Зажечь небеса - Эмма Скотт

– Да, – медленно проговорил я. – Еще какой.

– Не знаю, почему я тебе всё это говорю, но… мне кажется, я могу это сделать. Я могу рассказать тебе всё на свете.

«Боже мой, Отем».

Она завела машину.

– Поедем в закусочную «У Люси». Там подают убойные молочные коктейли.

– А разве не там случился твой первый поцелуй?

Я ждал, что она шлепнет меня по руке, но вместо этого Отем задумчиво улыбнулась и кивнула.

– Так и есть.

* * *

Я ждал, что закусочная «У Люси» окажется типичным кафе небольшого провинциального городка, выдержанным в стиле пятидесятых годов прошлого века: яркий свет, красные виниловые сиденья и хромированные ножки. Вместо этого внутри царил полумрак, и повсюду размещались музыкальные инструменты. Сами стены были от пола до потолка оклеены театральными и концертными афишами, плакатами и обложками музыкальных альбомов. Группа «The Beatles» соседствовала с «Foo Fighters», Рой Орбисон улыбался рядом с Беком, а Пэтси Клайн – с Аланис Мориссетт.

– Круто, правда? – заметила Отем. – Именно здесь я открыла для себя альтернативную музыку. В здешнем музыкальном автомате есть не только кантри и блюзы.

Большая часть столиков пустовала. Пахло сливочным маслом и яблочным пирогом. Мы устроились за столиком и заказали молочные коктейли: шоколадный для меня, клубничный для Отем.

– Итак, каков твой вердикт? – спросила Отем.

– По поводу?

– По поводу клана Колдуэллов.

– Раньше я думал, что семьи, подобные твоей, существуют только в телесериалах.

– Это хорошо или плохо?

– Хорошо. Я еще никогда не встречал таких людей, как твои родители. Они словно планеты в одной Солнечной системе, вращаются вокруг тебя и Трэвиса. Никогда не сталкиваются, но всегда остаются на своих орбитах, движутся с идеальной синхронностью. Видно, что они живут так уже много лет и проживут еще долго-долго.

– Ух ты, – мягко сказала Отем. – Какое красивое сравнение ты подобрал, Уэстон.

Я отвел глаза, не в силах вынести ее взгляд.

– В общем, я хотела поговорить с тобой кое о чем, – сказала Отем.

– Я тоже, – произнес я, с трудом цедя слова. – Мне нужно кое-что тебе сказать.

– Да? – Отем откинулась на спинку сиденья. – Звучит серьезно.

Я колебался. Господи, как же она прекрасна. В ней столько жизни и света, она полна чудесных воспоминаний: о счастливом детстве, о первых поцелуях, о счастье. Линкольн, штат Небраска – это ее дом, и я просто не мог всё испортить. Только не сегодня.

– Не-а. Это неважно. Давай сначала ты.

Отем поиграла своей ложкой.

– Последние несколько дней я много думала и теперь знаю, чему будет посвящен мой новый проект для Гарварда.

– Правда? И чему же?

– Тебе.

– Тема твоего проекта – я?

– Фигурально выражаясь. – Она сложила руки на столе и подалась вперед. – Я видела, как трудно тебе даются какие-то повседневные вещи, то, что мы принимаем как само собой разумеющееся. И я говорю не только о больших ванных комнатах и большем количестве пандусов.

– Да? – спросил я. Впрочем, когда мы сидели в самолете, я уже видел в ее глазах страстное оживление. Я понял, что она хочет сказать; Отем решила посвятить свою жизнь тому, чтобы моя жизнь стала лучше. При мысли об этом мое недостойное сердце преисполнилось чувством вины.

Отем продолжала.

– Когда я увидела, что родители Коннора не считают посттравматический синдром настоящей травмой, только потому что ее нельзя увидеть и наложить на нее повязку… И потом я своими глазами увидела, какие трудности ты вынужден испытывать из-за инвалидного кресла. Так вот, в этот момент все кусочки мозаики у меня в голове встали на место. Я хочу работать над проектом, который поможет людям с ограниченными возможностями – особенно ветеранам, – чтобы им было легче в этом мире. Просто чтобы им было легче жить, чтобы они не чувствовали себя невидимками, чтобы к ним не относились, как к людям второго сорта. Я еще не проработала детальный план, но основная идея такова. – Она прикусила губу. – Что думаешь?

– Суть я уловил, – проговорил я, улыбаясь. – Ты решила на моем горбу въехать в Гарвард.

Отем рассмеялась.

– В точку. – Она облокотилась о стол и подперла щеку тыльной стороной ладони. – Но, если серьезно, именно этим я хочу заниматься. Эта тема кажется мне важной и правильной, по отношению к биотопливу у меня никогда не возникало такой уверенности.

– А если?..

– Что «если»?

– Не знаю. Что, если наступит время… когда мы перестанем быть друзьями? – Я прочистил горло. – Скажем так: вдруг однажды ты меня возненавидишь? Твой проект будет навсегда связан со мной, так что в итоге ты возненавидишь и его.

– С какой стати я должна тебя возненавидеть? – Отем фыркнула и презрительным взмахом руки отвергла мое предположение. – В любом случае у меня и раньше были мысли о том, чтобы работать в интересах прав людей с ограниченными возможностями.

В прошлом году я даже вносила этот вариант в свой список возможных тем, но теперь пришла к этой проблеме осмысленно. – Она снова подалась вперед. – Я хочу этим заниматься, и мне кажется, это правильно. Я в этом абсолютно уверена.

Я смотрел на нее во все глаза, в голове царил сумбур, на языке вертелось множество слов, но я не мог их произнести.

Улыбка сбежала с лица Отем, и свет в ее глазах погас.

– Я тебя обидела?

– Нет, вовсе нет, – хрипло проговорил я. – Думаю, это замечательная идея. Вообще-то я польщен.

Она улыбнулась с облегчением, и ее счастье едва меня не ослепило.

– Я так рада.

Мы допили коктейли, и я оплатил счет. Снаружи шел дождь, и мы остановились на крытой веранде закусочной. Из динамиков над дверью лилась песня «Африка» группы «Toto», заполняя тишину.

Наконец мы вышли из-под навеса, и на нас обрушились потоки дождя, так что мы мгновенно промокли до нитки. Капли текли по лицу Отем, и ее кожа казалась отлитой из фарфора, от влаги ее рыжие волосы потемнели, но всё равно отливали темно-красным и золотым. Она повернулась ко мне, и мое сердце переполнилось любовью к ней.

«Поспеши, парень, она ведь ждет…»

Остановиться я не успел, моя рука словно сама по себе рванулась к Отем, и мои пальцы сжали ее запястье. Я втащил ее к себе на колени, зарылся пальцами в ее волосы и поцеловал ее.

Поцеловал отчаянно. Я чувствовал вкус дождевых капель, тепло ее губ, привкус клубники из ее коктейля, но мне было мало. Я хотел большего. Всего сразу.

Отем изумлено ахнула, потом прижалась ко мне. Ее губы приоткрылись, голова запрокинулась, так что я мог изучать ее дюйм за дюймом, наши языки соприкасались.