Весна для репортера - Максим Замшев

Куда мне идти? У меня нет денег даже на метро. Все было в пальто. Попросить контролера пропустить бесплатно?

Боль не утихала. Голову хотелось оторвать от туловища и выбросить подальше.

Нина не пишет мне. Значит, у нее есть на это причины. Возможно, ее маме стало хуже. Или дела украинско-хороводские закрутили.

Телефон, слава богу, им не понадобился. Удовлетворились деньгами, пальто и пиджаком? Пиджак жалко. Очень удобный был. А паспорт мой им зачем? А я ведь опознаю их, если что.

Я все еще сидел на асфальте. Необходимо собраться и попробовать встать. Со второй попытки у меня получилось. Голову я поднял в последний момент. Дождался, пока головокружение кончилось и мир встал на место. Вокруг никого. На помощь звать бесполезно. Нападавшие позаботились о том, чтобы оттащить меня в самый дальний угол двора. К помойке. Вот скоты! Обязательно найду их рано или поздно…

Я стал различать запахи. Вернее, один запах. Кисло-тухлый дух помойки. Как же холодно! Я, не вполне соображая зачем, взял мобильник и начал перелистывать список контактов.

На фамилии Васькин мой палец замер. А что, если позвонить ему и попросить приехать за мной? Мы просидели рядом на канале немало времени. Часто подменяли друг друга. Хотя бы из любопытства он не откажется. Это спасительный ход? Или удар по голове сказывается и я горожу ерунду? Попытка не пытка. Васькину я не делал ничего плохого. И он мне. Это почва для взаимовыручки или нет? Перевесит ли это ложь, которую транслируют сегодня обо мне все кому не лень? Сейчас узнаем.

– Привет.

Пауза длилась секунд десять. Очень долгие десять секунд. В трубке слышался какой-то шум, голоса. Судя по всему, телевизор работал на большой громкости.

– Привет. Ты где?

– Я около мусорного бака в Перове. Меня избили и ограбили. Мне нужна твоя помощь. – Я выпалил все это разом. Без пауз.

– Господи! А чем я тебе помогу? Звони в полицию. Ты сильно пострадал?

– Мне надо, чтоб кто-то забрал меня отсюда. У меня нет ни денег, ни документов.

– Господи, как же это произошло?

– Хулиганы. В полицию мне сейчас нельзя. Сам понимаешь почему.

– Хорошо. Называй адрес. Сейчас мы приедем за тобой.

– Кто это мы?

– Я и Крис. Ты не против?

– Нет, конечно.

Я, конечно, обозвал ее сегодня «сукой», но уже ничего не поделаешь. Буду надеяться, что она, как и Васькин, войдет в мое положение.

– Жди. Мы быстро. Крис на машине.

Ну вот. Первая хорошая новость за сегодня. Васькин подтвердил, что нормальный парень. Не стал изводить меня вопросами, сочинять отговорки, давать рекомендации. У них с Кристиной, видимо, роман. Не видимо, а точно. Чего они тогда в такое время вместе?..

Заморосил мелкий, неприятно-нервный дождик. Я выбрался из двора и занял позицию так, чтобы иметь хороший обзор, а самому оставаться не на виду и не под дождем. Благо тут есть козырек в торце дома над входом в какой-то подвал или подсобку.

Опять звонила Лариса. Наверное, в панике. Поделом ей.

От дождя и холода никуда не скрыться. Как и от себя, брошенного, избитого, жалкого, потерянного.

Я дрожал все сильнее. Откуда они едут? Николай живет, по-моему, где-то в Измайлове. Кристина – где-то неподалеку. Я вспомнил, как Коля, увидев ее, просил подбросить его. Они скрывали тогда от меня свои отношения? Зачем? Это их дело, в конце концов.

Измайлово – недалеко.

Тошнота опять подкрадывалась, и я судорожно глотал слюну. Перед глазами все плыло.

Вокруг меня высились блочные многоглазые дома, мимо проезжали безразличные ко всему автомобили, мертвенно-желтые фонари подсвечивали то, что не стоило света. Между домами зияли мрачноватые провалы, выглядевшие воротами в пустоту.

Затренькал телефон. Это Васькин.

– Нам осталось чуть-чуть. Как ты?

– Жду вас. Холодновато.

– Продержись немного.

Ура! Я не один! Коля Васькин и Кристина – это сейчас те люди, кому я вверяю свою жизнь. Хотя она им, без сомнения, ни к чему. Вот такой поворот!

Они приехали. Длинный серый автомобиль затормозил прямо возле меня.

Сильно все же меня ударили! До машины я добрался только с помощью ребят, почти повиснув на них. Мне нужен врач…

Кристина некоторое время не трогалась с места, очевидно, ожидая от меня или от Коли конечной цели маршрута.

– Прости, что я утром назвал тебя сукой…

– Не бери в голову. Ты был не в себе. Что не удивительно. – Кристина улыбнулась. – Кто на тебя напал?

– Какая-то шпана. На водку, видно, не хватало. Уроды…

– Куда поедем? Ты где живешь? – Девушка взяла инициативу в свои руки.

– Понимаете, мне сейчас никак нельзя домой. Надо где-то отлежаться. Это долго объяснять, это… – Я растерялся и не находил больше слов.

Мне не надо домой? Почему? Я и сам бы это себе сейчас не объяснил. Может быть, я своим видом не хотел шокировать близких. Может быть, после всех передряг мне еще надо было побыть в своей раковине. И потом… Ни мама, ни папа мне не звонят, не предпринимают ничего, чтобы выйти со мной на связь. Это чрезвычайно странно. Но в семьях больших политиков странности случаются. У такого поведения моих близких есть только два объяснения. Отец смертельно на меня обижен и проклял меня, наложив запрет на общение со мной всех близких. Он способен на это. Он же национал-патриот. Крутой деспотичный нрав для его взглядов условие почти обязательное. У него, конечно, подобного нрава немного не хватало для органичности образа. Но вот и настало время его проявить. Или? Или папа проводит свое расследование произошедшего и полагает, что наше общение сейчас повредит его результативности. Тогда надо ждать, пока он пришлет мне какую-нибудь весточку.

Хотя вся моя логика способна обрушиться в один миг. Голова гудела и мешала соображать. Что-то много я навыдумывал! Наверное, все же в моем нежелании ехать в Харитоньевский больше страха перед тем, как там на появление отреагируют. Хотя какое все это имеет значение?.. Мне плохо. Болит не только голова, но и все лицо.

– Едем ко мне, – решительно заявил Николай. – Нельзя – значит нельзя. Я все понимаю. После сегодняшних новостей… Твой отец под таким ударом…

– Это сложнее, чем ты думаешь. Я не совершал ничего из того, что мне приписывают. Но я ни в чем пока не разобрался. Да еще это нападение. Вот гады!

– То, что не работаешь на Службу безопасности Украины, я сразу догадался. Все-таки не один день бок о бок провели. Сегодня ты точно ни в чем не разберешься. Состояние у тебя для этого неподходящее. Крис! Позвони своему дяде. Пусть приезжает. Дело безотлагательное.

Кристина вздохнула и полезла за телефоном. Судя по ее репликам, неведомый дядя согласился на визит. Еще бы понять, как этот загадочный дядя связан со мной. Или не связан?