Испытание страстью - Джуд Деверо

— О да, — согласился первый. — У него половина уха. Верхняя часть срезана.

Джеми ошарашено застыл, затем его губы медленно растянулись, и он расхохотался, закинув голову. Присутствующие изумленно уставились на него.

Наконец ему удалось справиться с собой.

— Генри Оливер, — заявил он с таким видом, будто это имя все объясняло.

Джеми от души поблагодарил незнакомцев, от которых получил столь ценную информацию, а когда те ушли, занялся едой.

Миновало пять минут, прежде чем Эксия сообразила, что он не намерен что-либо рассказывать ей.

— Ты так и будешь молчать? — возмущенно осведомилась она. Джеми хитро улыбнулся, и она догадалась, что он просто испытывает ее терпение. — Рассказывай! — процедила она.

— Генри Оливер безвреден. Лучше него никто не позаботится о Франческе. Ей ничто не угрожает.

— Но он же похитил ее! Наверняка он преследовал какую-то цель. Должно быть, он потребует выкуп за… — Оглядевшись по сторонам, Эксия удостоверилась, что их никто не слышит. — …За наследницу Мейденхолла.

— Деньги Генри не волнуют. Он похитил ее ради любви.

— Он любит Франческу? — с недоверием спросила Эксия.

— Нет, он любит мою сестру Беренгарию. Еще когда мы были детьми, он пытался добиться того, чтобы ему пообещали ее руку.

— Но ты не разрешил им пожениться?

— Оливер глуп как пробка.

— А-а, тогда вполне вероятно, что Франческа ему понравилась. Родственные души.

— Нет, нет, ты не поняла. Оливер действительно дурачок. Он верит всему, что ему говорят, например, что деньги находят в пещерах в Африке. В детстве мы часто играли в прятки, и он просто закрывал глаза — он так прятался. Оливер считал, что, если он никого не видит, то и его никто не видит.

— Полагаю, он давно вырос из этого, — заметила Эксия, вспоминая, что в детстве ей тоже часто случалось быть предметом чьих-либо насмешек или издевательств. — Возможно, повзрослев…

Джеми приподнял одну бровь.

— В прошлом году в его каменном амбаре образовалась дыра и туда повадились ходить крысы. Тогда Оливер разрушил амбар, а зерно сжег, чтобы оно не досталось крысам.

— Но почему он просто не заделал дыру? — удивилась Эксия. — А, понятно, — после паузы произнесла она и отхлебнула эля. — Он из тех, кто покупает «драконову ткань».

Джеми засмеялся.

— Как это ни странно, Генри неплохой бизнесмен. К тому же он очень упрям. Ничто не способно остановить его, если он к чему-то стремится. Его невозможно переубедить, бесполезно взывать к его здравому смыслу. Если Оливер решил, что именно он хочет и сколько намерен за это заплатить, ничто его не остановит.

— А сейчас он захотел твою сестру.

— Он всегда ее хотел. Зная его, можно с полной уверенностью утверждать, что он будет хотеть ее до самой смерти и так и умрет с этим желанием.

— Но без твоей сестры.

— Пока я жив, ему ее не видать как своих ушей, — в гневе заявил Джеми.

— А она очень красива, не так ли? По словам горничной, Оливер сказал, что Франческа — вторая красавица, встреченная им за всю его жизнь.

— Да, Беренгария красива, — ответил Джеми. — Генри Оливер позаботится о Франческе и предоставит ей все лучшее. Он не злопамятен. Он никогда не жаловался на моего брата Эдварда и даже не злился на него за то, что тот довольно жестоко издевался над ним. Он считал, что Эдвард уделяет ему столько внимания потому, что любит его.

Эксия поморщилась.

— Я слишком хорошо знаю, что чье-либо усиленное внимание вовсе не является проявлением любви. — Она бросила на Джеми кокетливый взгляд, надеясь вытянуть из него уверения в том, что он любит ее.

Но Джеми лишь подмигнул ей.

Два часа спустя, когда Эксия написала портреты всех постояльцев гостиницы, Джеми объявил:

— Нам пора ехать.

— Куда? — спросила девушка, откладывая свои рисовальные принадлежности, которые, как оказалось, Джеми все же взял с собой в дорогу.

— Наверняка Генри повез Франческу к себе домой. Его поместье недалеко от моего. Я поеду за Франческой, но прежде доставлю тебя к тетке. Пожалуйста, Эксия, не спорь со мной. Я уже принял решение.

— И бесполезно взывать к твоему здравому смыслу, да?

— Вовсе нет.

— Но почему же тогда я не могу поехать с тобой? Особенно после того, как стало известно, что похититель — всего лишь Генри Оливер? Ты же сказал, что он безопасен. О, прошу тебя, Джеми, у тебя не будет со мной проблем.

— Ты создаешь мне проблемы, даже когда спишь. Эксия, не смотри на меня так. Разве ты не понимаешь, что нам не пристало путешествовать вдвоем? Твой опекун, Мейденхолл, доверил тебя мне. Как, по-твоему, выглядит то, что мы едем чуть ли не через всю Англию вдвоем, только ты и я? А прошлая ночь — то, что мы спали в одной комнате, — вообще ни в какие ворота не лезет.

— Мейденхолл уверен, что ты не дотронешься до меня, — пренебрежительно проговорила Эксия. — Ведь он догадывается, что тебя интересуют только деньги. Джеми понес к губам ее руку.

— Вот тут, дорогая, ты ошибаешься, — тихо произнес он. — Если бы я был свободен и на меня не давила необходимость выгодно жениться, я бы ухаживал только за тобой, и ты бы через два дня запросила пощады. Хозяин! Счет, пожалуйста.

Эксия смотрела на Джеми расширившимися от восторга глазами.

— Ты бы действительно так делал? — прошептала она.

Но Джеми, поглощенный беседой с хозяином, не услышал ее.

Вспомнив, что они уезжают, Эксия задумалась над тем, как переубедить Джеми и заставить его взять ее с собой. «Если я поеду с тобой, тебе не придется тратить время на то, чтобы отвозить меня к тетке» — такое на него не подействует. Слезы и жалобы на то, что ей страшно оставаться с чужими людьми, не тронут его. Если она скажет, что боится гнева Мейденхолла, он лишь моргнет и отвернется. Угроза, что она сбежит от него и ринется в распростертые объятия Лэклана Тивершема, вызовет у него смех. А если она заявит, что свяжет простыни и сбежит через окно из дома его дяди, он просто расхохочется во все горло.

Только когда Джеми подвел Эксию к ждавшим их во дворе гостиницы лошадям, девушка со всей отчетливостью поняла, что ей не избежать пребывания в доме двух скучных и занудливых стариков.

Что веселого в том, чтобы все дни проводить склонившись над пяльцами!

Эксия так тяжело вздохнула, что у нее заболели легкие.

— Полагаю, мне бессмысленно надеяться на то, что у твоей тетки есть дети, с которыми можно поиграть.

— Все они уже выросли, — хмыкнул Джеми.

— А внуки?

Подставив сложенные ладони под ее ногу, чтобы помочь ей взобраться в седло, он нетерпеливо ответил: