Цена согласия - Слава Доронина

— Ты бы видела сейчас свое лицо, — улыбается Гончаров.

Но мне, в отличие от него, не до веселья. Сама не понимаю, почему начала так переживать за свое будущее. Подобные мысли меня раньше не посещали. Во всяком случае, не в таком количестве. Если бы Костя хоть чем-то делился со мной, то, возможно, сейчас я бы реагировала значительно спокойнее.

— Если судить со стороны, то я поступлю с тобой в разы хуже. Зоя была просто содержанкой, которая не устроила какого-то мажора своим болезненным видом и отсутствием близости, а ты моя жена. Зою выставили за дверь и на ее место взяли другое тело для секса, я же планирую развестись с тобой, после того как ты потеряешь ребенка. Я уже всё придумал.

Меня передергивает от его слов, а гнев обжигает с такой силой, что становится нечем дышать.

— Ты, наверное, пошутил про количество выкидышей у своей первой жены? — игнорируя нарастающий ком в горле, спрашиваю я.

— Почему ты так думаешь?

— Разве после стольких потерь об этом говорят с таким цинизмом?

— Отболело. — Костя равнодушно пожимает плечом.

Не хочу себе в этом признаваться, но после его недавней командировки что-то изменилось. В худшую сторону. Он как будто мертвым вернулся. Я стучусь и стучусь в дверь, но она закрыта наглухо.

— Мы не домой едем? — интересуюсь, заметив, что Костя поворачивает в противоположную сторону.

— Нет, — спокойно отвечает он и через десять минут останавливает машину у какого-то ресторана. — Сейчас перекусим, и потом домой. Завтра утром отправимся в село. Проведаешь могилу своей бабули, и обратно.

Эти резкие переходы в нашем общении начинают выматывать. Я больше так не могу.

— Чем больше узнаю тебя, тем сильнее хочу убить.

Костя долго смотрит на меня с невозмутимым выражением лица, а потом улыбается, но глаза его при этом грустные и уставшие.

— Не у тебя одной возникает подобное желание. Придется занять очередь. Но у тебя самое выигрышное положение: кроме тебя, еще никто ко мне так близко не подбирался за последние несколько лет. Дерзай.

— Мы оба знаем, что я даже мухи обидеть не смогу, не говоря о том, чтобы кого-то убить.

Костя молча берет меня за руку и ведет к ресторану.

— Мы там будем одни? — киваю я на яркую вывеску.

— Не совсем.

Если бы знала, что закончу вечер с Костей в таком шикарном месте, то и оделась бы подобающе. Мужчине в деловом костюме можно не беспокоиться за свой внешний облик, он всегда выглядит презентабельно, а я в своих джинсах и джемпере крупной вязки — нет.

Мы проходим в зал и занимаем места за столиком. Из окна открывается вид на парк. На улице сегодня тепло и почти нет ветра, я бы с радостью прогулялась, о чем тут же сообщаю Гончарову.

— Может быть. — Он устремляет взгляд в окно.

Сначала я не придаю значения тому, что мы приехали именно в это место, и не задаюсь вопросом, кто эта девушка и ребенок в парке, с которых Костя не сводит глаз, а потом до меня доходит, что мы здесь ради них.

— Это твоя любовница и ее ребенок? — в лоб спрашиваю я и впервые вижу на лице Кости такую улыбку.

Была бы включенная камера под рукой, обязательно сделала бы снимок на память.

— Неужели ты такая ревнивая?

— Очень, — киваю я.

— Нет, это не моя любовница. Вера — подруга сына. С моим внуком. Хотя точно я не уверен в этом.

— Сын Кирилла? — удивляюсь я, трогая кольцо на безымянном пальце.

— Мне бы хотелось так думать, — вздыхает Костя. — После смерти Кирилла Вера уехала с родителями за границу. Вернулась с мужем и ребенком. Мальчик по сроку может быть и его сыном. Я недавно их в городе встретил, и теперь все мысли об этом.