Пятая жена миллионера - Ульяна Гринь

— Полька, ну сколько можно уже? Кофе есть? Давай попьём кофе и поболтаем.

— Давай попьём кофе, — послушно согласилась я и поставила чайник.

— Ты у врача была? Когда УЗИ?

— Через две недели. А тебе зачем? — усмехнулась.

— Ну, хочу знать, какого цвета одежду и подарки покупать будущему крестнику, — уверенно заявила Машка, сев за стол и закинув ногу на ногу.

— Я крестить ребёнка не собираюсь! И пол его узнавать не хочу.

— Вот упрямая. Ладно, не крести, но мне-то можно быть его второй мамкой?

— Можно, — великодушно разрешила я лучшей подруге. — Кто ж ещё мне будет помогать?

— Как это кто? Твой любимый муж.

— Опять?

— Снова. Полинка, почему ты не отвечаешь на его звонки?

Вот ещё адвокатша нашлась! Я поставила на стол две чашки и прищурилась, глядя Машке в глаза:

— Зачем? Я не собираюсь возвращаться, пока его бывшие живут там.

— Да не живут они там уже давно! Полина, услышь меня! Он выдворил их в тот же вечер!

— Не живут сейчас, так вернутся потом. Проходили мы это…

Чайник вскипел, и я заварила Машке её растворимый кофе, а себе — пакетик чая. Села напротив. Подумала. Сказала:

— Машуня, я не знаю, чего хочу от Андрея. В идеале — чтобы не было никаких жён, никаких миллионов, чтобы мы жили так, как я себе представляла до свадьбы. Понимаешь? А это невозможно.

— Ну, мать, ты совсем уже, если честно… Мужик тебя любит, обожает, на руках готов носить! А ты…

— А я вот такая сволочь, хочу быть единственной женщиной в его жизни.

Помолчала и добавила:

— Не считая дочек, конечно.

Во входную дверь позвонили. Один раз — это ко мне. Подождала немного, прежде чем идти узнавать, кто пришёл в гости, и услышала из коридора голос дяди Вани:

— Полинка, это к тебе!

— Слышу, слышу, — проворчала, выходя из комнаты. Дядя Ваня проворно спрятал бутылку за спину и попятился, удалившись на кухню. Я только головой покачала: что он от меня-то прячется, я ж ему не жена. Открыла дверь и удивилась.

В гости ко мне пришла Василиса.

Но какая Василиса!

Вместо готической эмо-девы с макияжем утопленницы и чёрными ногтями передо мной стояла симпатяшка в джинсах и маечке, с модной причёской — гульки рожками. Так выглядят нормальные беззаботные девчонки в пятнадцать лет. Я даже улыбнулась недоверчиво:

— Ты ли это, Василиса?

— Не узнала? — буркнула она и шагнула в коридор. — Чего, не впустишь?

— Впущу, конечно, заходи.

Она огляделась, хмыкнула:

— Да, не сказка.

Я рассмеялась. Ага, не вилла, это точно. Провела Василису до своей комнаты. Машка как раз допила кофе и встала:

— О, подкрепление прибыло! Вася, будь добра и любезна уговорить свою мачеху вернуться к Андрею. А я пошла, у меня дела!

И она действительно пошла, чмокнув меня мимоходом в щёчку. Василиса проводила её взглядом и уселась на освободившийся стул. Спросила:

— Кофе нальёшь?

— Налью, — я пожала плечами. — А тебе в твоём состоянии разве можно?

— В каком состоянии? — удивилась она. А потом фыркнула: — Да ну, неужели ты не поняла, что это была шутка?

— Таким не шутят, дорогая, — медленно сообразила я. Василиса меня разыграла. Вот засранка! — А я ещё твоей матери предъяву кинула…

— Ой всё. Между прочим, мамс спросила, правда ли это, и сказала, что если я буду рожать, жить буду с папсом. Ну и я забрала свои вещи и ушла к папсу.

Я заварила ей в чашке кофе и нахмурилась.

— Так если ты не беременна, почему ушла к пап… к Андрею?

— Да потому. Папс сказал, что всё будет хорошо, что он мой папс и позаботится обо мне, о ребёнке, всё такое.

— А потом ты ему сказала, что всё это шутка?

— Ага. И папс ответил, что я малолетняя дурочка, но это ничего не меняет. А ещё…

— Что?

Василиса бросила сахар в кофе и спокойно продолжила:

— Он сказал, что без тебя ему очень плохо. Возвращайся, Полина.

Я покачала головой. Ещё одна. Ну блин!

Телефон звякнул смской. Я посмотрела — от Прасковьи. Обложили со всех сторон, как волка красными флажками! Манипулируют. «Полиночка, мне без тебя грустно, приезжай уже, а я научила Филю умирать по команде!» Ну вот что это, если не качественная манипуляция?

Теперь и у Василисы зазвонил телефон, а она ответила на звонок, потом объявила торжествующе:

— Ставлю на громкую связь.

А вот это уже предательство!

Я осуждающе смотрела ей в глаза, пока голос Андрея с помехами торопливо говорил из наушника:

— Полинка, девочка моя любимая, возвращайся домой, не упрямься! Я клянусь, что в моей жизни есть только ты! Ни одна из моих бывших жён больше не зайдёт за ворота виллы, а если мама захочет навестить нас, то будет звонить тебе и спрашивать, когда можно приехать!

Он замолчал, потом спросил напряжённо:

— Ты меня слышишь, Полина?

— Слышу, слышу, — откликнулась из вредности голосом зайца. А на душе стало тепло и легко, как будто внеочередную премию выдали и можно без экономии купить зимние сапоги!

— Ты вернёшься?

— Возвращайся, Полин, — Василиса решила додавить меня. — Сегодня Варя готовит кулебяку. У неё очень вкусные кулебяки.

— Это запрещённый приём, — пробормотала я. Комнату огласил звонкий голосок Прасковьи:

— Полина, ты должна посмотреть, как Филя умеет умирать! А Пушка научилась танцевать!

— Пока ещё плохо, не жужжи, — глухо добавил сбоку Стёпка.

Я улыбнулась.

— Полина.

Мой муж, мой любимый мужчина, отец моего будущего ребёнка тихо попросил: