Побочный эффект - Ольга Вечная

- Она прекрасный хирург.

- Все знают, что не такой, как вы. Если вы работаете, Алена Андреевна, скажите, пожалуйста, где. Мне нужно обследовать маму.

- Договоритесь с Марфой Григорьевной, я уверена, она не откажет.

- Мы хотим к вам.

Вздыхаю. Она бегом бежала, чтобы вернуть покет. Не хотела бы я, чтобы мою медкарту листал Лобов.

- Клиника «Эккерт-про».

Быстро пишу Тимуру, что выхожу на улицу. Он отвечает, что стоит у кофейни.

И я тороплюсь! Покидая территорию больницы, ускоряю шаг, а когда вижу его машину, едва не перехожу на бег.

Тяжко не душе. Больно. Обидно!

Какой долгий сегодня день. Еще и одиннадцати нет, а я без сил. Как сильно я любила свою работу и свою прежнюю жизнь, как же я счастлива, что у меня осталась возможность заниматься медициной.

Сажусь в машину, вдыхаю запах чистоты, кожи и ароматизатора. Тимур — в своем тонком черном свитере и таких же черных брюках выглядит безупречно. Я не просила его ждать, при этом мне крайне неудобно, что он это делал. Не привыкла к такому. Обычно всегда сама, все сама.

- Долго стоишь здесь?

Он поворачивается и слегка улыбается.

- Все утро о тебе думаю, Алена. Как приклеенный.

То, что происходит дальше — не более, чем порыв. Но я слишком ошеломлена разговором с Лобовым и радостью видеть кого-то, кто не враг, что крепко обнимаю Эккерта за шею и шепчу:

- Ты мне так сильно нужен.

Он буквально каменеет! Меня тут же швыряет в пекло от ужаса, мгновенно становится неудобно за это показное выступление. Нас могут заметить! Он, наверное, этого бы не хотел! У него, может быть, на меня вполне конкретные планы, и у него все в порядке. Вообще все идеально в жизни, даже брюки сидят так, что отвал башки. А у меня проблемы. Везде проблемы. И мне еще за матрас ему отдавать.

Проблемы-проблемы-проблемы. Прекрасно осознаю свою положение.

Поспешно отстраняюсь.

- Извини, пожалуйста.

Он все еще как будто скованный, но улыбается. Действительно улыбается!

На щеках нет милых ямочек, и губы, может, не такие пухлые, как по стандартам красоты, но я впиваюсь взглядом в крошечные морщинки у глаз и, как будто подтаявшую, льдистость глаз. Тимур серьезнеет и выглядит обеспокоенным:

- Все в порядке. Как прошел медосмотр?

- Отлично. Моя репродуктивная система работает как часы, велели хорошо предохраняться.

- А. - Чуть округляет глаза. - Прекрасные новости, искренне поздравляю тебя и твои яичники.

- Спасибо.

Он тянется на заднее сиденье, и только в этот момент я понимаю, так вкусно пахнет не пахучкой. Передо мной букет прекрасных французских роз.

- Какие красивые. Это кому?

- Ты меня убиваешь, - вручает мне. - У меня прием сегодня с пяти, а пока предлагаю отметить.

- Что отметить?

- Здоровье твоей репродуктивной системы. Март. Субботу. Что угодно. Я освободил половину дня.

- Здорово! Давай. - И чуть подумав, добавляю: - Ты правда обо мне думал? А что именно?

Вдыхаю аромат роз и улыбаюсь. Какая же глупость потратить столько денег на срезанные цветы. Но я ни за что не скажу ему об этом вслух, он ведь... старался. По-своему, по-мажорски.

- Мы занимались сексом вчера, а я до сих пор постоянно возвращаюсь к нему мыслями.

- Я тоже думаю о сексе с тобой. Наверное, это потому, что у нас классный секс.

- С долгим послевкусием.

Глава 40

- Он так сказал? С послевкусием? - расплывается Лиза в блаженной улыбке.

- Да, представь себе. Как думаешь, что это значит?

Под пристальным взглядом подруги невольно начинаю нервничать. Я не собираюсь разглашать все подробности нашего с Эккертом служебного романа, но происходящее слишком важно, чтобы о нем молчать. То, что на вопрос — «Что между вами?» - я немедленно не вывалила Лизе все — уже настоящий подвиг.

Тимур сказал - секс с послевкусием.

- Думаю, это значит, что ты его сильно зацепила.

- Я?

- М-м-м, наверное, речь о его соседке этажом выше, осталось выяснить, почему он вывалил это тебе.

Закатываю глаза.

- Ха-ха. Я даже не понимаю, хорошо это или плохо.

Мы встретились в воскресенье вечером в кафе, чтобы обсудить грядущее собеседование Лизы и мой кошмарный визит в госку, но обсуждаем сами видите кого.

- Смотря, как ты к нему относишься. Мужчина говорит, что думает о тебе, дарит цветы, если он тебе неприятен, то такое будет раздражать.

- Эккерт мне совсем не неприятен.

Вспоминаю его объятия и счастливо улыбаюсь. А потом вспоминаю, как он улегся на первый выставочный образец в магазине матрасов, вытянул ноги и похлопал рядом, дескать, ложись. С совершенно серьезной физиономией. Впереди было еще пятьдесят выставочных образцов, и Тимур всерьез намеревался протестировать каждый. Это было так смешно, что начинаю глупо хихикать.

Он очень серьезно относится ко всему, чем занимается. Но и улыбаться тоже умеет.

Кстати, я уговорила остановиться на втором.

- Прости, кое-что вспомнила. Он меня часто смешит.

- Тимур? - на ее лице столько недоумения, сколько было бы у меня на ее месте. - Мы точно говорим об одном и том же человеке?

- Боюсь, что да, - морщусь. - Ой как странно.

- Тимур Эккерт смешит Алену Евсееву и дарит ей цветочки! Почему мы сидим без шампанского? Я не понимаю! - и она действительно заказывает два бокала брюта.

Мы чокаемся и делаем по паре глотков. Прекрасно.

- А если серьезно, я думаю, ты ему очень нравишься. Вот он и старается.

Такая мысль трудно укладывается в голове.

- Звучит неправдоподобно.

- Почему? Ты красивая, умная, чуткая и совершенно необыкновенная девушка.

- А ты моя лучшая подруга, поэтому веры твоим суждениям нет.

- Брось, я к тебе совершенно непредвзята. И кстати, лично я всегда представляла тебя с выдающимся мужчиной.

- С Эккертом? - снова морщусь.

- Ну... в то время он не казался особенно выдающимся.

- Мы были уверены, что вседозволенность его сломает, и он покатится по наклонной.

- Надеялись на это.

- Молились.

- Мы его недолюбливали. Кстати, как там Денис?

Лиза не просто так перепрыгнула с темы на тему - они раньше всегда шли друг за дружкой. Пожимаю плечами.

- Не знаю, что рассказать. Он молодец, много работает, очень неравнодушен к пациентам. Тимур делает большие ставки на репродуктивное направление, они с Денисом и Романом Эккертом много