Босс с причудами - Варвара Корсарова

Ну наконец-то! Весь вечер к этому шло.

И тут звонит мой телефон.

Родион чертыхается и отпускает мою руку.

— Да! — рявкаю в трубку досадливо, даже не посмотрев, кто звонит.

— Танечка! Я приехал! — радостно сообщает Эдик, да так громко, что его голос отлично слышен на весь салон.

Родион сразу скучнеет.

— Эдик… я так рада! — говорю слабым, виноватым голосом.

За весь вечер я ни разу не вспомнила о женихе. О том, что он должен прилететь из командировки… часа четыре назад?!

— Прости, что не позвонил сразу. Хотел из аэропорта к тебе заехать, но пришлось сначала к маме заскочить, подарки отдать, а у нее стол накрыт, блины… — Эдик вздыхает. — Ну я и закрутился. Как от мамы вырвешься?! Ты же знаешь мою маму, — он хмыкает. — Я тебе сообщение кинул, как приземлился, ты не ответила. Я подумал, ты тоже занята чем-то, — в его голосе звучит мягкий упрек.

Да, маму Эдика я знаю. Она идеальная. Мягкая, добрая, очень любит сына. И к его невесте — то есть, ко мне, — хорошо относится.

— Да, конечно. Прости… Ты… сейчас ко мне заехать хочешь? — облизываю пересохшие губы. В груди не радость — острое чувство вины и, внезапно, досада.

— Да нет, уже поздно! Давай завтра, после работы, ладно? — воркует Эдик. — ты себе не представляешь, как я соскучился! Люблю тебя!

— Да… я тебя тоже люблю.

Нажимаю отбой и беспомощно смотрю на шефа Эдика. У Родиона непроницаемое лицо.

Щелкает замок, Родион идет проводить меня.

Мы молчим. Это напряженное молчание, полное невысказанных мыслей.

У двери Родион вручает мне горшок с неведомым растением. В голове у меня сумбур, в сердце раздрай. Мне очень хочется пригласить Родиона на чашку чая… но я не должна этого делать.

— Таня, спасибо за помощь и за прекрасный вечер, — говорит он ненатурально официальным тоном.

— Тебе спасибо. Прогулка в саду была волшебной. Визит в больницу… тоже был незабываемым, — я нервно хихикаю. — У тебя интересная мама. С характером. Я рада, что с ней все хорошо. Передавай ей привет.

Обмен любезностями закончен. Родион бросает на меня странный взгляд, порывается что-то сказать, но крепко сжимает губы, кивает и уходит.

Медленно захожу в квартиру. Брякает телефон — сообщение от Эдика.

Не хочу его открывать.

И тут я признаю очевидную мысль, которая невысказанно крутится у меня в голове уже некоторое время.

Я не хочу замуж за Эдика. Хватит себя обманывать. Он — не мой мужчина.

* * *

Осознание не приносит облегчения.

Мечусь по квартире, как ошпаренная: скидываю босоножки, хватаю с полки хомячий корм, зачем-то несусь на кухню и вываливаю его в сахарницу. Чертыхаюсь, несусь обратно в комнату, высыпаю корм Афоне — тот обескураженно пучит глазенки. «Совсем сбрендила, хозяйка?» — говорит его взгляд. Ну вот, дожила — уже собственный хомяк меня осуждает.

Выдыхаю, медленно возвращаюсь на кухню, ставлю чай. Сажусь за стол и думаю.

Погоди, Таня. Тихо-тихо. Что значит — не твой мужчина? Ни один человек не может быть стопроцентно «чьим-то». Всегда будут какие-то несостыковки, точки непонимания. Над этим можно и нужно работать.

И мы с Эдиком работаем. Мы легко находим компромисс. Он не пытается разрушить мою зону комфорта, а вносит в нее приятные дополнения.

Только махровые идеалистки всю жизнь ищут «своего». И в результате коротают старость в компании сорока хомяков.

Влюбленность — чудо, каприз. Любовь — выбор и каждодневный труд.

Я ведь любила Эдика. Правда, любила! И думала, что он — тот самый. Ну, почти. Но это «почти» не считается.

Свадьба — серьезный шаг. Мне нравится, когда жизнь катится вперед сама по себе, без цели. Но совсем бросать вожжи своей судьбы я не собираюсь — так и на обочину загреметь недолго.

Пусть меня называют инфантильной, к вопросу выбора спутника жизни я подхожу по-взрослому, разумно. Ну, не так расчетливо, как Валерия с Родионом. Их подход вообще за гранью, и посмотрите, к чему он привел.

Но неужели моя любовь к Эдику прошла? Неужели я поддамся капризу? Неужели я считаю, что Родион — «мой мужчина»?

Сегодня Родион был просто идеальным. Романтичным, внимательным, чутким. Он старался ради меня.

А какой он остальные триста шестьдесят четыре дня в году? Капризный, властный эгоист с причудами. Как с таким прожить жизнь? Да и не предлагал он мне ничего подобного…

Но когда я рядом с ним, все горит, искрит, пылает! Его недостатки каким-то волшебным образом превращаются в достоинства. Все то, что бесит меня в других мужчинах, в нем меня восхищает.

Когда я с ним, я живу полной жизнью. Ведь до него моя жизнь состояла лишь из безумных планов.

Мой настоящий мир узок — квартира, компьютер, онлайн-общение с клиентами, которых я в глаза не видела. Редкие вылазки в люди, занятия в фитнес-зале.

Я выбрала вольную жизнь, вне офисной клетки, но загнала себя в другую клетку. Пусть обустроенную по моему вкусу, но все же клетку…

Трясу головой. Отхлебываю чай и обжигаюсь. Больно.

Сдается, если я свяжусь с Ремезовым, обожгусь куда сильнее. И боль будет несопоставимой.

На меня снисходит гениальное решение.

Не надо драмы. Не надо вот этих вот скоропалительных разрывов.

Надо поговорить с Эдиком. Объяснить, что я пока не готова к свадьбе. Что сомневаюсь. Можно предложить взять паузу в отношениях. Хорошенько подумать, лучше понять себя.

Может, Ремезов и не мой мужчина, может, он лишь эпизод. Но жизнь дает много возможностей.

Приняв решение, чувствую себя взрослой и мудрой. Ай да я! Все правильно делаю.

Беру телефон и читаю сообщение от Эдика.

«Танечка, так во сколько завтра встретимся?»

Набираю ответ:

«В шесть сможешь? Эдик, мне нужно с тобой серьезно поговорить. Насчет нашего будущего».

Палец все-таки дрожит. Но отправляю сообщение без колебаний.

Приходит ответ:

«Что случилось? Не пугай меня». И встревоженный смайлик рядом.

Мне стыдно. Ну вот, расстроила Эдика. Он ведь чувствительный. Когда он переживает, я тоже переживаю.

Опять колеблюсь. Хочется написать:

«Да ерунда, забей».

Но пишу:

«Завтра поговорим. Все в порядке! Спокойной ночи».

«Спокойной ночи, любимая!»

Любимая! Меня корчит от стыда.

Хорошо. Утро вечера мудреней. Быть может, завтра я посмотрю на все иначе и приму новое решение. А теперь спать!

Все-таки прогулка по ночному саду так накачала меня свежим воздухом, что даже любовные терзания не помешали уснуть, как убитой.

Утром поднимаюсь в решительном настроении. За домашними хлопотами сочиняю речь, к которой обращусь к Эдику.

«Эдик, ты хороший парень, и я тебя очень люблю, но давай возьмем