Испытание страстью - Джуд Деверо

— Но хотел бы, да?

Джеми сел на стул, чтобы снять гамаши.

— Ты ревнуешь?

— Нет, естественно нет. Я никогда не ревновала к Франческе. — Эксия положила руки на голову. — Просто мне любопытно. Однажды у меня будет муж, и мне хотелось бы знать, чего ждать. — Она опять посмотрела на Джеми. — Это приятно?

Этот вопрос разбудил воспоминания о ночи, проведенной с Джеми, о том, как его руки обнимали ее, как он целовал ее.

«Пожалуйста, узнай меня, — едва не воскликнула она. — Узнай во мне ту, которую любил. Или та ночь ничем не отличалась от тысяч других и ничего не значила для тебя?»

— Не смотри на меня так, Эксия, — попросил Джеми.

— Как — так? — В голосе девушки слышался отзвук обуревавших ее эмоций.

На секунду Джеми прикрыл глаза, словно собираясь с силами.

— Эксия, я живой человек, а ты…

— Что — я, Джеми?

— Красива, — ответил он, затем сорвал с кровати одеяло, бросил его на пол и, завернувшись в него, как неоднократно делал во время ночевок под открытым небом, отвернулся от Эксии.

Несколько минут Эксия молча смотрела в потолок и улыбалась.

— Красива, — прошептала она.

Ей хотелось, чтобы это мгновение — мгновение мечтаний и наслаждения подаренным комплиментом — длилось вечно. Как же приятно слышать рядом тихое дыхание Джеми! «Он не храпит», — подумала она. Но вряд ли бы она возражала, даже если бы он храпел.

Спустя некоторое время она заснула.

— Пожалуйста, Джеми, — молила Эксия, глядя на него своими удивительными глазами. — Пожалуйста!

Они завтракали в главном зале гостиницы, их стол был уставлен всевозможными яствами.

— Не смотри на меня так и не произноси мое имя так.

— Не называть тебя Джеми? О, значит, мне следует обращаться к тебе «лорд Джеми»? И это после того, как мы вместе провели ночь?

Ее слова вызвали у Джеми смех, чего она и добивалась.

— Ты прекрасно знаешь, что я даже пальцем не прикоснулся к тебе, несмотря на то что ты, Евина дочка, пыталась соблазнить меня.

— Даже и не думала! — возразила Эксия. — Я просто задала тебе пару вопросов.

— Гм. Ешь, нам надо ехать.

— Я не намерена вновь садиться на это исчадие ада, — упрямо заявила девушка.

— И все же ты поедешь верхом. Ты увидишь, что это не так мучительно, как тебе… — Джеми замолчал, вспомнив, как сегодня утром помогал Эксии спускаться вниз: она стонала при каждом шаге. — До дома дяди осталось совсем немного. И тебе очень понравится моя тетка. Она с радостью будет заботиться о тебе.

— Я хочу поехать с тобой.

— Мы возвращаемся к этой теме уже шестой раз за утро. Ты не можешь путешествовать со мной, потому что я не знаю, куда поеду. Единственное, что мне известно, — что записку мне пришлют в дом дяди, и там я узнаю, кто похитил Франческу и какой выкуп он хочет. Я поеду туда, куда он скажет.

— Без меня, — сердито заметила Эксия.

— Да, без тебя. — Джеми накрыл ее руку своей. — Там тебе будет хорошо. Моя тетка просто прелесть. Она… она развлечет тебя. Ты сможешь рисовать для нее.

— Они чужие. Они чужие мне люди. Ну почему мне нельзя поехать с тобой? Ведь Франческа моя кузина, забыл?

— Эксия, послушай. Мне придется скакать во весь опор, а ты не умеешь ездить верхом. Да и вообще вся поездка опасна. Кто бы ни удерживал Франческу… — Джеми отвернулся, не желая думать о том, что может произойти. — Там нет для тебя места. Ты будешь только мешать.

Эксия мрачно водила ножом по столу. Ее обижало то, что ее оставляют с чужими людьми. Одна среди чужих — ее ждет настоящий кошмар! Кроме того, ей до боли не хотелось расставаться с Джеми. Они были знакомы недолго, но сейчас у нее возникло ощущение, будто они знают друг друга целую вечность.

— Ешь! — приказал он, заметив ее пристальный взгляд.

Эксия собралась было ответить, но ей помешал мужской голос.

— Это вы, — заявил незнакомец, глядя на Джеми. — Мне еще вчера показалось, что это вы, но я сомневался.

— А кто я, осмелюсь спросить, по-вашему? — Человек с фургона. Победитель дракона. У Джеми перехватило дыхание.

— Вы видели фургон? — встрепенулся он. — Когда? Где?

— Он направлялся на юг.

— Этого не может быть, — возразил Джеми. — Мне сказали…

Бросив взгляд на Эксию, он сразу понял, что она о нем думает. Что он лжет. Как говорилось в записке, Джеми должен был ехать на запад к своему дяде и ждать там. Но если фургон направляется на юг, значит, они не догоняют его, а наоборот, удаляются от него.

— Вы видели, кто правил фургоном? — продолжил свои расспросы Джеми.

— Конечно. Крупный мужчина. С ним была женщина, та самая, которая нарисована на стенке фургона. Мы от души посмеялись над тем, что этот мужчина, довольно непривлекательный, был изображен истинным красавцем. Я в жизни не видел более потрясающих рисунков. А вам известно, что их нарисовала та дама из фургона? Она очень подробно рассказала нам, как работала.

— Фургон разрисовала я, — вмешалась Эксия, поднимаясь. — Франческа не способна…

Джеми сжал ее плечо, и она вынуждена была сесть.

— Мы ищем этих людей, — спокойно объяснил он, — и мы будем очень рады, если вы поможете нам.

— Неужели это вы расписали фургон? — изумился незнакомец, глядя на Эксию. Джеми тяжело вздохнул.

— Она напишет ваш портрет и портреты ваших друзей, если вы расскажете мне все, что знаете. — Заметив, что мужчина не отрывает взгляда от Эксии, он добавил: — Она изобразит вас рыцарем в полных доспехах.

— Я видел фургон два дня назад, — наконец заговорил незнакомец. — Сейчас он, наверное, далеко.

— А как женщина? С ней все в порядке? Ей ничего не угрожает?

— Она достаточно хорошо себя чувствует, чтобы врать, — буркнула Эксия.

— Я ничего такого не заметил. Кажется, она всем была довольна. Они устроились на ночлег возле дороги, и мужчина ухаживал за ней так, словно она королева Англии.

— Теперь нет никаких сомнений: это действительно Франческа.

Джеми пнул ее ногой под столом, чтобы она замолчала.

— А как выглядел мужчина? Что вы можете сказать о нем, кроме того что он крупный? Незнакомец пожал плечами.

— Да в нем нет ничего примечательного. Каштановые волосы. Карие глаза. Невзрачный, но и не урод. Не уверен, что узнаю его, если еще раз встречу.

Джеми в ярости ударил кулаком по скамье: у него сведений не больше, чем полчаса назад.

— Да, вот только его ухо, — вмешался в разговор еще один мужчина.