Возлюбленная горца - Адриенна Бассо

– Эта безыскусная красота напоминает мне тебя, Давина, – пробормотал Джеймс. – Красота суровая и строгая зимой, но на весеннем солнышке тут все изменяется. Земля одевается зеленью, а вересковые поля оживают и покрываются цветами…

– Вот так чудеса! От холода в тебе проснулся трубадур, – с нервным смешком заметила Давина.

Джеймс пожал плечами и пробормотал:

– Не знаю, кто во мне проснулся, но я хочу от тебя правды, Давина. Зачем ты приходила ко мне ночью, если не захотела остаться даже до утра? – Тут Джеймс вдруг замер на мгновение, потом прошептал: – Черт возьми, что это там?…

– Ты о чем? – Давина посмотрела в ту же сторону.

– Там за деревьями что-то движется, – ответил Джеймс.

– Я ничего не вижу, – сказала Давина. А в следующее мгновение заметила, как сверкнул на солнце клинок меча. И почти тотчас же она увидела еще несколько таких же вспышек.

– Проклятие… Не надо было так далеко отходить от замка без охраны, – проворчал Джеймс. – Их слишком много. Мне всех не одолеть.

Давина зябко поежилась и прошептала:

– Может, они не сделают нам ничего плохого? А если это разбойники… Не могли бы мы от них откупиться?

– Думаю, что эти люди настроены торговаться, – ответил Джеймс, еще больше помрачнев.

И теперь стало ясно, что они были окружены – со всех сторон к ним приближались вооруженные люди.

– Мы пропали, – прошептала Давина, приготовившись к самому худшему.

– Нет, если нам удастся найти такой путь вниз, где они нас не встретят, – пробормотал Джеймс.

– Но это невозможно. Посмотри, они перекрыли все тропинки. Нам мимо них не проскользнуть.

Джеймс молчал, глядя вниз, на серые воды озера. Внезапно лицо его прояснилось, и он что-то тихо пробормотал себе под нос.

– У тебя есть план? – с надеждой в голосе спросила Давина.

– Да, есть. – Он снова взглянул на подернутую рябью воду.

– Но нам ведь не придется прыгать в воду?! – в ужасе воскликнула Давина.

– Не так уж тут высоко, – ответил Джеймс. – Мы с Малколмом частенько ныряли в воду с этой поляны, когда были детьми.

– Но ведь зима… Мы окоченеем!

Джеймс ослепил ее улыбкой, в которой не было страха, но был дерзкий вызов судьбе. Казалось, он и впрямь верил в то, что ни с ним, ни с ней не могло случиться ничего плохого.

– Лучше уж утонуть, чем попасть в лапы врагу, – заявил он с веселой улыбкой.

Давина посмотрела вниз.

– А другого пути нет? – спросила она с дрожью в голосе.

Джеймс отрицательно покачал головой, лишив ее последней надежды.

– Я не очень хорошо плаваю, – со вздохом сказала девушка.

– И я не очень. – Ее спутник снова улыбнулся.

Давина недоверчиво взглянула на него и, как ни странно, немного успокоилась. Уж если Джеймс в такой момент был способен дразнить ее, значит, считает, что они непременно спасутся.

– Возможно, нам и не придется никуда плыть, – тихо сказала Давина. – Скорее всего, мы погибнем во время падения.

– Вот это сила духа! – воскликнул Джеймс. Усмехнувшись, он подмигнул ей и спросил: – Ты мне доверяешь?

– Да, конечно. – Давина кусала дрожавшие губы.

– Тогда держись за меня покрепче, – прошептал Джеймс. – Ну, иди ко мне…

С бьющимся сердцем Давина прижалась к его груди. Он тотчас же обнял ее, и она блаженно вздохнула, наслаждаясь его теплом и силой. Она верила ему беззаветно, но при этом знала, что шансов выжить у них меньше, чем умереть.

– Я люблю тебя, Давина Армстронг, – прошептал Джеймс.

Это неожиданное признание вызвало у нее такую бурю эмоций, что она забыла о страхе. Посмотрев ему в глаза, Давина увидела: он говорил правду. И сердце ее воспарило к небесам.

– А я люблю тебя, Джеймс Маккена, – ответила она шепотом и чмокнула его в щеку.

И в тот же миг Джеймс еще крепче прижал ее к себе – и прыгнул вперед. Давина вскрикнула, почувствовав, что падает. Она изо всех сил прижималась к Джеймсу, хотя в этом едва ли была необходимость: он держал ее так крепко, что ей не удалось бы выскользнуть, даже если бы она того захотела.

С силой ударившись о воду, Давина содрогнулась, и у нее от жуткого холода перехватило дыхание. А в следующее мгновение она почувствовала, что они идут ко дну, погружаясь все глубже и глубже в ледяную воду. Какие-то ветки цеплялись за одежду, а по лицу скользили стебли и травы…

«Я люблю тебя, Давина Армстронг». Эти слова Джеймса, многократным эхом повторявшиеся в ее сердце, придавали ей сил и помогали противостоять холоду и мраку. Но если озеру будет угодно забрать ее жизнь, что ж, так тому и быть…

Но они так и не достигли дна. Внезапно Давина почувствовала, что какая-то сила выталкивает ее на поверхность. Конечно же, это был Джеймс. Изо всех сил работая ногами, он тащил ее за собой наверх. Она пыталась ему помогать, но замерзшие ноги и руки не слушались ее. Когда же они наконец выплыли на поверхность и Давина сделала первый вдох, воздух больно обжег легкие. Судорожно дыша и отплевываясь, она по-прежнему крепко держалась за Джеймса, уже плывшего к берегу.

Вскоре они увидели стоявших на вершине холма вооруженных людей, и Давина даже слышала их гневные крики. Слов она разобрать не могла, но было ясно, что их с Джеймсом заметили.

– Будем молиться о том, чтобы у них не оказалось луков и стрел, – сказал Джеймс. Он плыл, загребая ледяную воду одной рукой, а другой придерживал девушку. Давина же едва могла шевелить конечностями. Тяжелый плащ намок и тянул ее вниз, но Джеймсу, похоже, не составляло особого труда тащить ее за собой.

Дно у берега было илистым, и Давина на коленях, задыхаясь от натуги, выползла на берег.

– Ну как, жива? Как настроение? – пробормотал Джеймс.

– Я едва не утонула… К тому же промерзла до костей и чуть не сошла с ума от страха, – стуча зубами, ответила Давина.

– О, как отрадно слышать возмущение в твоем голосе, – сказал Джеймс с усмешкой. И вдруг закинул девушку себе на плечо и понес.

– Я могу идти сама, – пробормотала Давина. – Мне нужно лишь немного отдышаться.

– У нас нет ни минуты. Те люди скоро спустятся к озеру, и нам надо побыстрее спрятаться в лесу, чтобы они тебя не захватили.

– Почему ты решил, что им нужна я? Разве у тебя нет врагов?

– Таких назойливых – нет, – проворчал в ответ Джеймс.

Давина вздохнула, по-прежнему выбивая зубами дробь. Хорошо еще, что ее согревало тепло Джеймса… Иначе она, наверное, уже умерла бы от холода.

– Как далеко мы от замка? – спросила она.

– Достаточно далеко. А до ворот нам пришлось бы бежать через поле. Лучшей мишени и не придумать. Я знаю одно место, где мы можем спрятаться. И оно, это место, ближе чем замок.