Я твое ненастье - Юлия Климова

Первые два поцелуя получились короткими, будто иначе и нельзя было. Но потом я разомкнула губы и утонула в неимоверной нежности, о существовании которой не подозревала. Руки Егора взлетели вверх по моей спине и скользнули вниз к талии. Он не отпускал меня ни на секунду, и ладонями я чувствовала рисунок мышц на его плечах…

Я не предполагала, что это когда-нибудь может произойти.

И я не понимала, почему это происходит.

Это был иной мир, где все перевернуто с ног на голову, и в какой-то момент приходит осознание того, что так и должно быть…

Егор ослабил объятия, и я пошатнулась, потеряв на миг равновесие. Он отстранился, вновь погладил меня по щеке, задержал пальцы около подбородка и коротко улыбнулся. Но его серо-голубые глаза следили за мной внимательно, будто каждый вздох и каждый выдох имели особенное значение, будто категорически нельзя было пропустить даже взмах ресниц.

Растерянность и смущение переплелись в душе, я сделала шаг назад, зачем-то взяла со стула платье и прижала его к себе. Кадры прошлого замелькали перед глазами, в ушах зазвенели давно сказанные фразы, и сердце сделало попытку выскочить из груди…

Сейчас мне нужно было остаться одной. Чтобы понять, как такое могло случиться, почему полыхают чувства и горят губы, жива ли я еще или уже нет…

– Спокойной ночи, – пробормотала я и внутренне сжалась, боясь, что Егор не уйдет.

Он чуть помедлил, видимо принимая какое-то решение, затем спокойно произнес:

– Спокойной ночи, Дженни.

И вышел из комнаты.

* * *

Нет, я не перепутала Егора с Павлом, я знала, кому позволяла себя целовать…

Есть ли что-то хуже предательства? А я предала очень много: теплый май прошлого года, когда переступила порог папиного дома и поняла, кто мне друг, а кто враг, еще доброту прошлого лета, боль осени и главное – трепетные и настоящие чувства к Павлу.

«Только ты Дженни умеешь быть так близко и далеко одновременно».

– Я не близко, я далеко. Очень и очень далеко, – прошептала я, вернула платье на спинку стула и принялась ходить по комнате, даже не пытаясь остановить слезы. – Как я могла… Как?

Вопросы нарастали, они сливались в черный пчелиный рой и кружили вокруг меня. И было ясно, что не получится с ними справиться, потому что не существует ответа ни на один из них. Сев на кровать, обхватив себя руками, я зарыдала. «Малышка… Дженни…» – звучал голос Егора, и я мотала головой, прогоняя слова, но они возвращались и возвращались…

«Я увижу его завтра утром… Невозможно… Я не хочу выходить из комнаты… Никогда… Разве он хорошо ко мне относится?..»

Да, последние дни наши отношения несколько изменились, но, наверное, иначе и быть не могло. Если два человека вынуждены проводить отдых вместе, то не будут же они ругаться и злиться друг на друга.

– Нет, не так… Когда это произошло?.. – слетело с губ. – В самолете?..

Именно тогда моя душа расплавилась под действием удушающего страха, и я не хотела отпускать руку Егора.

«Но сейчас мы не в самолете…»

Я путалась и не могла сконцентрироваться на чем-то одном: почему позволила я… почему так поступил он…

«Малышка… Дженни…» – голос не отпускал, и я зажала уши ладонями.

Чувство вины заполнило каждый миллиметр тела. И эта вина имела тысячу оттенков и течений. Егор – брат Павла…

И все же, зачем я ему? Сопливая девчонка, которая постоянно раздражает и которую в силу обстоятельств нельзя просто выставить за дверь. А сколько раз он мечтал именно об этом! И тут промелькнула догадка…

– Бабушка, – сорвалось с губ, и слезы мгновенно высохли.

«Она уговорила Егора, да? Или он сам пришел к выводу, что ее предложение не лишено смысла и имеет право на существование. И оказалось, что меня даже не нужно долго приручать…»

Взгляд побежал по стене и остановился на двери. Если бы мне дали хотя бы на пять минут способность читать чужие мысли… Если бы… Или пусть получилось бы стать невидимой, пройти сквозь стены и просто увидеть лицо Егора. Он доволен? На его губах играет усмешка? Или он серьезен и хладнокровно просчитывает дальнейшие шаги и строит планы? Кто я для него?

«А если бабушка здесь совершенно ни при чем?» – осторожно произнес внутренний голос.

Медленно поднявшись, я стянула с кровати покрывало и принялась его складывать идеально ровно, уголок к уголку. Движения были механические, я будто смотрела на себя со стороны.

«Нужно вычеркнуть этот вечер из жизни, все забудется и растворится без следа. Пусть бабушка придумывает что угодно, пусть Егор совершает поступки, объяснить которые невозможно. Это не имеет значения».

Я легла набок, подтянула ноги к животу и всхлипнула. Я была бы очень рада, если бы могла сказать, что прикосновения Егора вызвали неприязнь… Но я тонула в его объятьях и хотела, чтобы он меня целовал, и эта правда шокировала и не отпускала.

* * *

На тарелке лежала свежая выпечка: два круассана, две улитки с корицей и две маковые булочки. Пока я спала, Егор сходил в пекарню и купил именно то, что мне нравилось больше всего. Он запомнил.

Я решила начать новую жизнь и даже нашла силы прийти на кухню, но почему-то вид обычного завтрака вызвал настойчивую вибрацию в груди, и почти сразу нервы превратились в струны.

– Проснулась? – раздался голос Егора. Я вздрогнула и резко повернула голову вправо, будто меня застали на месте преступления. Он смотрел спокойно, но я была уже знакома с этим внимательным, сканирующим каждое мое движение взглядом. – Садись завтракать. Нальешь чай?

– Да, – ответила я и подошла к чайнику.

Теперь я стояла к Егору спиной и чувствовала себя намного лучше. Протянув руку к полке, я сначала взяла одну кружку, затем вторую… Пакетики с чаем, кнопка чайника… Мне нужно было произнести заготовленную речь, и я пришла к выводу, что сейчас самый подходящий момент. Егор не увидит выражение моего лица, а это значительно облегчит разговор.

– Мне без сахара.

«Я помню… Сейчас кнопка щелкнет, и я скажу…»

Щелк!

– Егор, я хотела тебя попросить… Ты можешь забыть то, что произошло вчера? – Сердце почему-то стучало в ушах, и чем дальше, тем громче. – Пусть все будет так, как раньше.

Я еле сдержалась, чтобы не развернуться. Я все же хотела заглянуть ему в глаза.

– Без проблем, – ответил он сухо и довольно быстро, точно ожидал от меня подобной просьбы. – Обещаю, что никогда не напомню тебе об этом.

– Спасибо… – выдохнула я и нашла в себе силы развернуться к Егору лицом.

Он смотрел не на меня, а на экран мобильника. Похоже, дальнейшая беседа на эту тему ему была совершенно не интересна.