Испытание - Елена Богатырева

А вдруг дверь ему откроет маньяк-громила под два метра ростом, который не поверит, что он мелкий служащий телефонной компании?

Нужно бы на всякий случай предупредить кого-нибудь…

Артем достал трубку и позвонил Косте. Трубку поднял Николай Савельевич и сказал, что Костя с Ларисой только что уехали. Очень при этом торопились и несколько раз поминали его. Однако передать ему ничего не просили. В конце разговора трубка предательски пиликнула: батарейка была на исходе. Вот еще незадача. Артем позвонил знакомому милиционеру, тому самому, который составил для него список пострадавших в результате несчастных случаев.

– Савельев! – попросил он. – Запиши адрес, будь другом.

– Диктуй, – лениво ответил тот. – Записал.

Выслать по этому адресу группу захвата?

– Тебе все шутки, – рассердился Артем. – В общем, так, если не позвоню тебе сегодня вечером, будь любезен займись этим типом.

– Хорошо, – отозвался Савельев, – но и ты будь любезен: не забудь позвонить мне вечером, чтобы я зря не дергался. О'кей?

– О'кей!

Артем собрался с духом, но в последнюю минуту вспомнил про Протасова. Неизвестно, сумеет ли он предупредить его о грозящей опасности.

Сквозь пиликание трубки, грозящее скорым отключением, раздался строгий голос:

– Протасов слушает!

– Николай Андреевич, здравствуйте! Мы с вами встречались вчера. Я…

– Помню, помню, – голос мгновенно смягчился. – Из телефонной компании? Ну как, порядок?

– Николай Андреевич, я не из телефонной компании. Я – частный детектив. У меня очень мало времени, но я просто обязан вас предупредить: ваша жизнь – в опасности.

Протасов помолчал, переваривая услышанное, а потом спросил:

– Вы спятили?

– Будьте осторожны. Погибло несколько человек. Вы – следующий.

– Хотите поссорить меня с партнерами?

– Поговорите лучше со своей женой…

– – А при чем тут… – голос его дрогнул.

– Не знаю пока при чем. Пытаюсь выяснить.

Оставайтесь на работе и никуда не выходите до моего появления, договорились?

– И когда же вы явитесь?

– Через час, два, самое позднее – через три.

– Да у меня контора через полтора часа закрывается!

– Вы что, совсем не дорожите своей жизнью? – возмутился Артем. «Что за люди! Их спасаешь, а они еще и помочь тебе не хотят!» – подумал он. – И еще: вам в последние дни не приходилось знакомиться с какой-нибудь стройной брюнеткой?

В трубке повисла пауза. Артем подумал, что батарейки окончательно сели. Затем последовал быстрый ответ:

– Да.

– Когда именно?

– Нет, завтра я не собираюсь за город, – последовал странный ответ.

– Вы не можете говорить? – насторожился Артем.

– В самую точку, – весело ответил Протасов.

– Она.., она у вас сейчас? – Артем не поверил своим ушам.

– Именно! Вы – умница.

– Тогда постарайтесь задержать ее. Я буду скоро. Сможете?

– Думаю, что да.

Протасов положил трубку и с улыбкой повернулся к Виктории.

– Рабочий день уже закончился. Что будете пить?

– Ба! – удивилась она. – Какая перемена!

Я уж думала, вы собираетесь вышвырнуть меня из кабинета!

– Ну что вы!

* * *

Вика действительно думала, что на этот раз у нее ничего не выйдет. Она не сообразила, что у делового человека в разгар рабочего дня могут быть посетители. А посетителей хватало. Несколько солидных мужчин бросили на нее неодобрительный взгляд, а женщина в строгом деловом костюме демонстративно отвернулась. Даже секретарша, впустившая ее в приемную, изумленно оглядела ее костюм: короткую юбку, чрезмерно открытую майку и тесный пиджак.

– Вы записаны? На какое время? – она открыла тетрадь и приготовилась сделать пометку.

Мужчины перестали разговаривать и уставились на Викторию, ожидая, что же она ответит.

– Я журналист, – улыбнулась Виктория. – Собираюсь писать о вашей компании. Думаю, Николай Андреевич уделит мне минутку?

– Не уверена, – покачала головой секретарша. – Видите, что творится, – добавила она, понизив голос.

– Я все-таки подожду, – в тон ей ответила Виктория.

Чего только она не наслушалась сидя в приемной. Сюда приходили по вызову сотрудники с бумагами и жаловались один другому: "Батюшки!

Опять зверствует!"… «Не успели первый этап модернизации провести, ему второй вынь да положь!»… «Нет, ей-богу уволюсь: второй год без отпуска!»

Молоденькая особа, выйдя из кабинета Протасова с красными пятнами на щеках, пожаловалась секретарше: «Нет, ну что за мужик! Одна работа на уме, будто у людей личной жизни не должно быть! Хоть бы любовницу, что ли, за-! вел…» И ехидно посмотрела на Викторию.

Виктория просидела в приемной три часа, пока не ушел последний посетитель, и секретарша пригласила ее в кабинет Протасова.

– У вас двадцать минут, – предупредила она. – У него перерыв на кофе…

– Он работает строго до шести? – удивилась Виктория.

– Что вы! До десяти или до одиннадцати, – удивилась ей в ответ секретарша.

В кабинет Виктория вошла неуверенно. Все сегодня складывалось не как обычно. Да и Протасов удивил. Подтянутый, высокий, плечи широкие.

Пиджак висит на спинке стула, рукава засучены…

Он окинул взглядом Викторию и скис.

– Вы, простите, из какой газеты?

– Я из «Огонька», – ответила Виктория.

– И чего от меня хочет «Огонек»? Угощайтесь!

Он взял чашечку кофе, который принесла секретарша, и обжигаясь, сделал глоток. Виктория тоже взяла чашку и устроилась в кресле, положив ногу на ногу. На мгновение ей показалось, что в глазах Протасова мелькнуло презрение, и она машинально одернула юбку.

– Мы готовим материал о директорах таких крупных компаний, как ваша. Нас интересует не работа непосредственно, а ваши взгляды на жизнь, образ жизни и так далее.

– Образ жизни? – хмыкнул Протасов. – Работа – это и есть мой образ жизни. Все – в ней.

– Но у вас же есть, вероятно, семья, дети и…

– Детей нет. О семье говорить не буду.

– Хорошо, не нужно, – очаровательно улыбнулась Виктория. – Тогда поищем другие общие темы…

Ее взгляд стал до предела откровенным. Пожалуй, она все-таки доведет до конца свое последнее дело. Никогда бы не подумала, что самые отпетые негодяи могут быть такими привлекательными…