Крик тишины - Дакота Уиллинк

и поглощаю ее. Наши тела словно воспламенились, искушая шансы чиркнуть спичкой над древесиной, пропитанной бензином. Она стонет, и я чувствую вибрацию от ее губ, прокладывающую путь прямиком к моему паху. Спускаюсь к ее шее, смакую биение пульса под кожей и вдыхаю ее запах. Она пахнет клубникой и солнечным светом.

— Ты должна вести, — шепчу ей на ухо. Она откидывает голову, открывая шею. Я крепче прижимаю ее к себе, и она тихо вздыхает. — Не хочу зайти слишком далеко, слишком быстро. Скажи, когда нужно остановиться.

Провожу ладонями по ее спине сквозь облегающую черную футболку, позволяя пальцам спуститься к изгибу бедер. Притягиваю ее ближе, захватываю пухлую нижнюю губу зубами — и стону.

Боже, она невероятна на вкус.

Мои ладони опускаются ниже, обхватываю ее ягодицы и слегка приподнимаю, пока она не встает на цыпочки. Ее пальцы вцепляются в мои волосы, требуя большего. Никогда раньше я не был так отчаянно переполнен желанием. Перемещаю рот к ее шее, целуя пульс, что бьется под кожей.

— О Боже, Дерек, — стонет она, откидывая голову назад и открывая доступ к ложбинке между ключицами.

Руками скольжу по ее телу вверх, и позже понимаю, что я сижу на стуле, и ее грудь на уровне моего лица. Я вижу затвердевшие пики сосков под тонкой тканью футболки и бюстгальтера. Прижав ладони к ее спине, притягиваю ее между своих ног и наклоняюсь, чтобы прикусить один бугорок сквозь ткань. Поднимаю глаза и встречаюсь с ней взглядом.

Эта близость между нами почти невыносима — я будто тону, не в силах думать.

Нахожу подол ее рубашки, скольжу руками вверх, приподнимаю ткань, открывая розовый атласный бюстгальтер. Губы касаются гладкой кожи ее живота. С каждым движением языка она тихо вздыхает.

На ощупь она как шелк, на вкус — словно рай.

Наткнувшись на небольшой бугорок у основания ее грудной клетки, замираю: двухдюймовый шрам резко выделяется на фоне безупречной кожи.

— Откуда это? — спрашиваю я. Провожу по нему пальцем и целую. Чувствую, как она напрягается.

— Дерек, пожалуйста, не…

Но прежде чем она успевает договорить, в ресторане раздается грохот. Она резко отступает и поправляет рубашку. Щеки пылают, губы распухли, взгляд — остекленевший.

— Мне нужно пойти и посмотреть, что это был за шум.

Я смотрю в ту сторону, откуда доносился звук. Но фасад ресторана нам не виден.

— Ничего страшного. Просто послышался звук, будто стучат в дверь. Крис сказал, она заперта. Всё в порядке, — тянусь к ней, желая продолжить исследование ее тела, но дребезжащий звук не прекращается.

— Черт… — бормочу.

Вэл отходит и спешит к двери. Я откидываюсь на спинку стула, пытаясь ослабить это невыносимое напряжение в штанах. Жду. Когда она возвращается, выражение ее лица уже другое. Томность исчезла, уступив место растерянности. Сейчас у нее взгляд, как у испуганного олененка.

— Прости, — неловко говорит она. — Там никого. Но, наверное, пора. Уже поздно.

— Подожди, — я хватаю ее за запястье.

— Дерек… не надо. Пожалуйста, — ее голос дрожит. Рука тоже.

Меня охватывает разочарование. Я не понимаю, когда щелкнул выключатель — когда свет в ее глазах погас.

— Что не так?

— Я на минуту потеряла контроль.

Я усмехаюсь:

— И это плохо?

— Это… эм… — она вынимает руку, нервно заламывает пальцы. — Я не готова. Прости, если заставила думать иначе.

Я встаю, обнимаю ее. Она не отталкивает, но и не отвечает. Будто злиться.

— Я не собирался заходить слишком далеко. Расслабься, Искорка. Мы можем идти настолько медленно, насколько ты захочешь, — говорю мягко. Ее тело понемногу расслабляется, она обнимает меня за талию. Я выдыхаю с облегчением.

— Ты слишком добр ко мне, — бормочет она.

Я отстраняюсь, заглядываю ей в глаза:

— Нет. Я просто ждал тебя. Долго. И сделаю всё, чтобы быть с тобой. Тебе не за что извиняться, — целую ее в лоб. — А теперь давай я помогу прибрать со стола?

— Не нужно. Я сама справлюсь, если тебе пора домой.

— Я настаиваю, — говорю и начинаю убирать со стола. Отношу посуду на кухню, открываю кран и жду, пока польется горячая вода. Вэл входит следом и ставит оставшиеся тарелки рядом.

— Вы с Изабеллой близки? У вас хорошие отношения?

— Да. А почему спрашиваешь?

Краем глаза вижу, как она пожимает плечами, пока я ополаскиваю посуду теплой водой.

— Просто интересно. Кажется, вы действительно близки. Это круто.

— Круто? — смеюсь. — Если ты считаешь крутым, что старшая сестра постоянно вмешивается в твои дела…

— Я серьезно. Интересно наблюдать за вашими отношениями. У меня не было ни братьев, ни сестер. Ни большой семьи. Я немного завидую, — признается она.

Я смотрю на нее с любопытством, гадая, с чего вдруг она заговорила об этом.

— Завидовать особо нечему. Белла — как наседка. Возможно, пытается заполнить пустоту после мамы. А семья — это только я и она. Родственники есть, но все живут в другом штате, мы видимся редко.

Замолкаю, когда она наклоняется за бутылкой масла и убирает ее в шкаф. И пользуясь случаем, не могу не посмотреть на ее идеальную попку. Она поднимается, я резко отвожу взгляд и продолжаю:

— Честно говоря, мы с Беллой не чувствуем, будто что-то теряем. А у Кристофера столько кузенов, что я сбился со счета. С тех пор как она вышла за него замуж, у нас появилось больше родственников.

— Я заметила, — улыбается она. — Мне кажется, все они уже заглянули в «Camilla's» на этой неделе.

Через двадцать минут кухня сияет. Всё по стандартам Изабеллы и Кристофера.

— По-моему, неплохо справились, — говорю, оглядываясь.

— Спасибо за помощь.

— Всегда пожалуйста, Искорка, — улыбаюсь. — Поехали не на метро, я вызову Uber. Так будет быстрее.

— С такими тратами на Uber, тебе проще купить машину, — поддразнивает она.

— У меня есть машина, Jeep Wrangler. Просто почти не пользуюсь ей — разве что, если надо выехать за город.

— Я ни разу ее не видела. Просто странно: иметь машину и не ездить на ней.

— Не совсем. В Нью-Йорке с парковкой беда. Если уж нашел место — держи его до последнего.

Мы идем, я обнимаю ее за плечи. На углу Малберри и Гранд чувствую, как первые капли дождя касаются лица. Поднимаю взгляд на беззвездное небо и вдыхаю ночной воздух. Молния сверкает где-то вдали и понимаю, что приближается гроза. Я поворачиваюсь к Вэл, обнимаю за талию и прижимаю к себе.

— Спасибо за вечер. Это было неожиданно. И приятно.

— Хм… пожалуйста, — говорит она, вставая на цыпочки и легко целует меня в губы. — Мы всё еще идем в «Revolution» на этих выходных?

— Я пойду куда угодно, если