяц дневных трень, которые часто переносились из-за постоянной занятости участников. Никита внес в программу ряд интересных элементов, которые лично мне очень нравились. Все-таки я фанат Никиты Полякова и его стиля, никуда от этой правды не деться.

В десятых числах июля начался неизбежный ад с ночными репетициями. Нам необходимо было почистить программу и довести синхрон до совершенства, так что присутствие всей команды было обязательным. В итоге по ночам мы репетировали, затем я спала по полдня, соскребала себя с кровати, ехала давать вечерние занятия по стретчингу, а потом снова на всю ночь на трени. И так по кругу.

– Лер, ты чего сегодня без разминки? – спросил меня как-то Никита, видя, что я не разогреваюсь со всеми.

Было бы просто великолепно, если бы он не обращал на меня внимания, но такого подарка от небес я так и не дождалась.

– Да я после своего занятия, разогрелась уже.

– Ты преподаешь? – удивился он.

– Уже года три, с последнего курса универа, – ответила я.

– Так странно, мы в одной тусовке, а я за эти годы ничего о тебе не слышал.

– Я о тебе, кстати, тоже, – мне удалось выдавить из себя улыбку.

– Да у меня все по-прежнему, – отмахнулся он.

По-прежнему. Эти слова эхом отдались у меня в ушах. Значит, он по-прежнему с этой своей Ритой. Чего и следовало ожидать. Впрочем, какое мне дело до его жизни! Я бы вполне могла убедить себя в своем полном равнодушии к нему и его личной жизни, если бы мое сердце не делало кульбит каждый раз, когда он мне улыбался. «Синдром первой любви» – так охарактеризовала мое состояние Аринка после моего очередного нытья по этому поводу. Не лучшие обстоятельства для творчества и тем более для работы.

Тем не менее проблем с программой у меня не возникало – годы тренировок говорили за себя.

– Ты очень выросла с тех пор, как впервые пришла на мой класс, – заметил Никита после одной из трень.

Ну ещё бы! Пять лет прошло, знаете ли.

– Я старалась, – скромно произнесла я вслух.

– Это видно. – Он снова мне улыбался! Чертовы ямочки на щеках!..

Не то чтобы я была против того, что первый тренер по хип-хопу меня нахваливал, но, во‑первых, я и сама догадывалась, что неплохо денсю, а во‑вторых, он же был и тем, кого мне необходимо избегать в ближайшие месяцы, так что сразу после этого комплимента я совершила тактическое отступление. Попросту говоря, сбежала. И далее старалась общаться с Никитой в чисто профессиональной плоскости, не позволяя переходить на личное.

Давалось мне это нелегко, так что ночные тренировки выматывали как никогда. До отъезда оставалось две недели. Программа была практически готова. Не готовы были только мы, точнее я. Морально. Мандраж приходил в моменты, когда я этого совсем не ждала, и, кажется, такие эмоции я испытывала впервые. С бальными танцами всё было проще. У меня был партнер, он вел. К тому же в детстве ты всегда бесстрашен. А вот после совершеннолетия мысль «а что, если я не справлюсь?» начинает преследовать тебя с завидной периодичностью, и эпик фейл представляется во всех подробностях и красках.

Я старалась избавиться от ненужных переживаний, заставляющих дергаться без повода.