Нежданный поцелуй - Мэри Блейни

— Но ведь Тина… Это так на нее не похоже… Она не стала бы взбираться на пьедестал памятника, чтобы лучше видеть оратора.

— Тогда что же она там делает?

— На этот вопрос у меня нет ответа, ваша светлость. «Но где же ее муж, где сам Тинотти?» — думала Елена с беспокойством.

В этот момент к ним подбежал Уилсон. Едва переводя дух, мальчик проговорил:

— Ваша светлость, сэр, самая тяжелая часть пути здесь, на этом отрезке. Люди, собравшиеся по краям толпы, не буйствуют, а только любопытствуют. Они потеснятся и дадут нам дорогу, если мы попытаемся проехать. Вы свернете на следующую улицу и объедете это место, вот и все.

— Так я и сделаю, — кивнул герцог. — Но сначала… — Он повернулся к Елене. — Синьора, я пойду помогу этой женщине. Не знаю, как она там оказалась и почему, но мне кажется, она не может спуститься. Только обещайте, что никуда не уйдете и будете меня ждать.

Елена поморщилась. Ей не хотелось, чтобы герцог совершал ради нее героические поступки. Ей хотелось видеть в нем только эгоиста и грубияна, но она очень беспокоилась за Тину.

Со вздохом кивнув, Елена пробурчала:

— Да, я буду вас ждать. — Она внимательно наблюдала за своей горничной, и было очевидно, что Тина очень напугана.

— Нет, Елена, посмотрите мне в глаза и пообещайте. Не имеет значения, что вы думаете обо мне. Сейчас ваша безопасность для меня так же важна, как для вас — ваша честь.

Когда Елена повернулась к нему и их взгляды встретились, Мерион пожалел, что настаивал на этом.

— Я буду ждать, ваша светлость. — Она снова отвернулась.

— Уилсон! — крикнул герцог, доставая из-под сиденья свою трость.

Мальчик тотчас же подбежал к нему.

— Слушаю, ваша светлость.

— Уилсон, ты должен оставаться здесь и охранять леди и лошадь. Но помни, малый, безопасность леди — на первом месте. Понятно?

Мальчик утвердительно кивнул, и герцог уже приготовился спрыгнуть на землю с той стороны экипажа, где толпа была не такой плотной. Но тут Елена вдруг проговорила:

— Вам бы лучше оставить свою трость здесь. Людям в толпе может не понравиться, что среди них оказался джентльмен.

— Леди права, ваша светлость, — сказал Уилсон. Мерион ненадолго задумался, затем молча кивнул.

После чего сунул трость обратно под сиденье, снял перчатки, вынул булавку из галстука и заменил свою шляпу головным убором Уилсона. Взглянув на него, мальчик ухмыльнулся, но тут же прикрыл рот ладонью.

Снова повернувшись к Елене, Мерион проговорил:

— Но я должен что-то сказать вашей служанке, чтобы заставить ее следовать за мной.

— Скажите ей, что это я послала вас за ней. И еще скажите, что я махну ей рукой.

— Ладно, хорошо.

Молча кивнув, герцог спрыгнул на землю и направился к толпе. Он прекрасно знал, что ни для кого из собственных слуг не стал бы этого делать. Но ведь для Елены супруги Тинотти были не просто слуги — они являлись той ниточкой, что связывала ее с прошлой жизнью, с той жизнью, которую она оставила в надежде найти здесь нечто новое.

Мерион сознавал, что уже слишком поздно, что он не сумеет загладить свою вину и восстановить прежние отношения, — он даже не был уверен, что хочет этого. И все же он чувствовал, что готов сделать все возможное, только бы изгнать печаль из глаз Елены Верано.

Итак, Линфорд Пеннистен, герцог Мерион, граф Данфорд Суинтон, виконт Ладслоу, нырнул в людское море и впервые в жизни слился с толпой простолюдинов.