Беспощадные святые - Мишель Хёрд

— Я говорю это не для того, чтобы заставить тебя чувствовать себя плохо. Мне просто нужно поговорить с тобой об этом.

— Если бы я мог, я бы поменялся с тобой местами в мгновение ока, – бормочет он, и сожаление на его лице становится все глубже.

Я бросаю на него умоляющий взгляд.

— Если мы снова будем вместе, ты не позволишь этому случиться со мной снова?

Он поднимает руку и кладет ладонь мне на шею сбоку. Его большой палец касается моей челюсти.

— Я обещаю, что этого не произойдет. Я буду защищать тебя до последнего вздоха.

______________________________________

КАРСОН

Взгляд Хейли скользит по моему лицу, и на ее губах появляется улыбка.

— Это твой натуральный цвет волос?

— Да. Так было легче наблюдать за тобой.

— Я чувствовала тебя, – признается она. – За исключением последней недели.

— Прости, – приношу я извинения. – Я не мог остаться в стороне.

— Ты делаешь невозможным для девушки, чтобы забыть тебя, – говорит она дразнящим тоном.

Я продолжаю смотреть на нее, боясь, что это всего лишь сон.

— Ты простишь меня? – Я спрашиваю.

Когда Хейли кивает, солнце начинает пробиваться сквозь темноту.

— Ты моя? – Я спрашиваю.

Улыбка, которую я раньше не видел на ее лице, застенчиво растягивает ее губы, когда она кивает.

— Ты все еще боишься меня?

Она морщит нос.

— Немного.

Наклонив голову, я говорю:

— Я никогда не причиню тебе боль.

— Я знаю. – Она втягивает воздух и указывает на меня. – Мне нужно получше узнать эту твою версию. Ты был таким напряженным, когда я думала, что ты просто отшельник, но зная, что ты способен сделать голыми руками... и со всем оружием... – Ее руки нервно трепещут. – Вся эта ситуация… это очень пугающе.

— Мы не будем торопиться, – заверяю я ее. – Узнай меня снова.

— Я бы с удовольствием. – Она встает, затем говорит. – Я собираюсь сварить кофе. Хочешь немного?

— Конечно.

Я наблюдаю, как она готовит две чашки, и тут до меня доходит – Хейли дает нам еще один шанс, и на этот раз никакой лжи, которая все испортит.

— Просто чтобы ты знала, я никогда тебя не отпущу, – говорю я.

Она смотрит на меня с дразнящей улыбкой.

— Ты совершенно ясно дал это понять.

Принося кофе, она протягивает мне чашку. Она садится, прислоняясь плечом к подушке.

— Могу я действительно кое-что спрашивать у тебя о контрактах? – спрашивает она.

Я ненавижу говорить о своей работе, но, зная, что должен быть откровенен с Хейли, чтобы удержать ее, я спрашиваю:

— Что ты хочешь знать?

Она опускает чашку и ставит ее на колено.

— Как это работает?

— Они отправляют запрос, и после того, как я проверяю его, я отвечаю, принимаю я его или отклоняю. После того, как это будет сделано, контракт будет закрыт, и оплата будет произведена на мой счет.

Она вопросительно смотрит на меня.

— Сколько ты получаешь за контракт? – Протягивая руку, она касается моего предплечья. – Если ты не против того, что я спрашиваю. – Отстранившись, она делает глоток кофе.

— Это зависит от обстоятельств. – Я пожимаю плечами и ставлю чашку на пол рядом с диваном. – Временные рамки, которые мне дают, и тот, на кого выдается контракт, влияют на то, какую цену я запрашиваю, но обычно это от пяти до десяти миллионов.

Хейли плюет в свою чашку и пару раз кашляет, а потом бросает на меня вопросительный взгляд.

— Ты шутишь… верно? – Ее глаза расширяются. – О Боже мой, Карсон. Что ты делаешь со всеми этими деньгами? – Качая головой, она бормочет. – Я даже не могу этого понять.

— Я использую кое-что из этого, чтобы облегчить работу. Оплачиваю контакты и тому подобное. – Димпо мелькает в моих мыслях. – Кое-что из этого я использую, чтобы помогать людям.

Эмоции отражаются на лице Хейли.

— Невинным людям?

Я киваю.

— Иногда обстоятельства подвергают их риску, и я просто облегчаю им задачу, чтобы они снова не вляпались в то же дерьмо.

Хейли ставит свою пустую чашку на маленький кофейный столик, затем наклоняет голову в мою сторону, глядя на меня с изумлением.

— Ты хоть понимаешь, какое значение ты вносишь в мир?

Я качаю головой и, испугавшись, что она не видит меня настоящего и что это ударит по ней позже, говорю:

— Не делай из меня того, кем я не являюсь, Хейли. Когда все сказано и сделано, я все еще ассасин и не собираюсь останавливаться.

Разбитое сердце отражается на ее прекрасном лице. Она придвигается ближе ко мне и, подняв руки, находит ладонями мой подбородок. Она пристально смотрит мне в глаза.

— Карсон, как ты можешь этого не видеть? Ты ведешь счет плохим поступкам, но не хорошим. Как будто ты отказываешься даже думать о том, что в тебе может быть что-то хорошее. Почему?

Мой взгляд скользит по ней, желая увидеть себя ее глазами.

— Как я уже сказал, информация может быть опасной. Я веду счет убитых мною, чтобы мои враги не забыли. Но хорошее... – Я качаю головой, и руки Хейли опускаются на колени. – Я забываю о них, так что никто не сможет отследить их через меня.

Они разбросаны по всему земному шару, как маленькие огоньки.

Мне становится жарко, я снимаю куртку и вешаю ее на подлокотник дивана.

— Слезы на твоей левой руке. Они за каждое убийство, – говорит Хейли, не сводя глаз с татуировок. – Тебе следовало бы набить звездочки на правую руку за всех, кому ты помог.

У меня вырвался пустой взрыв смеха.

— Я так не думаю.

Хейли снова откидывается на подушку, ее глаза мягко смотрят на меня.

— Что означают другие татуировки?

— Восьмиконечные звезды на моих ключицах означают, что я ассасин высокого уровня, а двуглавый орел символизирует власть и справедливость.

— Наказывать плохих за их преступления и давать надежду тем, кто не может помочь себе сам, – бормочет она. Ее глаза поднимаются на мои. – Вот каким я вижу двуглавого орла… и тебя.

Я действительно не хочу все испортить, но я должен сказать:

— Пока ты понимаешь, я не собираюсь останавливаться. Всякий раз, когда я выхожу за