Предатель. Вернуть любимую - Мила Дали

Вообще, возможность учиться дистанционно я получила с помощью Кирияновой. Это против правил, но ректор пошел навстречу авторитетной Эльвире Леопольдовне. Не знаю, насколько рискованной это было затеей, но услышав, что я хочу вернуться на очное, ректор будто с облегчением выдыхает, соглашается и предупреждает, что больше уйти на дистанционку у меня не получился, даже если будет просить мэр.

— Такого больше и не повторится, — заверяю его, — потому что я в первую очередь ветеринар, а не модель.

— Я рад, Бельская, — по-отечески улыбается мне, — что ты приняла такое решение.

А я в который раз убеждаюсь, что наш ректор заслуженно занимает высокую должность. Потому что он мудро принял сторону своей студентки, а не грязных сплетников. Так что со следующей недели я снова могу вливаться в учебный процесс…

Приехав домой, первым делом проверяю своих пушистых подопечных. После купания специальным шампунем блошек больше нет, животики не вздуты, но завтра я все равно отвезу их в ветеринарную клинику, чтобы сдать анализы.

К вечеру я выхожу за ворота встречать Суворова — он обещал заскочить ненадолго в гости. Кутаюсь в пуховик, дышу свежим воздухом. А жить в частном секторе все-таки хорошо! Нет городской суеты и лишних людей.

Я полюбила одиночество. Раньше мне было грустно наедине с собой. И обидно, что не посещаю тусовки, что мало кто хочет со мной дружить.

А теперь все совершенно по-другому. Я побывала в гуще страстей и событий, узнала разных людей, но так и не прониклась к этому миру селебрити. Мне больше не хочется искать людей извне, чтобы они меня развлекали. Наоборот, почему-то стала ценить время наедине с самой собой. И мне не скучно быть одной, я придумываю себе разные занятия, в голову приходят идеи.

На перекрестке появляется знакомый автомобиль. Улыбнувшись, машу рукой Суворову. Припарковавшись возле ворот, он выходит из машины.

— Привет… — мягко говорит, приобняв меня за талию и слегка касается губами виска.

Этот поцелуй совершенно не похож на то, как Мирон целовал меня раньше. В нем нет развязности, похоти, жажды секса… Он скорее теплый, наполненный нежностью, доверием и уважением.

После того незапланированного секса — я даже не помню где он был — мы словно отрезвели. А грязь, которую вылили на нас недоброжелатели, только сплотила нас. Но мы не рвемся опять в постель утешать друг друга. Мы можем прогуляться, поужинать вместе. Я даже иногда держу Мирона за руку. Сейчас наши отношения больше напоминают дружеские. Хотя просто дружить нам очень сложно, особенно Мирону…

— Как продвигается расследование? — спрашиваю, прежде чем войти во двор.

— Сегодня арестовали Баринова. Следующий на подходе Багиров. Помимо попытки изнасилования ему шьют статью за реальное изнасилование, которое запечатлено на записи камер в доме Дмитрия. Так что не отвертится.

— Это хорошо…

Мы направляемся во двор, но в последний момент нас задерживают уже знакомые мне голоски:

— Маргарита Бельская! — я оглядываюсь и вижу тех же мальчишек.

Они снова бегут ко мне, но на этот раз в их руках сидит ошалелая и испуганная собака. Не большая, но и не маленькая, но видно, что уже взрослая. С жалобными глазищами и трусливо поджатым хвостом. Я ахаю, понимая уже, к чему это все…

— Спасите еще, пожалуйста, Люську! Она очень просила…

Я в замешательстве, хотя любовь к животным уже подталкивает меня согласиться.

— …Она такая худенькая. Ее не кормят!

Услышав это и заметив очевидный недобор веса, я сдаюсь и протягиваю руки, чтобы забрать собаку. Однако меня притормаживает голос Суворова:

— Что за?.. Чья это собака?

— Бабки Глашки! — выпаливает мальчик. — Она их по помойкам собирает. По всему городу ездит охотится. У нее их уже целая куча!

— По помойкам? — у Мирона глаза на лоб лезут. — Нет, Рит, не трогай ее. Вдруг собака больна и тебя заразит? Вдруг у нее бешенство?

А я смотрю в умные молящие меня о помощи глаза собачки, вижу, как она дрожит, и внутри меня снова все сворачивается колючим клубком.

— А что такого? — хмурится мальчик, который держит Люсю. — Маргарита вообще-то утром уже забрала котов.

— Шесть штук! — звонко добавляет его брат.

У Мирона глаза становятся еще больше. Он изумленно смотрит на меня, потом снова на мальчиков.

— А котов вы откуда приперли?

— Тоже от бабки.

Суворов в ступоре. Но быстро берет себя в руки и обращается ко мне:

— То есть ты хочешь стать молодой преемницей той бабки? Собирать всех бездомных животных прямо в своем доме?

— Я подумаю, что с этим можно сделать, — мягко отвечаю Суворову и забираю собаку.

Глава 53

Прошла неделя

— Доброе утро, — говорит Мирон, когда я открываю ему дверь. — Заехал перед работой позавтракать с тобой, — показывает пакет из пекарни.

— Это уже похоже на традицию, — улыбнувшись, забираю пакет, отступаю в сторону, впуская его в особняк.

Суворов стряхивает крупные хлопья снега с пальто и тоже улыбается.

— Позволь спросить, а кто там… — немного растерянно говорит он, — занимает флигель?

— Это Тузя…Тибетский мастиф, он здесь со вчерашнего вечера, поэтому немного нервный.

— Ахуеть. Тузя.

За это время ряды жильцов особняка значительно пополнились. Теперь со мной проживает дюжина кошек и пять собак. Тузю я забрала вчера из ветеринарной клиники, с которой я, можно сказать, теперь сотрудничаю.

Его хозяева переезжают за границу в поисках лучшей жизни, а пса привели на усыпление. Вот так в одночасье четвероногий преданный друг стал никому не нужен. Мне стало жаль здоровяка…

И в то же время я понимаю, что собирать столько животных дома — неправильно. Нужно организовать им специализированое место для проживания — приют. Пока это для меня недоступно, потому что требует слишком много вложений и времени.

Но я двигаюсь к этой цели, разрабатываю бизнес-план — расписываю каждый маленький шажок и просчитываю, в какую копеечку он мне влетит. Но какой бы трудной ни казалась цель, запал ни на секунду не гаснет, потому что я каждый день чувствую благодарность животных, и это очень сильно мотивирует.

Я не хочу, чтобы мой приют был унылым местом, нашпигованным клетками, где подопечные будут словно в тюрьме. Я мечтаю создать комфортное место, чтобы каждый зверек в нем был счастлив, а для меня это стало бы отдушиной.

— Целый зоопарк, — усмехается Суворов, обводя взглядом первый этаж.

— Не боишься, что я превращусь в Глашу? — подшучиваю.

— Нет, но мне непривычно все это. Наверное, потому что я никогда не держал в доме животных.

Мы проходим в кухню. Я раскладываю по тарелкам еще теплые круассаны с форелью и сыром