Я присмотрю за тобой - Галина Геннадьевна Черкасова

— Такой красивый. Только цепочка толстовата.

— В самый раз, принцесса.

От этой цепочки на её шее останется сизый след.

Ира резко села в кровати и, задыхаясь, схватилась за горло. С трудом, через кашель вздохнула. Спавший у её ног Смурф сиганул на пол и исчез в темноте. На крохотное мгновение Ире показалось, что она очнулась там, в доме Андрея, на той кровати с замызганными простынями.

— Ира? Что случилось?

В коридоре зажегся свет. Ира, морщась, сглотнула и обернулась. В дверях спальни стоял взъерошенный Сергей в шортах и футболке.

— Ты кричала… Опять дурной сон?

— Да… Нет… Я не помню. Все хорошо

— Мне побыть с тобой?

— Нет. Не надо.

Откинув одеяло, Ира спустила ноги на пол.

"Нет! Не надо!"

"Громче, детка, громче!"

— Может, воды принести?

— Нет, постой… — от мысли, что он сейчас уйдет, и ей снова придется остаться тут одной, наедине со своим сном и прошлым, Иру бросило в жар. — Сережа.

— Что?

— Спой мне.

— Погоди минуту.

Он скрылся в коридоре. Ира обхватила плечи руками и вся сжалась. Ей казалось, будто его нет целую вечность. Сердце стучало так, что было тяжело дышать. За спиной раздались шаги.

— Это я.

Ира облегченно вздохнула, но не обернулась. Позади скрипнула кровать. На мгновение наступила тишина, а потом звякнули струны.

— Сейчас настрою… — дребезжание сменилось приятным переливом.

Сергей, перебирая лады, снова кашлянул и, наконец, запел. Сначала тихо, потом все громче, чуть хрипловатым со сна голосом. Гитара пела вместе с ним. Ира, зажмурившись, заплакала. В ночной, сонной полудреме песня звучала как откровение, как клятва, как обещание.

— Очарована, околдована… С ветром в поле когда-то повенчана. Вся ты словно в оковы закована, драгоценная ты моя женщина…*

Ира переползла через кровать и, обняв Сергея за плечи, прижалась к нему всем телом.

*Песня Александра Лобановского на стихи Николая Заболоцкого.

Исполнение под гитару можно послушать тут https://www.youtube.com/watch?v=GaVPwaF6Qr8

Глава 15

Ира проснулась от того, что Мэв влажным носом тыкался ей в ладонь. Рука свисала с кровати и затекла. Ира пошевелила пальцами и шепотом спросила пса:

— Гулять хочешь?

Дог сделал брови домиком и умоляюще посмотрел на неё.

— Сейчас пойдём.

Ира перевернулась на спину. Серое, осеннее утро заглядывало в окно. Хотелось кофе и под одеяло. Сергей спал рядом, на животе, лицом в подушку. Ира вздохнула и поднялась. Между ними ничего не было. Просто сегодня он остался с ней. После тяжёлой ночи Ира слабо представляла, когда сможет сделать решающий шаг к их окончательной близости. Одна мысль об этом сводила с ума.

Она быстро оделась и вместе с Рыжим и Мэвом вышла на улицу. Дог сразу повёл спутников к калитке за домом. Дамир, как и обещал, запер её на щеколду. Ира приоткрыла калитку, и Мэв пулей вылетел на узкую, заросшую пожухлой травой тропинку. Рыжий шел рядом. Луг тянулся во все стороны — жёлтый простор под хмурым небом. Впереди клубилась над ним сизая дымка, оставляя на высоких травах тяжелые капли, скрывая от глаз лес и соседнее селение. Справа ширь луга кромсали ограды коттеджей, а слева, через пустырь, поднимался из тумана недостроенный дом.

Ира подозвала Мэва, но пес не желал идти по тропе. Он прыгал в высокую траву, поднимая тучи мелких брызг, возвращался на тропинку, крутился у ног, пытался поймать спутницу за рукав куртки. И Ира сдалась — позволила затащить себя в противно мокрую траву, где Мэв принялся скакать, то припадая на передние лапы и виляя задом, то подпрыгивая, как перепуганная кошка, вверх. Ира бежала за ним, смеясь, пыталась поймать его за ошейник и каждый раз промахивалась, едва удерживая равновесие. Рыжий сначала играл вместе с ними, а потом вдруг нырнул в траву и исчез. Ира опомнилась не сразу.

— Рыжий! Рыжик! — из тумана в ответ на её крик выпорхнула стая маленьких, чёрных птиц, описала полукруг и исчезла за крышами домов. Ира, скрестив руки на груди, зябко поеживаясь, вышла на пустырь.

— Рыжий! Рыжий, ко… А вот ты где…

Подойдя к застывшему псу, она вскинула голову. Заигравшись, они оказались близ недостроенного дома. Рыжий вел себя странно — смотрел на единственно застекленное окно первого этажа и, скалясь, ворчал. Ира глянула на дом, и на мгновение ей показалось, что за пыльным стеклом шевельнулась тень. Стало как-то неспокойно — словно кто-то неведомый следил за ними, а они и не догадывались, а, догадавшись, даже не могли его увидеть.

Ира, схватив Рыжего за ошейник, быстро отвернулась.

— Идем домой. Мэв, ко мне! — но дог, словно проникшись её страхом, уже семенил рядом.

Когда они вернулись, Сергей на кухне пил кофе вместе с Раей.

— Что? Опять его мыть?! — возмутилась домработница, как будто это она вчера дралась с догом в ванной.

— Нет, я его обтерла на крыльце.

— Как погуляли? — Сергей кивнул на кофемашину. — Будешь?

— Мне бы чая. С имбирем, — Ира, подышав на заледеневшие руки, обернулась. — Что-то Дамира сегодня не видно.

— Так он местный, с села, — пояснил Сергей. — Он дома и ночует.

— С того села, где пропала девушка?

Рая искоса глянула на неё. Сергей, опустив глаза, покрутил в руках свою чашку с кофе и глухо ответил:

— Да.

— А в том доме, который строят на повороте, уже кто-то живёт? Рыжий сейчас выбежал туда и очень агрессивно себя вел. Рычал на окна.

— Может, строители работают, — Рая, наливая чай, пожала плечами. — Хотя я вчера вечером шла — никого там не было, но ворота и калитку со стороны улицы уже поставили.

— Так, ладно, — Сергей хлопнул себя ладонями по коленям и поднялся. — Пойду, нанесу визит вежливости новоиспеченным соседям.

— Может, мне пойти с тобой? — Ира, обжигая язык, глотнула чай. — Спасибо.

— Сходи лучше с Раей. Она в село идет, за молоком и маслом.

Ира вопросительно посмотрела на домработницу. Та отвела взгляд и кивнула окну.

— Пара рук лишней не будет. Может, яблок ещё возьмём или ягод на пирог.

Сергей ушел первым, а они не стали его дожидаться. Солнце разгоняло туман, но из-за влажности было прохладно. Стоило им выйти за околицу, как Рая тут же спросила.

— Он, что, пел тебе ночью?

— Да, — Ира сорвала травинку и принялась ломать её стебель в руках. — Я попросила.

— С ума сойти. Я, как услышала, сначала испугалась, — женщина вздохнула. — А потом, не поверишь, плакала до утра.

— Почему?

— Не знаю, — Рая передернула плечами и отвернулась. — Одиноко мне как-то стало. Просто никогда он так не